10 самых мутных россиян

mutno_vse

Главред издания «Кашин» — известный любитель обвинить в мутности разных известных людей. Но его самого многие считают не очень «прозрачным». Паблик издания «Кашин» провел в «Вконтакте» независимое голосование читателей за самых мутных россиян. Кандидаты также были предложены читателями. Искатель мутности у других сам, по мнению народа, оказалось нечист. В десятке есть как неожиданные лица, так и ветераны мутности.

9. Мария Баронова, координатор «Открытой России»

Мутные политические взгляды. Мутная профессия.

Баронову выдвинул один из читателей и сама Баронова. Но в голосовании ее не посчитали слишком мутной и отправили на последнее место вместе с Максимом Кононенко. 

Фото: gq.ru
Фото: gq.ru

9. Максим Кононенко, публицист

Мутный принцип выбора тем для публикаций. Мутные политические взгляды.

maxresdefaulрt

8. Ольга Борисова, активист «Открытой России»

Мутное прошлое в правоохранительных органах.

535116_841697089293294_634448е5575916290100_n

7. Анатолий Чубайс, глава «Роснано»

Мутная непотопляемость. Мутные источники капитала. Мутная эффективность деятельности.

aanchrр

6. Алексей Венедиктов, главред «Эхо Москвы»

Мутные отношения с властью. Мутные отношения с оппозицией.

Фото: martin.livejournal.com
Фото: martin.livejournal.com

5. Олег Кашин, колумнист

Мутные политические взгляды. Мутные принципы определения «свой-чужой».

Фото: David Beholder
Фото: David Beholder

4. Алексей Навальный, блогер

Мутные источники дохода. Мутные политические взгляды. Мутные отношения с властью.

navalny52342

3. Максим Кац, предприниматель

Мутные источники дохода. Мутные отношения властью. Мутное прошлое.

Фото: varlamov.ru
Фото: varlamov.ru

2. Димитрий Энтео, православный активист

Мутная искренность взглядов. Мутные источники финансирования.

fsfwsfg

1. Владимир Путин, президент

Мутные отношения с богатыми друзьями. Мутная личная жизнь. Мутное будущее на посту президента.

2311111145136125272ц35е34

Результаты голосования в «Вконтакте»:

golos_mutnye

Также на «Кашине»:

33 самых перспективных россиян моложе 33 лет

Журналист 2015 года

Хардинг на «Кашине»: Государство-мафия (впервые на русском), шестая глава

политковская-эстемирова

От Кашина: После некоторого перерыва мы продолжаем публиковать книгу Люка Хардинга «Государство-мафия» в переводе друга нашего сайта Ирины Сисейкиной. В отличие от наших друзей из издательства «Алгоритм», у нас книга публикуется с разрешения автора, то есть перед вами единственный легальный перевод Хардинга.

Первая глава доступна тут, вторая тут, третья — тут, четвертая — тут, пятая тут

Глава 6
Смерть на снегу

Белые палаты, Пречистенка, 1, центр Москвы
19 января 2009 года

Люди порой платят жизнью за то, что открыто и громко говорят то, что думают.



Анна Политковская

Подводя горькие итоги российско-грузинской войны, ФСБ возобновляет кампанию против нас. Осенью 2008 года с удвоенной враждебностью и наглостью продолжаются вторжения в наше жилище – теперь мы живем в дачном домике на Соколе, на северо-западе Москвы.

В 2007 году я решил фиксировать все действия ФСБ: в числе их оборванные телефонные звонки, пропавшие электронные письма и как минимум два визита в нашу квартиру на Войковской. Я бегло набросал план своего интервью с майором Кузьминым в Лефортово. Включил в него нарисованный карандашом эскиз окутанного торчащей колючей проволокой здания ФСБ с одиноким деревцем во внутреннем дворе. Я, конечно, не Леонардо да Винчи. И эти заметки – лишь aide memoire, которые помогут мне описать мой опыт пребывания в Лефортово. В какой-то момент мои записи исчезли из офиса. Впрочем, невелика была потеря. Хотя для ФСБ они, вероятно, — очередное доказательство факта моего шпионажа и моих враждебных намерений. Как и то, что я использовал скоропись – этому я научился, когда начинал свою репортерскую карьеру в английском прибрежном городе Хастингсе.

Возможно, ФСБ – это новая аристократия России, заполучившая власть целиком в свои руки. Но интересно, сумеют ли они расшифровать мои невнятные кружочки и черточки из Pitman2000?

Я начинаю вести новые записи. На этот раз я фиксирую все случаи преследования ФСБ на оборотной странице своей голубой медицинской карты. Вскоре на листе не остается свободного места. Это карта частной медицинской российской клиники, что расположена напротив моего московского офиса. Именно там меня лечат от двусторонней пневмонии. Впрочем, заболел я по собственной вине – после того, как поплавал в январе в замерзшем озере около московского острова Серебряный бор.

В России на Крещение православные купаются в проруби. Я присоединялся к ним каждую зиму, если был в Москве – даже в 2010 году, когда температура упала до минус двадцати. Опыт, конечно, экстремальный – погружаясь под воду, чувствуешь, что в голове происходит нечто вроде атомного взрыва. Но и Москва сама по себе – экстремальное местечко.

Мы уезжаем в Берлин и пробудем там со среды, 20 октября, до воскресенья, 2 ноября 2008 года. Такси медленно тащится из аэропорта – идет дождь, на дорогах пробки. Я решил поболтать с водителем – он из Узбекистана. Мы подъезжаем к дому и сразу замечаем нечто странное: верхняя правая створка окна в нашей спальне распахнута. И это видно с улицы – и кроме нас, ни один человек, посмотрев на опутанный вьюнами, окруженный штакетником домик с красной крышей, не поймет, что тут не так. Это окно – нечто типа семафора, понимаю я. Это послание – для меня. Оно гласит: «Мы вернулись».

Перед отъездом в Германию я надежно запер все окна. До верхнего окна можно добраться, только зайдя дом; а чтобы открыть внешние окна, надо подняться на второй этаж, убрать задвижки и открыть два внутренних окошка, выходящие на улицу. Итого четыре задвижки. Значит, к нам кто-то пожаловал. Внутри дома пикает охранная система. На следующий день мы вызываем мастера. Он, пораженный, сообщает нам, что из всех устройств системы сигнализации вынули батарейки – все четырнадцать штук.

— В жизни ничего подобного не видел, — говорит он. Идет за батарейками. Сложно не восхититься дотошностью взломщиков из ФСБ. Парни – настоящие профессионалы.

В понедельник, 8 декабря, незваные гости возвращаются. Я – на работе, дети – в школе, жена вместе с группой прогуливается по старой Москве, исследуя улочки города. Только-только выпал первый снег, температура упала ниже нуля. На этот раз мы обнаруживаем, что бойлер с газовым подогревом, который отапливает коттедж, попросту отключили, белый провод выдрали, и теперь в доме дьявольски холодно.

Но худшее еще впереди – как-то в ночи раздается странный тревожный звук – арпеджо из перезвонов. Просыпаются все. Я иду выяснить, в чем дело. Два часа ночи. Кажется, звук раздается из комода, стоящего под лестницей. Заглядываю внутрь. Ничего не вижу. Возвращаюсь в постель. В конце концов загадочный писк «шарманки» затихает. В четыре утра возобновляется. Затем в шесть. Нелегкая тогда выдалась ночка.

Мой отец Джон Хардинг – наш регулярный гость в России, и он тоже не может заснуть. После завтрака, по пути к метро, пробираясь через жилые районы Сокола, детские площадки, мы обмениваемся мнениями, и у нас происходит очень серьезный и важный разговор. Мы приходим к выводу, что тактика ФСБ – это устрашение. И они терпеливы – это пугает еще больше. Цель вторжений – вымотать жертву, сломать нас, раздавить, разрушить нашу частную семейную жизнь.

Это не пытка в общепринятом смысле. Никто не загоняет мне гвозди под ногти и не бьет электрошоком. Это нечто более хитроумное, более сопоставимое с режимом, который печется о своей международной репутации, это такая форма идеального психологического террора – ибо он невидим и абсолютно недоказуем. Если угодно, это умная пытка. Или – мягкая пытка.

Ясно, что цель ведомства – вынудить меня покинуть Россию. Но что если я отказываюсь понимать такие намеки? Отец согласен с тем, что об этом стоит сообщить редактору Guardian Алану Расбриджеру. Он должен знать, что в моем случае преследование со стороны государства постепенно набирает обороты. Впрочем, на публике мы ведем себя так, как будто ничего не происходит. (Скорее всего, любые проявления паники с нашей стороны ФСБ будет интерпретировать как успех операции). Однако я постоянно думаю о том, сколько еще мне придется играть с ФСБ в эти игры разума.

Все чаще и чаще я работаю из дома, я оказался в осаде. Однажды утром замечаю, как некий молодой человек шныряет по нашему саду. Затем вижу автомобиль БМВ с тонированными стеклами, который целенаправленно паркуется аккурат напротив нашего дома. 19 декабря 2008 года ФСБ вламывается в квартиру ассистентки редактора Guardian. Она живет одна, ей 41 год, она не замужем. Она приходит домой и видит, что ее берет валяется ровно посередине гостиной, на полу. (Когда в то утро она уходила на работу, берет привычно висел в прихожей на вешалке).

Об инциденте она рассказывает матери. Мать ей не верит. Я пытаюсь объяснить ситуацию и убедить ее в том, что она не сошла с ума. Моя помощница напугана, расстроена, она плачет. В течение нескольких месяцев после этого происшествия она пребывает в депрессии. Увольняется. Обрывает все контакты с Guardian. И больше мы с ней никогда не пересечемся.

Все продолжается в том же духе. В большинстве случаев ФСБ заявляет о своем присутствии уже знакомыми методами. 20 января 2009 года я прихожу на работу и обнаруживаю, что двойной замок на передней двери с трудом поддается. Захожу в комнату. На экране моего ноутбука была заставка – фотография Фиби и детей на фоне прекрасных заснеженных вершин Кавказа, я сделал это фото во время нашей поездки по Грузии, после бодрой прогулки у горы Казбек. Дети вспотели и раскраснелись.

Но кто-то решил убрать эту заставку. Фото семьи исчезло. Экран заблокирован. Человек, который стер фотографию, заодно протер и клавиатуру. Грязи и пыли не осталось. Какое-то время после этого ноутбук бьет слабыми электрическими разрядами. 3 февраля 2009 года я отправляю электронное письмо в посольство Британии. Оно возвращается в мой почтовый ящик со словами NULL, напечатанными большими зловещими буквами. В 2.45 звонит телефон. Кто-то бросает трубку.

К тому моменту мне кажется, что вездесущие русские спецслужбы готовы продолжать свою кампанию до тех пор, пока я наконец не пойму намек и не уеду из Москвы. Эти странные вторжения сопровождаются своеобразными пошлыми шутками. Однажды я нахожу у кровати дешевую потрепанную книгу на русском. Эта книга не принадлежит ни мне, ни моей жене. Я беру книгу с прикроватного столика. С любопытством ее изучаю. Она называется «Любовь, свобода, одиночество – новый взгляд на отношения».

Ее автор – Ошо, один из последних мистиков Индии, секс-гуру и фанат Роллс-ройсов, более известный своим поклонникам под именем Бхагван Шри Раджнеш. Я не знаком с работами Ошо. Но кто-то решил помочь мне и оставил закладку на странице 110. Я читаю: «Истинный оргазм наступает, когда внутренний мужчина и внутренняя женщина сливаются воедино».

Значит, ФСБ решило оставить у моей кровати учебник по сексу. Что они хотели этим сказать? Что за мной наблюдают даже в постели и полагают, что с их помощью я справлюсь лучше? Я оставляю книгу. Это превращается в забавную тему для обсуждений на званых обедах – что делает еще более пикантным тот факт, что наша гостиная нашпигована жучками, и ФСБ слышит, как мы хохочем над этим странным, отталкивающим подарком.

Позднее я обнаружу, что оставлять порнографические материалы в спальне жертвы – это одна из наиболее необычных тактик КГБ, которая довольно часто использовалась во времена холодной войны.

Современные шпионы Путина по-прежнему обращаются к ней – или взяли ее на вооружение из старых учебников КГБ. Определенно они не могли придумать ничего более оригинального. Это не контрразведка. Это какая-то «Кама Сутра».

***

В понедельник, 19 января 2009 года, адвокат Станислав Маркелов выходит на улицу Пречистенка. Впереди – златоглавый храм Христа Спасителя, разрушенный Сталиным и восстановленный Ельциным и мэром Юрием Лужковым. За ним возвышается Кремль – охровые башни и стены.

Маркелов – адвокат, специализирующийся на защите прав человека, друг погибшей журналистки Анны Политковской. Он направляется к метро. Он только что дал пресс-конференцию, где заявил о протесте против досрочного освобождения военного офицера, осужденного за изнасилование и убийство. Рядом с ним идет журналистка Анастасия Бабурова. Ей двадцать пять лет, и она – внештатный сотрудник ведущей оппозиционной «Новой газеты». На тротуарах лежит пушистый снег.

Маркелов так и не дойдет до метро. Никем не замеченный юнец в лыжной маске последует за ним от самого выхода из маленького московского независимого пресс-центра. У белого дворца – исторического московского здания, которое почему-то не тронули застройщики – убийца вплотную приблизится к Маркелову сзади. И выстрелит в затылок. Дважды. Как говорит следствие, Бабурова попытается схватить бандита при попытке ретироваться. И тоже получит выстрел в голову. Бабурова останется лежать на тротуаре без сознания, тяжело раненная, Маркелов умрет на месте. Ему было тридцать четыре года.

К моменту моего прибытия на место преступления – около пяти вечера – тело Маркелова уже успеют убрать, полиция устанавливает на тротуаре временный кордон. Багряные брызги крови все еще видны на снегу. Информации очень мало. Маркелова убили у Белых палат – строения семнадцатого века с толстыми стенами, маленькими окошками и сводчатыми залами в стиле раннего барокко. Адрес строения – Пречистенка, 1. Здание закрыто. Охранники соседнего офиса ничего не видели. Ничего не видела и женщина из старой аптеки, что расположена напротив – она говорит, что сразу же после стрельбы зашел покупатель и что она вызвала скорую. А киллер не оставил никаких следов.

Толку от этого всего – никакого, и я начинаю обращать внимание на детали, не имеющие отношения к происшествию. Неподалеку от сцены убийства снегом стоит запорошенный снегом памятник Фридриху Энгельсу, установленный в семидесятых. Анархист из дворянских слоев – Петр Кропоткин – родился в доме неподалеку отсюда, что расположен в переулке. Маркелов, как я узнаю позднее, интересовался работами Кропоткина и его коллеги, радикального философа Михаила Бакунина. Интересно, что бы сделал Кропоткин с этими разросшимися модными пекарнями и кафе, которые обслуживают холеных жителей Пречистенки.

Не найдя ничего интересного, я возвращаюсь в офис. Бабурова – единственный оставшийся свидетель – не сможет дать описания убийцы, в тот же вечер она умрет в больнице. И, как и во всех случаях, когда в России от пуль погибают адвокаты, оппозиционные журналисты и другие критики Кремля, полиция, которая при прочих обстоятельствах не сводит глаз с обычных граждан, теперь загадочным образом отсутствует.

В тот вечер я пишу отчет в Guardian — и решаю подсчитать, сколько правозащитников погибло с того момента, как Путин оказался у власти. Список получается длинным. Я начинаю с тех, что были связаны с «Новой газетой», — это издание — вечный источник раздражения Путина и его окружения.

С 2000 года были убиты четыре журналиста. Самая известная из них – Политковская, специальный корреспондент «Новой» (ее застрелили на выходе из лифта у ее московской квартиры в октябре 2006 года). Юрий Щекочихин (загадочным образом отравленный в июле 2003 года) и Игорь Домников (забитый до смерти молотком у своей квартиры в июле 2000 года). Маркелов и Бабурова стали жертвами номер три и четыре. За ними следует Литвиненко, отравленный в Лондоне через месяц после смерти Политковской. В число других жертв войдет Магомед Евлоев, журналист и основатель оппозиционного вебсайта в кавказской республике Ингушетии – его застрелят во время задержания полицией в 2008 году. Список будет дополнен.

Убийства противников Кремля – журналистов, адвокатов и критиков российских спецслужб – имеют один и тот же почерк. Во всех случаях люди, вызывающие недовольство государства, погибли, и их гибель стала прямым следствием их профессиональной деятельности. Друзья и коллеги погибших не сомневаются в том, что убийства имели под собой политическую подоплеку и осуществлялись или непосредственно представителями российского государства, или силами его союзников. Однако чиновники обвиняют в убийствах врагов Кремля. Заявляют, что преступления совершались с целью очернения имиджа России на международной сцене. Такой аргумент выглядит все более и более нелепо по мере того, как растет число трупов.

Потрясенный событиями этого дня, я звоню друзьям Маркелова.

— Мы не знаем, кто его убил. Но мы знаем, что его убили за то, что он делал свою работу, в этом нет ни тени сомнения, — говорит Татьяна Локшина из московского представительства Human Rights Watch. И добавляет, — Стас (Маркелов) был одним из тех, кто готов рисковать жизнью ради идеи. Он был веселым, неподражаемым, иной раз невыносимым. Он был коллегой и другом. Вечно шутил, рассказывал анекдоты, в том числе и весьма пошлые. Не могу поверить, что его больше нет.

Людмила Алексеева, советский диссидент и глава московской Хельсинкской группы, говорит, что не находит слов:

— Убийство такого человека – это позор нашей страны.

Я решаю проверить, сделал ли Кремль какие-либо заявления, осуждающие убийство Маркелова. Но Путин и Медведев хранят молчание. Государственное телевидение последовательно игнорирует эту смерть. Это пренебрежительное отношение напоминает высказывание Путина спустя три дня после смерти Политковской – он отзывался о ней как о «крайне незначительной фигуре, хорошо известной только на Западе».

Как оказалось, Маркелов, как и другие российские защитники прав человека, был ярким, веселым и проказливым человеком. Его жизнь была полна парадоксов: он обожал караоке, но пел отвратительно, он был любящим отцом двоих детей, но зачастую надолго отлучался из дома — ездил в анархические летние лагеря в усадьбе Бакунина; он пил водку, но был вегетарианцем. Как адвокат он прославился благодаря серии известных дел, касающихся противников Кремля, – он защищал антифашистов, оппозиционных журналистов и жертв бесчеловечных московских войн в Чечне.

Как и другим членам тесной российской богемы оппозиционных журналистов и активистов, занимающихся правами человека, Маркелову регулярно угрожали расправой. На это он реагировал мрачными шутками.

— Типичный разговор у нас был такой: «Ты уже написал завещание?», — говорит Локшина. – За этим следовал ответ: «Нет, я тоже не написал».

В длинной статье для Guardian я пишу о том, что убийство Маркелова вызвало резонанс далеко за пределами его собственной страны и что в своем бесстыдстве оно схоже с убийством Политковской – еще одного отважного критика Кремля. Все это произошло на фоне официально санкционированного преследования и травли российских организаций по защите прав человека – фактически всех, кто отважился оспорить монополию Кремля на власть.

Как я узнаю позднее, ФСБ обвинит правительство США в финансировании терроризма путем поддержки действий негосударственных организаций, работающих на Кавказе. Ведомство предупреждает Вашингтон, что невыполнение требования о прекращении «некомпетентных» действий приведет к отказу в выдаче виз гражданам США. Следует полагать, что кремлевские операции с НКО зиждутся на паранойе – оранжевую революцию в России надо предотвратить любой ценой. Однако Алексеева говорит мне, что гонимые правозащитники не заинтересованы в свержении режима. И они не являются шпионами США. Они просто хотят, чтобы российское правительство соблюдало права человека и уважало человеческое достоинство.

В следующие несколько дней я обдумываю возможные зацепки к убийству Маркелова. Маркелов представлял интересы семьи восемнадцатилетней чеченской женщины, которую в 2000 году изнасиловал и убил пьяный полковник российской армии. Этот случай – один из наиболее громких в скандальной истории чеченских войн. Полковник Юрий Буданов похитил Эльзу Кунгаеву, выкрав ее из отцовского дома во время ночного рейда, и убил ее в своем вагончике – это некое подобие трейлера – а затем приказал солдатам тайно закопать тело. Его осудили за убийство в 2003 году, несмотря на заявления о временном умопомешательстве и о том, что он по ошибке принял ее за снайпера.

После вынесения приговора «патриоты» неоднократно нападали на Маркелова. В 2004 году его избила группа юнцов. Буданова выпустили из тюрьмы за неделю до убийства Маркелова. На последней пресс-конференции Маркелов заявил, что подает апелляцию против досрочного освобождения Буданова. (Самого Буданова застрелили в 2011 году).

Но это лишь одно из направлений расследования. Маркелов также представлял интересы жертв полицейского произвола и участвовал в организации антикремлевских протестов. Он пытался добиться справедливости для одной из жертв осады мюзикла «Норд-Ост» в 2002 году, когда спецназ решил пустить отравляющий газ во время штурма московского театра, захваченного чеченскими террористами. Одним из его последних клиентов был Михаил Бекетов — журналист, которого жестоко избили за то, что тот осмелился бросить вызов властям подмосковного города Химки.

В 2005 году Маркелов выступил за судебное преследование федерального военнослужащего, похитившего чеченца, который затем пропал без вести. Маркелов неоднократно ездил в Чечню и часто работал с Политковской. Благодаря его усилиям стало известно о тайной тюрьме пыток, принадлежавшей Рамзану Кадырову. Я понимаю, что все единогласны лишь в одном – у него было много врагов.

Подозрение также падает на процветающее российское движение неонацистов, которое особенно сильно ненавидело Маркелова. В 2006 году он представлял интересы семьи Александра Рюхина — антифашистского активиста, убитого скинхедами. Несколько человек, причастных к убийству Рюхина, получили тюремный срок. Но профессиональный почерк убийства Маркелова не имеет ничего общего с нападениями неонацистов. Тут скорее можно проследить военную сноровку. Павел Фельгенгауэр – колумнист, точно предсказавший войну в Грузии, — указывает на причастность ФСБ.

Он пишет:

«По мнению сотрудников «Новой газеты», к числу которых я принадлежу, главными подозреваемыми являются российские спецслужбы или неконтролируемые элементы в них. Столь дерзкое нападение, совершенное киллером-одиночкой средь бела дня, могло быть совершено только при условии профессионального предварительного планирования и наблюдения и сознательного невнимания спецслужб, которые держат этот район под плотным контролем».

«Новая газета» выходит с черной рамкой. Фото на первой полосе – Маркелов, лежащий на обледенелом тротуаре. Заголовок отдает должное его смелости. Он гласит «Страха нет».

Через три дня после убийства я отправляюсь на похороны Маркелова. Кладбище расположено в тени мерцающей Останкинской телебашни на севере Москвы, спецназ окружает вход. (Власти боятся, что похоронная процессия превратится в митинг протеста). Работники кладбища везут тело Маркелова на каталке, могила уже выкопана, из березовых зарослей у заснеженной могилы слышны крики ворон. Сырой и серый день. На кладбище собралось около двухсот человек. С гроба сняли крышку.

В молодости Маркелов носил длинные, собранные в хвост волосы, но его хоронят в костюме и галстуке — униформе адвоката. Его брат Михаил говорит:

— Сейчас не время, чтобы обсуждать случившееся. Сейчас время прощания.

Родственники – у Стаса осталась молодая вдова Галина родом из Беларуси и двое маленьких детей – целуют его в лоб. Присутствующие забрасывают гроб красными гвоздиками. Крышку гроба забивают. Откуда-то слышен сдавленный, животный крик. Представителей Кремля здесь не наблюдается.

После, стоя в грязном снежном месиве у кладбищенских ворот, я буду разговаривать с друзьями убитого адвоката. Они скажут, что невозможно ответить на вопрос, кто убил его, и вопрос этот бессмыслен. Значение имеет лишь то, полагают они, что теперь Россия превратилась в бандитское государство: формально это демократия, но в действительности ничего похожего не наблюдается – критиков Кремля дозволено убивать в любой момент. Соответственно, или государство напрямую несет ответственность за уничтожение своих противников, или же попустительствует действиям темных внешних сил.

— Это убийство отражает ситуацию беззакония в нашей стране. Кремль поддерживает группы экстремистов, в своей риторике различные реакционные силы находят поддержку, — говорит Алексей Гаскаров, друг Маркелова и антифашист. – Если кого-то известного убивают в любой другой европейской стране, власти обязательно предпринимают меры. Здесь же они молчат.

На похоронах Маркелова присутствует Наталья Эстемирова. Ее все зовут Наташей, она дружила с Маркеловым и Политковской, она возглавляет представительство «Мемориала» — группы правозащитников – в столице Чечни Грозном.

— Думаю, преступникам удобно жить с таким правительством, которое у нас сейчас. А защитникам прав человека — совсем неудобно, — говорит она.

Эстемирова считает поведение властей странным и говорит, что российское правительство целенаправленно путает правозащитников с предателями. В своей статье в «Новой газете» она описывает Маркелова как «очаровательного, жизнерадостного, озорного и не видящего перед собой препятствий». Статья заканчивается словами: «Убийство Маркелова – это объявление войны. Теперь вопрос — на чьей стороне государство?»

4 ноября 2009 года ФСБ арестовывает двух подозреваемых в убийстве Маркелова. Это Никита Тихонов и Евгения Хасис. Они – члены ультранационалистической группы «Объединенные бригады-88». ФСБ заявляет, что представители этой группы убили Маркелова, отомстив таким образом за его попытки упрятать за решетку их товарища-ультранационалиста после убийства Рюхина в 2006 году. Тихонов был одним из подозреваемых в том убийстве, но ушел в бега – тогда его так и не смогли задержать, но он знал, что многие его друзья отправились в тюрьму. По словам Александра Бортникова, главы ФСБ, Тихонова поймали во время разгона группы экстремистов в Москве – после чего он признался в преступлении. В квартире Тихонова нашли огнестрельное оружие – пистолет «Браунинг» 7,65 мм, выпущенный в 1910 году и предположительно использовавшийся как орудие убийства, а также патроны и глушитель. Несколько видеокамер на Пречистенке зафиксировали перемещения Хасис – она была одета в темную одежду и выполняла роль наблюдателя.

По большому счету, активисты находят предложенную ФСБ версию преступления правдоподобной, — как передают дипломаты США в Вашингтон в своих тайных депешах. Но активисты сомневаются в том, что эти двое подозреваемых были единственными участниками преступления, и надеются, что расследование продолжится. Один из правозащитников заявляет американцам, что «маловероятно, чтобы двое подозреваемых действовали в одиночку» и что организатор убийства по-прежнему на свободе. Однако в Кремле твердо намерены закрыть дело и уйти почивать на лаврах, решив, что громкое убийство успешно раскрыто. В телеграммах упоминается самодовольный тон встречи Медведева и Бортникова, на которой обсуждался арест «патриотичных Бонни и Клайда». В мае 2011 года московский суд признает обоих виновными, хотя дело требует дальнейшего расследования. Тихонова приговаривают к пожизненному заключению, Хасис получила восемнадцать лет.

* * *
За неделю до убийства Маркелова на горизонте появляется Умар Исраилов. Исраилов – политический эмигрант из Чечни. Ему 27 лет, и он бывший повстанец. В 2003 году его арестовали в Чечне, мусульманская республика в тот момент была под контролем отца Рамзана Кадырова Ахмада, бывшего сепаратиста, пользовавшегося поддержкой Москвы – позднее он погиб в результате взрыва. Исраилов заявил, что во время содержания под стражей он подвергался пыткам электрошоком, он сказал, что был свидетелем того, как других заключенных избивал сам Кадыров и другие представители власти. После амнистии он недолгое время работал охранником Кадырова, а затем бежал в Австрию. В 2006 году Исраилов подал жалобу в Европейский суд по правам человека, сообщив, что Кадыров лично пытал его в тайной тюрьме. Это был смелый поступок.

По заявлению чеченских источников, эмиссары от Кадырова прибыли в Вену, чтобы заставить Исраилова отозвать жалобу. Тот отказался, мало того – он озвучил свое недовольство в интервью «Нью-Йорк Таймс». В Чечне президент Кадыров отправил за решетку отца Исраилова. Цель Кадырова была ясна: заставить Исраилова отозвать заявление. Отца пытали и незаконно держали под стражей в течение десяти месяцев. После освобождения он подал собственную жалобу в Страсбургский суд. В Вене, где обосновалась чеченская диаспора, Исраилову приходится всерьез обеспокоиться вопросом собственной безопасности. Он сообщает австрийской полиции о фактах преследования. Но заявление игнорируется.

Затем 13 января в Вене, где Исраилов живет с беременной женой и двумя маленькими детьми, трое неизвестных подкарауливают его на выходе из местного супермаркета. Час дня. Исраилов понимает, что происходит, и пытается скрыться – он перемещается перебежками по людным улицам, но его настигают четыре выстрела. Затем он получает выстрел в голову. На убийцах – брюки военного образца. Австрийская полиция оперативно арестовывает троих подозреваемых, обнаружив след, ведущий к Кадырову и его помощнику Шаа Турлаеву. Мобильный телефон принадлежит Рамзану Эдилову, чеченскому организатору убийства, в нем хранятся фотографии обнимающихся Кадырова и Эдилова.

Убийство Исраилова – это лишь одно из серии громких политических убийств за границей, следы которых ведут в Чечню. Одна из правозащитниц сообщает мне: «Можно критиковать Медведева и даже Путина. Но очень опасно критиковать Кадырова». Она говорит, что сейчас атмосфера страха, царящая в Чечне, напоминает времена Сталина. Правда это или нет, оппонентов президента Чеченской республики настигает страшная насильственная смерть — как в России, так и за ее пределами. Проживание в Евросоюзе не гарантирует защиты от чеченских бригад смерти, которых отправляют, чтобы заткнуть критиков Кадырова. Еще один враг президента Чечни – Мохмадсалах Масаев – пропадет в августе 2008 года после своего интервью «Новой газете». Он расскажет, как его неоднократно пытали в тайной тюрьме, что расположена в родной деревне Кадырова Центорой. С тех пор мусульманский священник там не бывал. Маркелов работал по делу Масаева. И Маркелов, и Исраилов были убиты профессионалами – интересно, думаю я, связаны ли эти убийства?

Изгнанные группы чеченцев полагают, что только Кадыров – уже уличенный в причастности к смерти Анны Политковской – вполне мог дать добро на осуществление таких преступлений в Европе. Кадыров отрицает это, его официальные лица заявляют, что Исраилов занимался нелегальными махинациями, связанными с перевозкой беженцев, и был убит в результате внутренних разборок. Но у трупов есть своя версия этой кровавой истории. В феврале 2008 года Муса Атаев, бывший «министр иностранных дел» сепаратистского Кавказского эмирата, был убит в Турции. В конце марта Сулим Ямадаев, военачальник, примкнувший к российской военной разведке, один из главных политических оппонентов Кадырова, был застрелен в Дубае. Его убийство последовало за убийством брата Руслана, депутата Государственной думы, которого застрелили, когда тот сидел в своей роскошном «Мерседесе» у Британского посольства в Москве. Убийцы Сулима выстрелили из золотого пистолета, предположительно нелегально переправленного российской дипломатической почтой. Полиция Дубая обвинила Адама Делимханова – близкого товарища и кузена Кадырова – в организации этого убийства и выдала ордер на его арест.

Конфиденциальные дипломатические телеграммы США подтверждают: Белый дом тоже считает, что за чередой этих хладнокровных убийств стоит Кадыров. Одна из телеграмм, отправленная дипломатами США из Осло 24 июня 2009 года, рассказывает о том, с какой опасностью столкнулся отец Исраилова Али, вынужденный прятаться за границей после убийства сына. В телеграмме говорится, что «вероятно, на предмет убийства Исраилова консультировались с ФСБ — и получили одобрение». Дипломаты США добавляют: «Жалоба Али в Европейский суд по правам человека в Страсбурге – это один из немногих открытых вызовов системе беззакония в Чечне, которую выстроил Кадыров. Недавние два убийства (Ямадаева и Атаева) подтверждают готовность Кадырова использовать убийство как инструмент». С точки зрения Кадырова, такие убийства имеют «прагматичный характер, а не совершаются из мести», делают выводы дипломаты, добавляя, что «чеченский лидер оказался довольно сообразительным». Они подчеркивают: «Дела, связанные с защитой прав человека, ставят российское правительство в неловкое положение, и, по логике Кадырова, убийство, возможно, лучший выход, нежели продолжение рассмотрения этих дел в Страсбурге».

***

В феврале 2009 года я снова сталкиваюсь с Наташей Эстемировой. Мы встречаемся на судебном процессе над четырьмя подозреваемыми, которых обвиняют в причастности к убийству Анны Политковской. Место действия – маленький переполненный зал в Московском окружном военном суде – желтом неоклассическом здании на Старом Арбате. Четверо подозреваемых сидят в клетке. Двое из них – братья-чеченцы Джабраил и Ибрагим Махмудовы. Коренастые, с неряшливыми темными отросшими волосами, идиотским выражением лиц. Третий подсудимый – Сергей Хаджикурбанов, бывший московский полицейский. Четвертый – подполковник Павел Рягузов, сотрудник ФСБ. На Рягузове — черная кожаная куртка.

Все четверо обвиняются в соучастии в убийстве Политковской и слежке за ее квартирой на Лесной улице. (Дом Политковской находится всего в паре кварталов от моего офиса, неподалеку от шумного Белорусского вокзала). Но предполагаемый наемник – третий из братьев Махмудовых, Рустам, который мог застрелить Политковскую на лестничной клетке у ее московской квартиры, – исчез. Следователи говорят, что он сбежал за границу. В 2011 году его арестуют в Чечне. Однако человек, заказавший убийство журналистки и организовавший всю операцию, также отсутствует. Полиция говорит, что не может его вычислить.

Эстемирова рассказывает, что судебное заседание – это «фарс», что не было предпринято никаких серьезных попыток расследовать дело Политковской.

— У нас нет киллера. И у нас нет людей, которые стояли за убийством, — говорит она. — Это не настоящий суд. Это делается для создания видимости правосудия.

Многое в этом судебном деле выглядит странным, добавляет она. Слушая показания свидетелей, я понимаю, что Эстемирова права. Не только само расследование выглядит фальшивым и неадекватным – это как раз обычное дело в российских судах. В случае с Политковской пропали многие вещественные доказательства.

Как заявили ее коллеги из «Новой газеты», коррумпированные российские спецслужбы целенаправленно мешали расследованию этой смерти. Сим-карты, компьютерные диски и даже фото Рустама Махмудова, который предположительно бежал в Западную Европу, — все это исчезло. Пленка с записью, на которой убийца выходит из подъезда Политковской, также куда-то затерялась. На смазанном видео убийца показан со спины: темноволосый, узкоплечий мужчина, лицо скрыто под бейсболкой. Время, в соответствии с видео, — 16:04. Адвокат Махмудова показывает видео, снятое на мобильный телефон, где Рустам плавает в чеченской реке. И у него широкие плечи.

Во время перерыва я отправляюсь на обед с Эстемировой, а также с Фредерике Бер, исследовательницей из Amnesty International, и Кристианом Эшем, московским корреспондентом Berliner Zeitung. Мы сидим в подвальчике немецкого пивного бара. Эстемирова рассказывает про Англию и Оксфорд – она провела часть лета в университетском городке со своей дочерью-подростком. Также мы обсуждаем ее правозащитную деятельность в Грозном – она говорит, что после суда собирается вернуться в Чечню.

Ей пятьдесят лет, она выглядит моложе – удивительно элегантная в простой черной водолазке. Эстемирова – смелый человек, нужно быть донельзя бесстрашной, чтобы работать в Чечне и выступать оппонентом Кадырова. Но мне кажется, что еще больше в ней какой-то необычайной, сверхъестественной отваги и воли. Она оставляет мне адрес электронной почты: estemirova@gmail.com. Я обещаю, что свяжусь с ней, если окажусь в Грозном.

Суд по делу Политковской выносит оправдательный вердикт всем четверым подозреваемым. Судьям обвинение показалось неубедительным. И это неудивительно, учитывая запутанное и плохо проведенное расследование и показушный процесс. После оглашения вердикта мы выходим из здания суда: адвокат Махмудовых Мурад Масаев доволен единогласным решением судей. Он говорит, что теперь российские власти должны искать «реального» убийцу Политковской. Добавляет, что растянувшееся на три месяца судебное заседание – это «фиаско» для Следственного комитета России – которому было поручено расследование преступления – и «победа» для России.

— Такие преступления уносят лучших людей нашего общества. Единственный способ остановить убийства — найти реальных преступников, — говорит он.

Я спрашиваю – кто, по его мнению, является убийцей Политковской.

— Я действительно не знаю. В какой-то момент следователи решили упрятать в тюрьму этих парней (Махмудовых), а настоящие убийцы гуляют безнаказанными.

Через полчаса двое чеченских братьев выходят на улицу. Они, кажется, ошеломлены, их семьи довольны. Я спрашиваю Ибрагима, как его самочувствие.

— Я чувствую себя свободным.

Что он теперь собирается делать?

— Собираюсь помолиться.

Семья Политковской разочарована вердиктом. В тот вечер на пресс-конференции сын Анны Илья заявляет, что он с уважением относится к решению суда, но полагает, что «те четверо, которых сегодня отпустили, имели отношение к смерти матери». Адвокат семейства Каринна Москаленко выражает сожаления по поводу расследования, находя странным тот факт, что следователи не сумели опросить Кадырова по делу об убийстве журналистки. Также она распекает следователей за то, что те проигнорировали тот факт, что убийство произошло на 54-й день рожденья Владимира Путина. (По одной из теорий, Политковскую убили, чтобы преподнести президенту кровавый подарок. Через два дня свой 30-й день рожденья отметил и Кадыров).

— Этот факт можно отнести к убийству, а можно и не относить. Но игнорировать его нельзя, — говорит она.

В июне российский Верховный суд отменяет вердикт. Согласно постановлению, подозреваемые должны быть судимы повторно.

***

Я сижу в своем московском офисе. Звонит мобильный. 15 июля 2009 года. На проводе – Марк Райс-Оксли, мой лондонский коллега из международного отдела Guardian. Марк работал в Москве в девяностые, он говорит по-русски и хорошо разбирается в мрачных делах страны.

Марк говорит:

— Тут дело, которое, вероятно, тебе придется освещать. В Чечне произошло очередное убийство. Убили правозащитницу.

У меня падает сердце.

— Кого?
— Наталью Эстемирову.

Через три дня я лечу в Грозный. Я останавливаюсь у одного чеченского журналиста в его квартире на окраине города, где он живет вместе с пожилой матерью и пятнадцатилетним сыном. В феврале 1944 года его мать вместе с семейством – как и все чеченское население – по приказу Сталина депортировали в Среднюю Азию как предателей. Она вернулась из Казахстана в Грозный только в конце пятидесятых. Я сплю на матрасе — на юге России тепло, в квартире раздается храп.

На следующее утром мы с моим приятелем отправляемся в квартиру Наташи. У дома припаркованы машины чеченских служб безопасности. Мы ждем. Наконец они уезжают, мы заходим, беседуем с соседями.

Факты, связанные с ее похищением и убийством, следующие: обычно Наташа выходила из своей квартиры в Грозном в 8.30 утра и шла на автобусную остановку. До работы она добиралась за 15-20 минут – именно столько занимала поездка на маршрутке по ухабистой дороге с зелеными жилыми башнями. Вдоль проспекта развешаны гигантские плакаты чеченского военачальника — президента Кадырова — и несколько портретов премьер-министра Путина.

На этот раз она так и не добралась до работы. В ста метрах за подъездом десятиэтажного дома – окна которого смотрят на заросший травой пустырь и жалкую рощицу ореховых деревьев – ее ждали четверо вооруженных боевиков. Они схватили Эстемирову, затолкали ее в белый автомобиль «Жигули» и увезли. Один из прохожих стал свидетелем преступления — он слышал, как она кричала: «Меня похищают!». Похитители отправились в направлении Ингушетии, соседней с Чечней республики. Вероятно, они ехали по трассе М-29, хотя могли выбрать и заросшую проселочную дорогу, опоясывающую холмы. Эта дорога очень красивая – они пролегает через темный тоннель из платанов, на обочинах женщины продают дыни из багажников грузовиков. Похитители без труда проезжают через несколько КПП.

Спустя два часа Эстемирова мертва. Проехав границу с Ингушетией, бандиты останавливают машину. Оказавшаяся впереди группа вооруженных исламистов, заметив правительственную машину, открывает огонь. Вероятно, похитители Эстемировой в тот момент запаниковали. Со связанными руками ее вытащили из машины на обочину. И пять раз выстрелили в грудь и в голову – не тронув ни деньги, ни паспорт, ни удостоверение. Это было не ограбление. Это нечто иное: низкая, трусливая, мелочная, организованная государством казнь – неприкрытый намек небольшой группе правозащитников, работающих в Чечне, неконтролируемой республике России.

Поклонники Эстемировой полагали, что ее известность на международной арене поможет ей избежать опасности. Но, как и с Политковской — еще одной фигурой, которая, казалось бы, находилась вне досягаемости профессиональных убийц, – этого оказалось мало. В ретроспективе ее смерть кажется страшной и прогнозируемой. После Политковской, которая была частым гостем в скромной квартире Эстемировой, последовал Маркелов. После Маркелова – Эстемирова – предсказуемая следующая мишень.

Сидя в кафе у офиса «Мемориала» в Грозном, где работала Эстемирова, я звоню Локшиной – ее подруге и коллеге.

— Она была потрясающим, дарующим вдохновение человеком, помешанным на стремлении к справедливости, — говорит Локшина. – Она была милой и дружелюбной, всегда улыбалась, всегда стильно одевалась, несмотря на маленькую зарплату, и даже могла пококетничать.

По словам Локшиной, Эстемирова знала, на какие идет риски.

— После убийства Стаса она полетела на похороны в Москву. Поздно вечером мы с ней сидели и обсуждали ситуацию. Мы спрашивали себя: кто следующий? Следующей оказалась Наташа. Она не удивилась бы тому, что ее саму похитят и убьют, — говорит Локшина. — Эстемирова работала в «Мемориале» в Грозном с 2000 года.

Историк по образованию, она как ведущий правозащитник отделения «Мемориала» в Грозном документировала и распространяла информацию о нарушениях, совершенных чеченскими правоохранительными органами и силами безопасности – де факто осуществляемыми под контролем Кадырова – а также активистами-джихадистами.

Собирая, регистрируя, организуя такую информацию, она искала высшей справедливости в регионе, раздираемом постоянными конфликтами, морально уничтоженном. Каждый день длинная очередь из женщин выстраивалась у ее офиса, что находится неподалеку от главной улицы Грозного – проспекта Путина. (После того, как Кадыров в порыве почтения к Путину переименовал эту улицу, Эстемирова отказалась даже ходить по ней). И эти женщины приходили каждая со своей историей – о родственниках, застреленных солдатами Кадырова, о пропавших сыновьях, которые ушли на работу и не вернулись, о домах, которые подожгли бандиты в масках и военной форме. Эстемирова незамедлительно отправляла письма местному поверенному – чиновнику, работающему в соответствии с российским законодательством, и он должен был дать начало расследованию и открыть дело о преступлении.

Во времена, когда мир перестал слушать стенания Чечни, Эстемирова осталась в Грозном. Она продолжала освещать незаконные убийства, похищения, пытки и прочие преступления. Она писала отчеты для «Мемориала» и статьи для «Новой газеты». Она сотрудничала с Amnesty International и Human Rights Watch. Она верила в силу закона. Она была бесценным источником информации для западных журналистов, которые – во второй президентский срок Путина – посещали Чечню крайне нечасто.

Это неизбежно привело к конфронтации с Кадыровым – чеченским царьком-головорезом, человеком, которого дипломаты США наблюдали на одной безумной свадьбе в Дагестане «неуклюже танцующим с засунутым под ремень джинсов золоченым автоматом». Бывший повстанец превратился в промосковского верноподданного – Кадыров возглавил свой собственный, поддерживаемый Кремлем мини-сталинский режим в мусульманской республике – где Кремль вел войну с 1994 по 1996 и с 1999 по 2004 годы.

Я еду по Чечне, и это похоже на экскурсию по гигантскому фотоальбому семейства Кадырова – столь многочисленны развешанные портреты отца и сына.

Это правда, что Кадыров положил начало масштабному восстановлению республики и заново отстроил разрушенный войной Грозный. И он же превратил Чечню в собственное феодальное поместье, свободное от каких бы то ни было законов. Его агрессивная тактика – замаскированная под антитеррористические операции – применялась не только против исламистских повстанцев, прячущихся в чеченских лесах и горах, но также и против многочисленного и запуганного гражданского населения.

Изучая историю Эстемировой, я обнаруживаю, что она получала угрозы от ближайших помощников Кадырова. В марте 2008 года Кадыров вызвал ее на встречу и выразил крайнюю неудовлетворенность ее работой и протестом против нового указа, обязующего чеченских женщин носить платки – гендерное правило чеченских традиций. Эстемирова рассказала коллегам о том, что Кадыров ей угрожал. Она процитировала его слова:

«Да, мои руки по локти в крови. И я этого не стыжусь. Я убивал и буду убивать плохих людей».

Она — бывшая школьная учительница — его упрекнула. Но встреча была явно зловещей. За две недели до ее смерти Адам Делимханов – кадыровский помощник, предположительно осуществляющий убийства – дал интервью чеченскому телевидению, в котором заявил, что защитники прав человека в Чечне – это суть те же террористы; и те и другие, по его словам, должны получить достойный ответ.

Парадная дверь офиса «Мемориала» закрыта, организация заявляет, что продолжать работу теперь слишком опасно. Я обхожу вокруг и вижу заднюю дверь. Стучу. Внутри нахожу Шакмана Акбулатова, коллегу Эстемировой. На стене висит цветное фото Эстемировой. Он говорит, что за принятым в апреле 2009 года решением Кремля о формальном окончании войны России в Чечне, которое требовало проведения неких мер предосторожности, стремительно возросло число нарушений прав человека по всей республике. Внезапно на Наташу обрушился шквал новых дел – войска Кадырова похищали мирных граждан – в некоторых случаях даже убивали – и затем клеймили их повстанцами. Акбулатов уверен, что смерть стала наказанием за ее профессиональную деятельность, которая мешала режиму Кадырова.

— Это было сделано, чтобы она замолчала, — говорит Акбулатов. – Она была невероятно храбрым человеком – вы даже не представляете. Она знала, что все это было очень опасно.

Неясным остается вопрос, почему для убийства Эстемировой ее недруги выбрали именно этот момент. Она занималась расследованием дела Мадины Юнусовой – двадцатилетней женщины, муж которой был убит 2 июля 2009 года в ходе специальной операции в селе Старая Сунжа неподалеку от Грозного. Официальное заявление звучит неправдоподобно – Мадина стреляла из Калашникова и планировала убить Кадырова. Юнусова была ранена в перестрелке, но выжила. Затем при загадочных обстоятельствах умерла в больнице. Далее последовал классический пример коллективного наказания. 4 июля в 3 часа дня мужчины в камуфляжной форме появились в доме родителей Юнусовой в городе Аргун. По словам соседей, они подожгли дом, заперев семейство в сарае.

Расследуя дело, я нахожу дом покинутым. Сгоревшая одежда лежит в саду у клумбы с желтыми георгинами. Юнусовы бежали. Чьи-то шлепанцы остались валяться на веранде под виноградной решеткой; заглядывая в разбитое окно, я пытаюсь различить очертания выгоревшей спальни и обугленного матраса.

Выступая в Москве, глава «Мемориала» Олег Орлов напрямую обвиняет Кадырова: «Мы знаем, кто несет за это ответственность. Мы знаем, какую он занимает должность. Он работает президентом Чечни, — говорит он. – Рамзан лично ненавидел Наташу. Он оскорблял ее и угрожал ей. Мы не знаем, сам ли Рамзан отдал приказ убить Наташу или же это были его приближенные. Но, кажется, президент Медведев доволен тем, что в одной из российских республик правят убийцы».

Отвечает Кадыров характерно вкрадчиво. Он отрицает свою причастность, называет это убийство «чудовищным преступлением» и затем перекладывает ответственность за него на Березовского. Медведев характеризует это преступление как «возмутительное», но отвергает заявления о причастности Кадырова как «примитивные и неприемлемые». Расследование ее смерти почти не продвигается – хотя личность убийцы широко известна.

Я уезжаю из Грозного. Я еду в Кошкельды, в район Чечни Гудермес. В этой деревне – родовой дом Эстемировой, здесь по-прежнему живет ее тетя и другие члены семьи. Родственники-мужчины сидят в тени у старого дома, выкрашенного синей краской. Меня провожают во двор – мы располагаемся в залитой солнцем комнате. На тарелках разложена баранина и арбузы. На ковре в другой комнате уселись женщины. Время от времени кто-то разражается рыданиями и всхлипываниями.

Появляется пятнадцатилетняя дочь Эстемировой Лана. Она поразительно сдержанна. Какое-то время мы просто сидим. Она говорит по-английски. Признается, что ее мама понимала, в какой оказалась опасности:

— Я знаю, что ей угрожали. Она не рассказывала, но я это знаю. Я никогда не просила ее бросить работу. Я знаю, это было важно для многих людей. Она жила не для себя. Она жила ради тех, кто нуждался в ее помощи. – По словам Ланы, она никогда не ездила с охраной и не придавала особого значения собственной безопасности. – Она волновалась только за меня. Если я пропускала ее звонок или ставила телефон в режим вибрации, она обычно говорила: «Ты с ума сошла? Когда ты не подходишь, у меня сердце разрывается».

Муж Эстемировой погиб во время первой чеченской войны – после чего она решила оставить работу учителя истории и начать карьеру журналиста и правозащитника. Они с Ланой и с пушистой кошкой Ванессой жили в маленькой квартирке в Грозном, заставленной книгами и международными премиями. Лана говорит, что в России она не видит для себя будущего – она хочет учиться в Англии.

— Даже теперь я не верю, что это случилось со мной. Я не смотрела на нее мертвую. И только когда я увидела ее тело (на похоронах), я поняла, что осталась одна.

Я отправляюсь на деревенское кладбище, где теперь похоронена Эстемирова. Ее могила – на зеленом холме. Тихое место. Отец похоронен поблизости. Белые бабочки порхают среди исламских надгробий, веет легкий ветерок.

На ее надгробии надпись:

Наталья Эстемирова
28.02.1958 – 15.07.2009

Минуту я стою перед могилой, затем иду попрощаться с Ланой.

Когда Лана была маленькая, Маркелов и Политковская регулярно наведывались в скромную квартирку Эстемировой в Грозном. Эти трое засиживались допоздна, говорили ночи напролет – Политковская была сурова и сосредоточенна, Маркелов смеялся и травил анекдоты. Вначале Анна, потом Стас, потом ее мать – я осознаю, что за три года убили троих взрослых, сыгравших важную роль в жизни Ланы. За дверью снова слышны рыдания.

— А у меня больше нет слез, — говорит она.

В доме Эстемировой я ожидал встретить толпу журналистов. А оказалось, что я тут один. Где все остальные?

Сочинение ко Дню Победы

11216320_1125764104105286_98261220_n

От Кашина: Я иногда пишу для хорватского журнала «Телеграм», и этот текст там, как говорят, уже вышел, просто на сайте нет, а мне хочется опубликовать его до праздника. Текст писался для перевода на хорватский (кто хочет позанундствовать на тему того, как правильно называется язык — ок, считайте, что вы уже позанудствовали, в комментариях об этом ничего писать не надо) и, как можно догадаться, для хорватской аудитории, но я хочу опубликовать его и по-русски, и та странная интонация, когда ты что-то рассказываешь иностранцу более подробно, чем рассказывал бы русскому, сейчас мне кажется выигрышной именно для русской публикации, потому что сейчас такое ощущение, что к 2015 году говорить на эту тему по-русски с русскими никто не умеет вообще, то есть идет либо бычка, либо «давайте откровенно, 9 мая — говно». Экспортная отстраненность, мне кажется, позволяет хотя бы символически избежать этой всеобщей проблемы.

Июнь 1941 года, западная граница России, и маленький человек в форме офицера пограничных войск смотрит в бинокль на наступающие немецкие войска.

Мы знаем этого маленького человека — это Владимир Путин. Вот он бросает гранату во вражеский танк под Киевом. Вот он в белом маскировочном халате бежит, стреляя из автомата, по заснеженному полю под Москвой, а потом, сидя за штурвалом истребителя, сбивает вражеские самолеты где-то около Ленинграда. Мы видим Владимира Путина, черпающего каской воду из Волги в Сталинграде, а вот он уже танкист под Курском — вылезает из танка, вытирает рукавом закопченное лицо. Путин управляет подводной лодкой на дне Балтийского моря, и метко запущенная им торпеда топит немецкий транспорт у острова Рюген. Наконец, весна 1945 года, Берлин — на разбитый купол Рейхстага поднимается усталый Путин с большим флагом. Это победа.

Вы думаете, это неправда? Конечно, вы правы, но ваше мнение никого не интересует. То, что в России называют Великой отечественной войной, давно превратилось в личную войну Владимира Путина. Это он стрелял из танка, летал на истребителе, плавал на подводной лодке. Его убивали, но он каждый раз оказывался сильнее, и каждый раз побеждал. Кстати, кого?

Формально — Гитлера, но о Гитлере можно не вспоминать, Гитлера давно нет. В 1945 году Владимир Путин победил всех — он победил Обаму, и Ангелу Меркель, и оппозицию внутри России, включая Бориса Немцова, и мировое ЛГБТ-движение, и Pussy Riot, и Украину, и Грузию, и три прибалтийские страны, и еще Польшу, и вообще всех на свете, потому что все на свете — и есть враги России. У России есть только один друг, сам Владимир Путин. И только он способен победить всех врагов.

Сегодня мало кто понимает реальное беспрецедентное историческое значение Второй мировой войны для России. Семьдесят лет советской истории — жесточайшая террористическая диктатура партии большевиков и ее репрессивного аппарата. Советский режим был бесчеловечен и лжив. Люди, лишенные не только большей части гражданских прав, но часто и элементарных бытовых удобств, каждый день слышали по радио и от своих вождей, что живут в самом счастливом и справедливом обществе. Двоемыслие, несоответствие между реальностью и словами, на протяжении десятилетий было обязательным свойством советского общества, изолированного от всего остального мира.

И только война, только четыре года из семидесяти — удивительное исключение из всех правил советской истории, программный сбой. Да, война была трагедией и катастрофой, но при этом она же была настоящим светлым пятном даже для тех, кто никогда бы не решился сказать об этом вслух.

На четыре года прервалось и рабство, и двоемыслие. Вчера ты — бесправный колхозник или строитель, за порцию баланды сооружающий очередную «стройку коммунизма». Сегодня ты — солдат, честно сражающийся с самым настоящим мировым злом. Вчера партия за тебя решала, что такое добро, и что такое зло, а сегодня ты воюешь на стороне Англии и Америки. Вчера тебе назначали во враги твоих знакомых, родственников и соседей, за которым по ночам приезжала машина из тайной полиции и увозила их в Гулаг, сегодня твой враг — не придуманный, а самый настоящий чужеземный захватчик, несущий на твою землю смерть и разрушения. Вчера ты был винтиком в огромном бесчеловечном механизме, а сегодня ты — личность, от выбора которой в каждую минуту зависит и собственная судьба, и судьба страны, и даже человечества.

Четыре года войны на советском фронте парадоксальным образом стали четырьмя годами максимальной для советского режима правды, свободы и справедливости. Война унесла миллионы жизней, но она же стала единственным светлым пятном для десятков миллионов людей в их беспросветном существовании. И в послевоенные годы советская картина мира была полна лжи и недомолвок, палачи считались героями, честные люди врагами, и только воспоминание о войне, когда врагами были враги, а честные люди — честными людьми, было самым человечным и потому самым важным историческим эпизодом. Отношение к войне как к особому периоду истории — это важнейший элемент национальной самоидентификации всех бывших советских людей. Крушение коммунизма в 1991 году, обрушившее все советские ценности, никак не повлияло на ценность этой войны, более того — поскольку постсоветской России вообще не удалось создать свою национальную мифологию, то только мифология войны осталась единственной общепризнанной и бесспорной всероссийской духовной ценностью.

И когда к власти пришел Путин, то он, создавая режим своей личной власти, не мог не опереться на военный миф. Миф о жестком, но справедливом лидере опирался на миф о войне, и по мере укрепления путинского режима срастался с ним. Россия — это Путин. Россия — это победа 1945 года. Из двух этих равенств получается новое уравнение — Путин теперь и есть победа 1945 года.

Назначенный на 9 мая парад в Москве — это не парад памяти о жертвах и героях войны, это парад лояльности Путину и его государству. Георгиевская черно-оранжевая лента, формально символизирующая память — это теперь тоже знак лояльности. С этой лентой на Украине воюют пророссийские сепаратисты, им важно чувствовать себя наследниками солдат Второй мировой, противостоящих не современной Украине, а именно тому злу из 1941-45 годов, с которым воевали их деды. Западная версия войны, будь то Холокост, или раздел Европы, или даже расчеты Тьюринга, позволившие взломать «Энигму» — все это раздражает современную Россию, которая уже согласна считать своими врагами из 1945 года тех, кого врагами сегодня считает российское государство — и Украину, и Грузию, и Америку. Исторический эксперимент Владимира Путина уничтожил память, заменив ее утилитарной политической конструкцией. Эта конструкция недолговечна, она закончится вместе с властью Владимира Путина, и тогда российскому обществу заново придется формулировать свое отношение ко Второй мировой войне.

Но пока об этом никто не думает. Владимир Путин вылезает из танка, вытирая закопченное лицо, Владимир Путин летит на истребителе, Владимир Путин поднимает флаг над Берлином. В той войне, которой сегодня поклоняется Россия, победитель — только он один, Владимир Путин.

Хардинг на «Кашине»: Государство-мафия (впервые на русском), четвертая глава

tdk

От Кашина: Мы продолжаем публиковать книгу Люка Хардинга «Государство-мафия» в переводе друга нашего сайта Ирины Сисейкиной. Это первое русское издание этой книги, и больше вы его нигде по-русски не прочитаете. Первая глава доступна тут, вторая тут, третья — тут.

Глава 4

Победители и побежденные

Молодежный лагерь «Наши», озеро Селигер, 200 миль к северо-западу от Москвы

10 июля 2008 года

Есть вероятность, что российские правоохранительные органы более Люка Хардинга не побеспокоят. 

Письмо из ФСБ

Спустя несколько недель после посещения тюрьмы Лефортово ФСБ шлет мне еще одно письмо. Расследование дела Березовского определенно продвигается. Следствие пришло к выводам, что я не располагаю какой-либо информацией относительно самонадеянных «планов» олигарха совершить переворот в Кремле. В ФСБ заявляют, что не собираются предпринимать какие-либо меры против газеты Guardian или ее корреспондентов. Я читаю:

На сегодняшний день существуют доказательства того, что Люк Хардинг не имеет отношения к интервью. Он не контактировал с Б.Березовским и не является свидетелем. Таким образом, он не представляет интереса для правоохранительных органов. В соответствии с этим, есть вероятность, что российские правоохранительные органы более Люка Хардинга не побеспокоят. 

На первый взгляд это — ободряющие новости. И все же письмо, написанное канцелярским русским языком, вызывает у меня еще больше вопросов. Почему напыщенные разглагольствования Березовского, который прячется где-то далеко от России, вызывают столь яростную реакцию Кремля? И почему под подозрением оказываюсь я – хотя сейчас, похоже, бремя вины с меня снято? Неужели кто-то считает, что я на зарплате у олигарха? Или что я замешан в шпионаже и использую работу в либеральной газете Guardian как маловероятное прикрытие?

Сложно прийти к какому-то разумному заключению. Но, похоже, ФСБ – действительно странная организация: подозрительная, одержимая паранойей, незнакомая с миром за пределами России, склонная к иррациональным и эмоциональным поступкам.

И все же уверения ведомства в том, что меня больше не побеспокоят, приносят некое облегчение. К сожалению, это все ненадолго. В воскресенье, 12 апреля 2007 года, я снова возвращаюсь из Лондона в Москву после наших ежегодных летних каникул. Семья остается в Англии еще на две недели.

В ручной клади я везу с собой видео, полученное от старого друга семьи, поэта и актера Хиткоута Уильямса. Это видеокассета с записью выпуска BBC Panorama, посвященного расследованию смерти Литвиненко. Еще у меня с собой документальный фильм, снятый другом Литвиненко Андреем Некрасовым. Он называется «Мой друг Саша. Очень русское убийство». В него включены кадры, снятые в больнице после отравления Литвиненко. Хиткоут весьма кстати наклеил на кассету с ТВ-программой вырезки из газет. Среди них – знаменитое фото Литвиненко, на котором он, облысевший, осунувшийся и все еще с дерзким взглядом – лежит на своем смертном одре в Лондоне.

Я выкладываю кассету дома под телевизором. И забываю об этом. Во вторник я возвращаюсь домой с работы и обнаруживаю, что входная дверь заперта на оба замка. Я почти уверен, что когда я уходил утром, я запер дверь только на один замок. Впрочем, других странностей я не замечаю. В субботу меня не было весь день. А следующим вечером, в воскресенье, 19 августа, я остаюсь дома один, и поскольку семья меня не отвлекает, я решаю просмотреть запись о Литвиненко.

Первая часть проигрывается нормально: начинается BBC Newsnight, которую ведет Джереми Пэксман. Показывают Северную Ирландию, затем следует интервью с актером Питером О’Тулом. Но перед самым началом программы о Литвиненко картинка исчезает. Изображение на экране полностью искажено. Все еще слышно закадровые комментарии – только лишь – но звук ускорен, и диктор лопочет этаким голосом Микки Мауса. Я считаю, что фильм Некрасова аккуратно стерли. Не осталось никаких изображений вообще – просто экран с дрожащими полосками.

Я пишу Хиткоуту. Объясняю ситуацию. Он говорит, что у него кассета проигрывалась без проблем. Не могу придумать этому никакого другого объяснения, кроме самого очевидного: сотрудники ФСБ снова вломились в мою квартиру, заприметили видео, затаили обиду и решили стереть все спорные моменты записи. Или же это видеокассета с фотографией Литвиненко каким-то образом спровоцировала повторное вторжение? В любом случае становится понятно, что мои гости вернулись. Меня не покидает ощущение, что мы живем в двух разных мирах, в двух противоположных психических реальностях. В одной из них кассета с видео о Литвиненко – это лишь безобидная домашняя запись, сделанная другом. А в другой – это свидетельство зловещего заговора, цель которого – опозорить российское государство.

Отношения между Великобританией и Россией при Владимире Путине в какой-то момент были теплыми – об этом стали частенько забывать. Сам Тони Блэр был одним из самых ярых поклонников Путина. Встав на место Ельцина в 2000 году, Путин первым делом отправился в Британию. Новый президент России – в тот момент фигура загадочная, предмет обсуждений «Кто такой мистер Путин?» — вызывал бурные дискуссии на Даунинг-стрит. Он даже встречался с королевой в Виндзорском замке.

Блэр яростно защищал своего московского гостя, приводят свои контраргументы против критики новой войны, развязанной Кремлем в Чечне, и обвинений  в нарушении прав человека. Он провозгласил Путина своим единомышленником-модернизатором, сильным партнером, способным наладить процесс политических и экономических реформ. После успешной двусторонней встречи между лидерами в ноябре 2000 года один из российских чиновников даже заметил: «Трудно припомнить, когда российско-британские отношения бывали столь позитивными – такого не было даже до революции».

Но медовый месяц между Россией и Англией тянулся недолго. К концу срока первого правления Путина стало ясно, что дело идет к разводу. Эта отчужденность имела несколько причин. Растущая авторитарность путинской внутренней политики означала, что многие из его оппонентов решат покинуть страну. Огромное их число осело в Лондоне, де факто в новой столице – как и во времена царизма, когда Ленин разгуливал в Пентонвиле и Блумсбери – для русских диссидентов и опальных революционеров. Кремль и Даунинг-стрит разошлись во мнениях по поводу войны в Ираке. (Путин расценил это как очередной вопиющий пример англосаксонского империализма). И с 2003 года, с момента, когда выступления в поддержку прозападных реформ начали сотрясать Грузию и Украину, паранойя внутри Кремля катастрофически нарастала. Путин – как и ФСБ – пришли к убежденности в том, что украинскую «оранжевую революцию» спровоцировали не только народные уличные протесты, но и шпионы ЦРУ, которые ввезли в страну мешки долларов.

Но наиболее яростную полемику между Россией и Англией вызвала тема правовой взаимопомощи и экстрадиции. Летом 2007 года, за мясным карпаччо, сидя в одном из самых известных итальянских ресторанов, я спрашиваю пресс-атташе Путина Дмитрия Пескова о том, когда начались текущие проблемы между Лондоном и Москвой. Ответ Пескова однозначен – в 2003 году. (Песков также пожалуется мне, что во время полета первым классом British Airways из Нью-Йорка в Лондон стюардесса пошутила: «Надеюсь, на этот раз обойдется без полония, мистер Песков». – «И после этого вы хотите, чтобы я ратовал за поездки в эту страну!» — говорит он).

Почему 2003 год? Дата соотносится с решением Великобритании предоставить политическое убежище Березовскому, злейшему врагу Путина. Судебным решением британского суда в том же году Кремлю было отказано в экстрадиции Ахмеда Закаева, лидера чеченских повстанцев, которого Москва обвинила в терроризме. К 2007 году Россия успела подать двадцать одно заявление об экстрадиции российских граждан из Великобритании, многие из которых были связаны с делами «Юкоса» — обанкротившейся нефтяной компании Ходорковского. Все безуспешно. Британские суды отказывали, основываясь на том, что в России, по их мнению, этих лиц вряд ли ждет справедливое правосудие, и во многих случаях все эти граждане подвергались преследованиям за свои политические убеждения.

И это правда: фраза «телефонное правосудие» означала российскую политически необъективную систему правосудия – с отсылкой на привычку кремлевских чиновников спускать судьям сверху готовые вердикты. Повторное заключение Ходорковского, последующие показные суды служат этому дальнейшим подтверждением.

Но отказ Британии в экстрадиции Березовского Путин воспринял как личное предательство. Он, как сообщают, гневно заявил, что Блэр не отвечал на его телефонные звонки и не проинформировал его о судебном решении. Сам же Блэр, как мне сказали, постепенно распрощался с иллюзиями в отношении своего бывшего русского союзника. Когда его спросили, что тот думает про Путина, как говорят, Блэр заявил сотруднику Даунинг-стрит: «Он плохой человек». В 2008 году на встрече с сенатором США Джоном МакКейном Блэр описал Путина как «набирающего силу автократа», сказав, что тот «задушил развитие демократических процессов в России». Стратегия Запада, как считал Блэр, должна поставить Россию в «некое отчаянное положение». Он заявил МакКейну, что в отношении России необходимо продемонстрировать «твердость и посеять семена замешательства».

Разница в ценностях этих двух стран – демократической и авторитарной – сравнима даже не с громадным разрывом, а с пропастью без мостов. Невозможно представить, чтобы в рамках путинской системы судья отказался бы выполнять пожелание Кремля. Естественно, Путин истолковал постановление британского суда не как демонстрацию независимости правосудия, а как осознанное антироссийское выступление, организованное заносчивым британским политическим истеблишментом. Путин никогда не простит Блэра. Его неприязнь к Британии далее распространится и на преемника Блэра – Гордона Брауна.

С этих так называемых знаков пренебрежения начинается серия агрессивных выступлений  российского правительства. В январе 2006 года по российскому государственному телевидению показывают съемку, в которой предположительно офицеры британской разведки забирают сведения из искусственного «камня», спрятанного в одном из московских парков. Тридцатисантиметровый камень напоминает маленький, безобидный легкий коричневый голыш – булыжник, знакомый поклонникам сериала «Флинстоны». ФСБ заявляет о том, что проживающие в Москве британские дипломаты использовали этот камень для коммуникаций со своими российскими «агентами». Эти «агенты» работают в российских негосударственных организациях – в группе, на которую Кремль навесил ярлык нелояльной пятой колонны, что является синонимом шпионажа и западного вмешательства. Российские защитники прав человека расценили историю как грязную клевету. Они заявили, что цель акции — дискредитировать законопослушные НКО и ослабить к тому моменту уже и так немощное российское гражданское общество. Однако худшее было впереди.

В те жаркие недели, когда Луговому предъявили обвинение в убийстве, двусторонние отношения  претерпели очередное резкое ухудшение. Российское правительство отвечает категорическим отказом на требование Британии об экстрадиции Лугового. Вместо этого делается все, чтобы его обезопасить и не дать предстать перед судом в Лондоне. Путин в ярости – он цитирует Конституцию России, которая – как и любая другая правовая система, восходящая к Кодексу Наполеона – запрещает экстрадицию собственных граждан. Он также клеймит таковой запрос как «самонадеянный», свидетельствующий о колониальном менталитете «безмозглых» британцев.

Этот конфликт – который пришелся по вкусу одному российскому аналитику, известному своей любовью к взаимному оплевыванию – разгорается летом 2007 года. Я звоню Гарри Каспарову. Он говорит, что Путин боится, что его самого могут вызвать как свидетеля в случае, если дело будет рассматриваться в лондонском суде. Путин оказался в тупике. По мнению Каспарова, его выбил из колеи отказ Лондона замять дело с Литвиненко и стремление поставить ценность одной конкретной человеческой жизни выше вопросов совместного бизнеса.

— Путин полагает, что на все есть своя цена. Он очень подозрительный человек. Если о чем-то нельзя договориться, за этим кроется заговор. Для него такой ход мышления – нормален.

В июле новый министр иностранных дел Дэвид Милибэнд высылает из Лондона четырех российских дипломатов — в знак протеста против отказа Москвы в выдаче Лугового. Милибэнд однозначно дает понять, что, по его мнению, в операции по убийству Литвиненко замешано ФСБ; он прекращает сотрудничество с этим шпионским ведомством и вводит новую, гораздо более жёсткую политику в отношении выдачи виз кремлевским представителям, желающим посетить Лондон. В ответ на это Россия высылает из Москвы четырех британских дипломатов. На этом игра «око за око» — в лучших традициях ФСБ — заканчивается.

Однако неявным образом ФСБ и далее повышает градус напряжения, используя свои излюбленные методы запугивания. Британское правительство не может укомплектовать штат посольства в Москве ввиду визовых ограничений, о чем говорит рассекреченная телеграмма, отправленная в США. Добавляется, что «сотрудники из числа российских граждан также подвергались преследованиям со стороны ФСБ». Некоторые становятся жертвами взлома. Британские дипломаты тоже замечают следы вторжения. Цель таких акций – деморализовать сотрудников посольства, вынудить их уехать раньше положенного срока.

Настроения среди британских дипломатов в Москве – воинственные. Тони Брентон, посол Великобритании, проводит для британских журналистов серию утренних брифингов. Место проведения – резиденция Брентона неподалеку от Старого Арбата, в Большом Николопесковском переулке,  в здании в буржуазном стиле, вероятно, выстроенном для купца или крупного чиновника в конце девятнадцатого века. Российские сотрудники – в черной форме и белых фартуках – вносят тарелки с колбасками и яичницей, подают кофе, апельсиновый сок и тосты. Атмосфера праздничная, на стенах изображены морские пейзажи Британии восемнадцатого века — в сдержанных зеленых тонах. (Что напоминает о визите Петра Первого в Дептфорд, Лондон, в 1698 году, когда тот изучал кораблестроение).

То, что обсуждается на брифингах, разглашению не подлежит. Но убийство Литвиненко – тема номер один, поскольку отношения Британии и России ухудшаются с каждым днем. Скорейших улучшений никто не ждет.

В то же время посол США Уильям Бернс пишет, что российские представители власти не заинтересованы в том, чтобы Луговой предстал перед Британским правосудием. И это неудивительно, сообщает он в Вашингтон, «учитывая сенсационную природу убийства и неясные перспективы того, куда может зайти следствие, заполучив Лугового».

Российское правительство открывает еще один фланг наступления, объявляя войну Британскому Совету – культурному представительству правительства Британии за границей. В 2004 году российские власти обвиняют Британский Совет в незаконных коммерческих операциях и уходе от налогов. Налоговики в балаклавах снуют по штаб-квартире Совета, которая делит помещение с несколькими другими культурными организациями в здании Московской библиотеки иностранной литературы, что на берегу Яузы, где вечные пробки.

Использование налоговой полиции – один из излюбленных приемов Кремля. Налоговиков выставляют против политических оппонентов и организаций по защите прав человека. После убийства Литвиненко российские чиновники объявляют, что кампания против Британского Совета прекратится, если Британия согласится прекратить расследование убийства. В декабре 2007 года, после того, как правительство Брауна ясно дает понять, что по делу Литвиненко договориться не удастся, МИД России объявляет о том, что закрывает представительства Британского Совета за пределами Москвы. Приказ вступает в силу с 1 января 2008 года.

Директор Британского Совета в Москве – Джеймс Кеннеди – мой личный друг. За обедом в его московской квартире, расположенной в обшарпанном здании девятнадцатого века неподалеку от Садового кольца, мы обмениваемся полезными советами по поводу методов противодействия электронной слежке ФСБ. Джеймс говорит – он подозревает, что его квартира начинена жучками, как и машина с персональным водителем, что возит его на работу. Мы оба приходим к выводу, что лучшая стратегия – это игнорировать прослушивания и вести себя так, как будто бы этого всего не существует. В момент скандала с Британским Советом я общаюсь с Джеймсом по телефону почти каждый день. 14 января 2008 года Британский Совет объявляет о своем отказе подчиняться приказу о закрытии и снова открывает филиалы в Санкт-Петербурге и уральском Екатеринбурге. Российское правительство приходит в ярость от такой «провокации».

Ответ ФСБ – незамедлителен, омерзителен и предсказуем. 15 января ведомство призывает сотрудников российского Британского Совета (четверых — в Екатеринбурге и шестнадцать – в Санкт-Петербурге) прекратить сотрудничество с британцами. Методы ведомства никогда не понять до конца: бойцы МВД наведываются домой к шестерым сотрудникам – это происходит после полуночи. В одном случае они предупреждают, что домашний питомец, любимец семейства, может пострадать от несчастного случая, в другом – интересуются здоровьем пожилых родственников. В третьем налоговики заявляют, что работникам Британского Совета грозит уголовное преследование. В тот же вечер дорожная полиция Санкт-Петербурга со съемочной группой на подхвате останавливает машину Стивена Киннока и обвиняет его в вождении в пьяном виде.

Киннок – директор Британского Совета в Санкт-Петербурге, сын лорда (Нила) Киннока, бывшего лидера британской Лейбористской партии.

Британские представители возмущены фактами запугивания и провокаций.

— Это классический метод КГБ, используемый для устрашения наших сотрудников, способ заставить их почувствовать себя беззащитными, — говорит мне один из них. Другой сравнивает методы ФСБ с «избиением библиотекаря». А в Лондоне исполнительный директор Британского Совета Мартин Дэвидсон неохотно признается, что выбора у него нет – он вынужден закрыть региональные представительства.

— Мы наблюдали подобные действия в ходе холодной войны, но искренне полагали, что с такими методами покончено, — вздыхает он.

В приватных депешах в Вашингтон Уильям Бернс выражает солидарность со своими загнанными в угол британскими единомышленниками. Он отмечает, что правительство Брауна «надеется пристыдить российское правительство, указав, что действия против Совета нанесут непоправимый вред тысячам российских студентов, которые пользуются услугами Совета – сдают языковые тесты, обращаются к бесплатным ресурсам при поиске подходящих программ для учебы в британских университетах». Посол США обращает внимание на то, что в их число входит огромное количество «детей национальной элиты». Но эта стратегия устыжения не возымела никакого эффекта. Министр иностранных дел Сергей Лавров – собственная дочь которого учится в Лондонской школе экономики – отмечает, что поведение британцев «свидетельствует об их ностальгии по колониальным временам». Генерал-майор Юрий Дроздов, офицер КГБ в отставке, говорит российским журналистам, что работа Британского Совета напрямую связана с «действиями британской разведки, чьи агенты совместно с США разрабатывают план раздробления и порабощения России».

Британские критики России расценивают эти закрытия филиалов как зловещий знак. Денис Макшейн, бывший министр по вопросам Европы, депутат парламента от Лейбористской партии, в выражениях не стесняется – он говорит о «новой омерзительной России, входящей в двадцать первый век…  Жаль, что нация Толстого и Чайковского пытается сделать жертвой Британский Совет, который способствует продвижению культурных традиций и сотрудничества  между художниками, писателями и музыкантами. Но сегодняшняя Россия медленно возвращается к бескультурному авторитаризму, что донельзя печально».

Я спрашиваю Федора Лукьянова, редактора журнала «Россия в глобальной политике» и своего любимого аналитика по российским вопросам, что из всего этого получится. Действительно ли репутации России может навредить такое «шаблонно советское» поведение?

— Я глубоко убежден в том, что Россию уже давно не волнует ее международный имидж, — говорит он.

Кремль также становится спонсором отвратительной кампании по персональному преследованию Тони Брентона. «Преступление» британского посла заключается в том, что он появился на семинаре гражданского общества в июле 2006 года в одной компании с Эдуардом Лимоновым – российским писателем и лидером запрещенной национально-большевистской партии – свирепой антикремлевской молодежной организации, членов которой регулярно преследует российская полиция и суды. (Позднее я узнал, что и самого Лимонова содержали в Лефортово).

После форума юные прокремлевские активисты таскаются за Брентоном по улицам Москвы и вообще повсюду. Это члены пропутинской группы «Наши», организованной кремлевскими политтехнологами на заре оранжевой революции. Активисты из «Наших» забрасывают Брентона вопросами во время его публичных выступлений. Они преследуют его жену, выпрыгивают перед его машиной, заваливают листовками лобовое стекло. Как указывает Бернс, эти акции не происходят спонтанно, – активистам определенно за это платят.

Министерство иностранных дел Британии заявляет МИДу РФ, что такая тактика является нарушением условий Венской конвенции.

После российских парламентских выборов 2 декабря 2007 года, на которых путинская «Единая Россия» одержала «сокрушительную» и, как вероятно, фальсифицированную победу, активисты «Наших» проводят пикет напротив Британского посольства в Москве, что расположено на берегу реки. Активисты выстраиваются вдоль черной Москвы-реки, на улице холодно и промозгло. Демонстрантов – около двадцати, они держат в руках плакаты. На плакатах – увеличенное фото Брентона с подписью Loser —  красные чернильные буквы красуются прямо на лбу политика. Впрочем, бывали времена и похуже – на предыдущих собраниях «Наших» Брентона сравнивали аж с Гитлером. Британские официальные представители – из тех, которые верят в силу здравого смысла и диалога – приглашают лидера «Наших» на переговоры. За этим тут же следует еще одна демонстрация – на этот раз плакаты гласят We don’t want your tea («Не нужен нам ваш чай»).

— Мистер Брентон – лузер, выборы в России не принесли ему желаемого результата. Он хотел, чтобы здесь произошла оранжевая революция. Но ничего не вышло, — Константин Голоскоков, 21-летний студент Московского университета, сообщает мне это у дверей посольства. И добавляет, — Мы считаем, что мистер Брентон не должен вмешиваться во внутренние дела нашей страны. Мы обратились к министру иностранных дел с просьбой лишить его аккредитации.

Еще одна активистка «Наших» Маша Дрокова говорит мне:

— Я жду, что он извинится.

Стоит ли упоминать, что выборы были проведены нечестным путем:  миллионам работников государственного сектора велели проголосовать за Путина, сказав, что в противном случае они потеряют работу. Путин выиграл, а Брентон проиграл. В манихейском мире Путина это настолько просто. В конце концов, активисты из «Наших» прекращают свои дежурства у посольства, как считает Бернс, «вероятно, получив инструкции».

Шестью месяцами позже, летом 2008 года, я сталкиваюсь с активистами «Наших» в их ежегодном выездном лагере на берегу озера Селигер на живописном севере России, неподалеку от Твери, в трех часах езды от Москвы. Сотни палаток стоят в залитом лучами солнца сосновом бору. Тут есть и мобильные туалеты, и умывальники, и все необходимое для приготовления еды. С той стороны озера сияет золотыми куполами православный храм. Этот лагерь мог бы стать обычным летним сборищем бойскаутов – если бы не гигантские портреты Путина, растянутые между деревьями на центральной поляне.

Я обнаруживаю, что теперь самой ненавидимой страной в кремлевском пантеоне демонов является вовсе не Британия, а крошечная Эстония. Россия регулярно устраивает публичную порку Эстонии и ее постсоветским соседям – Латвии и Литве, обвиняя их в «фашизме». Экстрадицией тут и не пахнет, полемика касается истории двадцатого века. В Эстонии по понятными причинам не согласны с заявлениями Кремля о том, что страна была «освобождена» Красной армией от нацистов, — для эстонцев это освобождение – повторная оккупация. Решение Эстонии демонтировать памятник солдату-красноармейцу встречает яростную реакцию со стороны России, в мае члены «Наших» осаживают посольство Эстонии, притащив с собой огромный надувной танк.

Я обнаруживаю, что на песчаном берегу у активистов «Наших» живет свинья. Они назвали животное Ильвесом в честь президента Эстонии Тоомаса Хендрика Ильвеса. Ответственный свиновод Дмитрий Иванов одет в американский костюм, украшенный пришитыми фальшивыми долларовыми бумажками, и в цилиндр. Он говорит мне:

— Мы не фанатики. Мы просто поддерживаем курс российской правящей элиты. Мы хотим, чтобы люди жили хорошо. Только идиот будет выступать против этого. – Будущее России, по его уверенным предсказаниям,  таково, — Мы войдем не в пятерку, а в тройку передовых стран. К 2020 году  люди будут стремиться переехать из таких стран, как ваша, в Россию.

Сам лагерь, как я понимаю, — это возможность совместить пропагандистскую деятельность Кремля с бесплатным отпуском и пофлиртовать с противоположным полом. Тут есть скалодром, танцевальные классы, горные велосипеды, спортзал и даже сигвей, лесной воздух пропитан сосновой смолой и гормонами молодости. На песочке загорает женщина в оранжевом бикини, почитывая Конституцию России. Кремль спонсирует «Наших», а Владислав Сурков – главный путинский идеолог – их идейный вдохновитель.

Некоторые из приемчиков этой группы выглядят скорее глупо, нежели устрашающе. Одна из палаток, что стоит на песчаной насыпи, принадлежит Антонине Шаповаловой, ей двадцать лет и она – модный дизайнер. Шаповалова, как и множество других поклонников «Наших», — родом из провинции (в ее случае – из Костромы, что на западе России). В 2007 году она представила сенсационные дизайнерские «трусы Путина». Эта откровенная нижняя часть бикини украшена слоганом «Вова, я с тобой», и слово «Вова» — уменьшительно-ласкательное от Владимир – тянется ровно вдоль промежности.

В лагере также пытаются решать и демографические проблемы России: двадцать молодых пар торжественно завязывают узел во время массовой церемонии на главной сцене. Каждая из этих пар ночует в отдельной палатке в форме сердца, украшенной красными шариками; год назад на этом же месте во время массовых свадеб уже успели зачать ребенка – Васю – которого сейчас с гордостью предъявили общественности; присутствуют пары из Дагестана в ярких костюмах, на женихах — огромные коричневые шляпы.

Но на самом деле, впрочем, факт остается фактом: «Наши» — это довольно неприятная организация. Российское правительство использует ее как средство демагогии и как способ подразнить своих врагов. Во время моей работы в Москве мишенями организации, наряду с Брентоном и эстонцами, становится и критик Путина Каспаров, а также журналист и советский диссидент Александр Подрабинек.

Неподалеку от места содержания хрюшки мы встречаемся с лидером «Наших» Никитой Боровиковым. Боровиков защищает тактику группы. Он говорит, что не видит ничего плохого в преследовании врагов России – и описывает эти трюки как «фарс». Зачем они привязались к Тони Брентону?

— Он поддерживает фашистов и экстремистов, — отвечает Боровиков.  – И это ужасным образом очерняет имидж России. Когда государство ничего не предпринимает, действовать вынуждено общество.

Как выясняется, у России полно врагов – их бесконечное число, как иностранных, так и доморощенных. У главной сцены развешаны баннеры. На одном изображен президент Эстонии в форме офицера SS, на других – Михаил Саакашвили и Виктор Ющенко – прозападные президенты Грузии и Украины, тут же красуется слоган «Злой дух проник к нашим братьям-славянам». В дальнем конце песчаной насыпи я отыскиваю труппу белорусского театра, представляющую сатирическую пародию на «Другую Россию» — продемократическое движение Каспарова. Актеры в масках – в стиле шоу Spitting Image – танцуют канкан под музыку из «Шоу Бенни Хилла», размахивая американскими флагами. Борис Березовский дирижирует, Ходорковский выходит на сцену в наручниках и полосатой тюремной пижаме. Все это в лучших традициях советской пропаганды с ее изображением злобных капиталистов в черных цилиндрах. Внезапно я осознаю, что это еще один пример адаптации Кремлем советской модели – в данном случае Кремль взял коммунистическую молодежную организацию (комсомол) – и сменил упаковку на более привлекательную для пользователей Facebook.

Вернувшись в Москву, я спрашиваю Илью Яшина, молодого лидера либеральной партии «Яблоко», что тот думает о «Наших».

— Это полностью искусственное движение, созданное президентской администрацией, — говорит он, добавляя, что это позор его поколения русских.

Участники движения вознаграждаются бесплатными билетами в кино, клубными картами в бассейны и престижными стипендиями в государственных корпорациях. Они не глупы – они просто циники, предполагает он:

— Россия пребывает в глубокой психологической и политической апатии.

Яшин полагает, что неверно было бы сравнивать «Наших» с Гитлерюгендом – первых прозвали Путинюгендом – поскольку они никого не убивают. Лучший аналог, как он считает, — хунвейбины председателя Мао. Короткой пугающей сноской можно добавить, что «Наши» вместе с самим Путиным, как выяснилось, еще и благоговеют перед Андерсом Берингом Брейвиком, 32-летним норвежцем, который совершил массовое убийство в июле 2011 года.

Маленький прибрежный городок Сенигаллия расположен на открытом всем ветрам адриатическом побережье Италии. Тихое милое местечко. Есть собственная пристань и набережная. По берегу раскиданы кафе с полосатыми шезлонгами, черноголовые чайки снуют над волнами. В Сенигаллии имеется даже собственный замок и чудесный парк, засаженный араукарией и пихтами. Я приезжаю и вижу запертую дверь туристического бюро. Но в старом городе, под каменными арками, удается найти кафе, где продают превосходное мороженое.

Сенигаллия – странное прибежище Вальтера Литвиненко, 71-летнего отца Александра Литвиненко. Вместе с женой Любой и другими родственниками он живет здесь в изгнании – на побережье провинциальной Италии. В марте 2011 года я отправляюсь в их обшарпанную трехкомнатную квартиру, упрятанную в безликом тупике. Семейство покинуло Россию весной 2008 года. Но, как объясняет Вальтер Литвиненко, его проблемы с российским государством начались еще до убийства его сына – история тянется аж с 1998 года, когда Александр – в семье его называют Саша – публично выступил с обвинениями своего работодателя, ФСБ. Шефом ФСБ на тот момент являлся сам Путин. Семейство проживало в Нальчике, городке у подножия гор Северного Кавказа.

Александра арестовали. В Нальчике единокровная сестра Александра Татьяна и ее муж – оба тогда работали в местном подразделении ФСБ – потеряли работу. Загадочным образом погибла бабушка Литвиненко – ее сбила машина, когда та переходила дорогу.

После радиоактивного отравления и смерти Литвиненко в Лондоне проблемы только приумножились. Начались угрозы и запугивания. Российская пресса объявила семью Литвиненко предателями. Родственники прекратили общение. Как говорит Вальтер, ему намекали на то, что его внук-подросток – которого вот-вот должны были призвать в армию – вернется домой в черном мешке. Вальтер был в курсе, что местоположение его младшего сына Максима – который уже успел переехать в Италию – рассекречено. Мало-помалу семья Литвиненко пришла к выводу, что выбора нет — им остается лишь покинуть Россию.

— Я боялся не за себя, а за детей, — рассказывает мне Вальтер – на нем та же плоская кепка, что была надета в тот промозглый день, когда его сына хоронили на Хайгейтском кладбище а Лондоне.

Литвиненко – вынужденные изгнанники: на стене висит карта России, рядом с ней – несколько православных икон, на полке стоит русско-итальянский разговорник.

— Дома я любил ходить за грибами. Но потом я стал бояться соваться в лес. В лесу очень легко убить человека, — говорит Вальтер.

Жизнь в Италии, как выяснилось, принесла одни разочарования. Спустя два года после переезда лидер Италии Сильвио Берлускони отказался предоставить семейству убежище – что Литвиненко-старший относит на счет близких личных отношений Берлускони и Путина. Он говорит, что эта волокита может объясняться нежеланием Берлускони огорчать Кремль.

— Мы стали жертвами в этой политической игре, — говорит Литвиненко. – Берлускони не лучше Путина. Все европейские правительства заигрывают с Путиным. Зависимость Берлускони от Путина и от российского газа означает лишь то, что убежища мы не получим.

Такое заявление кажется мне правдоподобным, хоть и невеселым. Паоло Гуццанти, бывший сенатор партии «Вперед, Италия» (Forza Italia), повздоривший с премьер-министром из-за дружбы последнего с Путиным, говорит, что, вероятно, Берлускони лично не дал хода заявлениям Литвиненко.

— У меня нет этому подтверждения, но кажется очевидным, принимая во внимания братские отношения между Путиным и Берлускони, ч то будут придуманы любые возможные предлоги для того, чтобы замедлить или вообще остановить процесс по предоставлению убежища, — говорит он.

Итальянское правительство это отрицает. Позднее семья получает разрешение на проживание в Италии, хотя это не аналог убежищу.

Литвиненко также полагают, что семейство подвергается преследованиями и со стороны полиции Италии  – полицейские совершили налет на семейный ресторан La Terrazza,  расположенный в соседнем курортном городке Римини. Татьяна рассказывает, как один из полицейских схватил ее за руку. Она начала вырываться, тот повалил ее на пол, она отключилась, получила сотрясение мозга. Как считают в семье Литвиненко, неизвестно, является ли это преследование местным феноменом ввиду того, что полиция плохо относится ко всем русским, наводнившим побережье Адриатики, или же направлено персонально против них и цинично инициировано в верхах.

— Я думал, что в Европе на 100% подчиняются законам. В Италии обнаружилось, что это неправда. Все решает мафия и связи. Словно бы мы были не в Европе, а остались в каком-нибудь российском захолустье, — говорит Татьяна.

Вальтер Литвиненко обвиняет Путина в смерти своего сына. Он полагает, что команда из трех человек – Лугового, Ковтуна и Соколенко, что встречались с его сыном в баре отеля, — действовала по указке Кремля.

— Я знаю, это Путин убил его, — говорит он мне. – Он больной человек. Нормальный человек не стал бы убивать Сашу.

У Литвиненко нет доказательств, но его отчаяние и его публичные обвинения в адрес Путина вполне понятны. Его логика следующая:

— В России существует вертикальная система. Как и в Советском союзе. Только Путин может решать подобные вопросы – он как Сталин. Без одобрения Путина это (убийство Литвиненко) никогда бы не случилось.

Татьяна с отцом не согласна. Она не хочет разбрасываться обвинениями ни в адрес Путина, ни кого бы то ни было еще. Ее упрек адресован Березовскому – вероломному покровителю Литвиненко. Он оставил семейство в беде.

— Мы ему определенно не интересны, а мы не станем унижаться и просить его.

Семья Литвиненко в отчаянном положении. Их основная пища – креветки, что хранятся в холодильнике их неработающего ресторана. За несколько дней до моего прибытия они потратили на яйца последние 10 евро. Местная церковь жертвует хлеб и яблоки, еще они пекут блинчики. На момент моего визита у них нет денег на оплату аренды квартиры за следующий месяц – это 540 евро. Горький постскриптум к истории Литвиненко – убийство, побег, нищета, туманное будущее на чужой земле. И обеспокоенность тем, что проживание на нынешнем месте – по-прежнему небезопасно.

— У какой-то подсознательный страх, — говорит Вальтер Литвиненко. – В Нальчике я не боялся – я знал там каждого в лицо. Здесь все по-другому. В любой момент к нам могут прийти, и это будет конец всего.

В мае 2011 года мне звонит Татьяна. Сообщает новости о семействе. Неутешительные. Люба – которая вырастила Александра Литвиненко – умерла. Правительство Италии по-прежнему отказывается оказывать Литвиненко минимальную государственную поддержку. Вальтер Литвиненко переехал и теперь живет один в однокомнатной квартире. Он остался практически без средств к существованию, у него нет денег на оплату счетов. В его квартире отключили электричество, и он сидит там один — в темноте.

Хардинг на «Кашине»: Государство-мафия (впервые на русском), третья глава

litvine

От Кашина: Мы продолжаем публиковать книгу Люка Хардинга «Государство-мафия» в переводе друга нашего сайта Ирины Сисейкиной. Это первое русское издание этой книги, и больше вы его нигде по-русски не прочитаете. Первая глава доступна тут, вторая тут

 

Глава 3

Смерть шпиона

Мотель «Соловьиная роща»

Улица Энгельса, Курск, запад России

22 ноября 2007 года 

Фрид, отмечая повышенное внимание Путина к деталям, поинтересовался, могли ли сотрудники безопасности действовать в Великобритании бесконтрольно… без одобрения Путина. Расценивая текущую атмосферу как очень странную, он описывает русских как людей, чья самоуверенность постоянно растет – превращаясь в самонадеянность. 

Эта секретная телеграмма, отправленная из посольства США в Париже 12 декабря 2006 года, цитирует помощника госсекретаря США Дэниэла Фрида 

Не самый благоприятный момент для прибытия в Москву в качестве корреспондента британской газеты. Четырьмя месяцами ранее в Лондоне был убит Александр Литвиненко – бывший шпион ФСБ, который после конфликта со своими боссами попросил убежища в Великобритании. И это — самое дерзкое убийство наших времен. Предположительно его осуществила команда из трех человек, вылетевшая из Москвы. Выбор орудия убийства необычен. Это редкий радиоактивный изотоп — полоний-210.  Уже само вещество указывает на возможную причастность  российского государства. Про убийство – с его этаким налетом международного ядерного терроризма – написали все газеты мира. Трудно придумать более скандальную историю. К тому моменту отношения между Британией и Россией уже стали довольно прохладными; после гибели Литвиненко они начинают напоминать возобновление холодной войны в самых худших традициях.

Вскоре появляются и трое подозреваемых: Андрей Луговой, Дмитрий Ковтун и Вячеслав Соколенко. Все они – бывшие агенты КГБ. За те несколько лет, что я провел в Москве, я еще несколько раз столкнусь с Луговым – предполагаемым убийцей Литвиненко.  В мае 2007 года я отправляюсь на громкую пресс-конференцию Лугового – она состоялась вскоре после того, как Британская королевская служба уголовного преследования обвинила его в убийстве. Место проведения – набитый битком московский офис российского частного новостного агентства «Интерфакс». (Именно здесь в 1998 году Литвиненко выдвинул обвинения против своих боссов из ФСБ, заявив, что они тайно приказали ему убить Бориса Березовского. За обвинением последовал арест Литвиненко, изгнание в Лондон и, наконец, страшное убийство). Сегодняшнее мероприятие похоже на театральное представление.

Заручившись поддержкой Ковтуна, Луговой заявляет, что беглеца из ФСБ убили британские спецслужбы. Он говорит, в этом также принимал участие «британский агент» Березовский. Я встаю. Спрашиваю Лугового, есть ли у него доказательства. «Есть! — говорит он. – Есть!» Но не поясняет, какого рода эти доказательства. Вопрос явно его раздражает. Он смотрит на меня неотрывно.

— Да вашим британским гражданством торгуют на рынке, как дешевыми китайскими футболками!

После этого Кремль объявляет о том, что обвинения Лугового – на мой взгляд, это просто отчаянная попытка замести следы – «требуют дальнейших расследований».

Спустя четыре месяца я снова встречаюсь с Луговым. Он участвует в предвыборной кампании, неожиданно начав политическую карьеру  — он выдвинулся в депутаты российского парламента. Луговой проходит под номером два в федеральном списке Либерально-демократической партии России (ЛДПР), название которой весьма обманчиво – это странное сборище ультранационалистов и бандитов, которые, как правило, рьяно поддерживают линию Кремля. Лидер партии Владимир Жириновский — знаменитый политический клоун России и ярый ксенофоб. (Дипломаты США описывают один из спичей Жириновского как «перемежаемую обычным показным кривлянием речь о вторжении и вероломстве Запада»). Один источник сообщает американцам, что Кремль целенаправленно включил Лугового в списки ЛДПР – это было сделано для обеспечения его же неприкосновенности (как депутат он не подлежит уголовному преследованию). Другой источник предполагает, что именно Жириновскому принадлежит идея привлечения Лугового — для улучшения имиджа партии. Тот же источник убежден, что Луговой находится под «личной протекцией Путина».

Дипломаты США ошеломлены тем, что российский истеблишмент поддержал Лугового на новом карьерном поприще. «Кажется странным, что Кремль, который, как предполагается, поскорее хотел бы замять скандал вокруг дела Литвиненко, выставил всю историю напоказ, позволив Луговому войти в российскую политику», — отправляют они телеграммы домой.

За несколько недель до думских выборов в декабре 2007 года я освещаю кампанию Лугового. Он сделал неожиданный скачок по карьерной лестнице – от предполагаемого убийцы до знаменитого политика. Он путешествует с русского Дальнего востока через суровый Урал — и до самой украинской границы. И везде он заявляет одно и то же: что Британия – это государство подлецов. Также он говорит, что англичане не особенно сильны в футболе.

— Мы как раз в шутку поспорили в самолете, стоит поздравлять после матча британскую команду, — говорит он мне во время пресс-конференции в Курске, в незамысловатом мотеле «Соловьиная роща».

Луговой ссылается на проигрыш сборной Великобритании со счетом 2:3 в пользу Хорватии в 2008 году в отборочном матче Чемпионата Европы. Результат означает, что Россия будет проходить квалификационный отбор за счет Англии. Луговой заявляет, что британские агенты похитили из отеля «Миллениум» в Лондоне важные доказательства — видеозапись со сценой отравления Литвиненко, которое последовало сразу за встречей Литвиненко, Лугового и Ковтуна. Он снова заявляет, что Литвиненко убил не он, а британский истеблишмент.

— Дело Литвиненко – это феерический провал в работе британских служб безопасности, — говорит он. Луговой не проявляет сочувствия и к вдове Литвиненко Марине. – Я понимаю желание родственников добиться справедливости, но кое-кто пытается политизировать данное дело. В конце концов, Литвиненко был шпионом и работал против собственной страны.

Это одна из моих самых ярких репортерских работ. Я следую за Луговым в Мантурово – село, расположенное в 60 милях от Курска. Загородный привычный пейзаж, заброшенные дачи,  заснеженные луга и тополя. Луговой посещает новую, выстроенную по последнему слову техники молочную ферму, после чего отправляется с визитом в детский дом. Затем читает речь перед сторонниками партии – это происходит в розовом зале, который украшает барельеф Ленина и маленькая икона. Местные жители, кутаясь в шубы, вежливо его слушают. Несколько раз даже аплодируют. Луговой – отнюдь не прирожденный политик, хотя на диком политическом российском поле это никак его не выделяет. Он выглядит здесь крайне неуместно: костюм в полоску, фиолетовый галстук с геометрическими завитками и дорогие ботинки из крокодиловой кожи. Луговой говорит, что британцы повинны во многих российских бедах. Британцы вторглись в Крым, фальсифицировав письмо Зиновьева, и продолжают вести себя как «англо-саксонские империалисты».

— Если посмотрите на русско-британские отношения, то поймете, что холодная война никогда не начиналась и никогда не заканчивалась, — утверждает он.

Мне интересно узнать, что о нем думают местные. Неужели они действительно хотят проголосовать за человека, который прославился как международный киллер?

— Трудно сказать, — говорит Виктор Шумаков, ветеран советской войны в Афганистане. – В России постоянно происходит очень много странностей. – Он продолжает, – Британия очень далеко отсюда. Но я знаю, у вас растут хорошие яблоки.

В основном жители, кажется, больше всего озабочены своими локальными проблемами – низкими пенсиями, высоким уровнем безработицы и тем фактом, что половина села не просыхает.

— Очень многие здесь – алкоголики. Старики почти все умерли. А цены растут, — жалуется Наталья Бредихина, хозяйка магазина электротоваров.

Лишь спустя полгода, когда Луговой становится депутатом Государственной думы, я получаю добро на проведение полноценного интервью. Место встречи – офис Лугового в московском отеле «Рэдиссон». Несмотря на свое презрение к британскому истеблишменту, Луговой оказался поклонником британской литературы. Английское издание полного собрания сочинений Артура Конан Дойля красуется в застекленном шкафу.

— Я прочитал всего Шерлока Холмса. Я в восторге от произведения Конан Дойля «Затерянный мир», — поясняет он.

Он говорит, в Британии есть и другие вещи, которые ему нравятся, – это виски и футбол. Наше интервью происходит за несколько дней до финала Лиги чемпионов в Москве в 2008 году – матча между «Манчестер Юнайтед» и «Челси». Вторая команда принадлежит Роману Абрамовичу, близкому союзнику Путина.

— Две английских команды играют перед российской публикой. Чудесно! Я должен достать билет, — с энтузиазмом заявляет Луговой, делая пометку в ежедневнике в тот момент, когда его помощница София приносит нам чай, что очень кстати.

Я спрашиваю Лугового о том, что произошло в отеле «Миллениум». Именно там, по заявлению британских обвинителей, Луговой отравил Литвиненко. Луговой и Ковтун встретились с Литвиненко в отеле около 16.30 1 ноября 2006 года. Во время встречи в Pine Bar Луговой, как предполагается, подмешал радиоактивный полоний в чай Литвиненко. Литвиненко умер ужасной смертью три недели спустя в больнице Университетского колледжа в Лондоне. На смертном одре он обвинил Путина в организации этой казни.

Все это было подстроено, настаивает Луговой, говоря о той судьбоносной встрече с Литвиненко 1 ноября – и жертвой стал именно он, Луговой, а не Литвиненко. Он говорит, что изначально они договаривались встретиться на следующий день в частной охранной компании ‘Risk Management’, но Литвиненко позвонил ему еще раз пять и попросил перенести встречу на более ранний срок. Вот версия событий Лугового:

— Мы прибыли в отель «Миллениум». Сели. Мне звонит мое семейство – говорят, что приедут через пятнадцать минут. Мы устроились в баре. Что-то заказали. Я всегда говорил, что не помню, заказывали ли мы вообще чай. Помню, я пил джин или виски. Потом прибыл Литвиненко. Ничего нам толком не сказал. Был очень возбужден.

По словам Лугового, встреча оказалась бессмысленной и ничем не примечательной. Он говорит:

— Это была странная встреча, поскольку человек, который на ней настаивал, не сообщил нам ничего серьезного или важного. Теперь у меня складывается впечатление, что кому-то просто нужно было увидеть нас вместе. Через двадцать минут приехала моя дочь, подошла к столику. Мы уже расходились. Я представил Литвиненко ее и сына, а затем мы все отправились на матч (Луговой говорит, что прилетел в Лондон, чтобы посмотреть игру своей команды ЦСКА-Москва с «Арсеналом» на стадионе «Эмирейтс»). Затем Литвиненко позвонил мне в 8.30 утра. Сказал, что плохо себя чувствует. Сказал, что не сможет присутствовать на встрече. Я отправился на прогулку по Оксфорд-стрит вместе с семейством – мы прошлись по магазинам.

На следующий день Луговой улетел обратно в Москву. Он говорит, что звонил в больницу Литвиненко 7 ноября («Мы прекрасно пообщались»), а затем 13 ноября – это был его последний звонок. А 23 ноября Литвиненко умер мучительной смертью.

Луговой рассказывает свою историю – историю о святой невинности и несправедливом обвинении. И я ловлю себя на том, что его очарованию сложно не поддаться. В личном общении он — обезоруживающий. Он улыбается, шутит, корчит страдальческие рожи, морщась и вытягивая лицо так, что становится похожим на камбалу, он играет странным английским словечком (absolutely – говорит он с превосходным акцентом), вставляя его в русскую речь. Более того – он одевается как истинный английский джентльмен: розовая сорочка, щегольские манжеты, серый деловой костюм. На стене кабинета висит фотография – Путин пожимает руку Березовскому, заклятому врагу Кремля;  другое фото – монтаж с Путиным, отрубающим голову Михаилу Ходорковскому, заключенному олигарху. Но кто прячется за этой маской обходительной медийной персоны? – задаю я себе вопрос. Кто он — убийца и лжец? В Луговом есть нечто, что меня настораживает. Я не могу понять, что именно. Я ухожу с полным ощущением, что ему неведомы понятия нравственности и морали, словно кто-то огромными ножницами вырезал у него совесть.

С того самого момента, как имя Лугового впервые упомянули в связи со смертью Литвиненко, он придерживается версии о собственной невиновности. Он повторяет все то же самое и детективам Скотланд-Ярда, которые допросили его в Москве в декабре 2006 года, и в своих бесчисленных интервью. После нашей встречи я пребываю в замешательстве, размышляя о некоторых деталях. Почему он не может вспомнить, заказывали ли они чай? И что за любопытная фраза, произнесенная постфактум: «Я всегда говорил, что этого не помню?» Следствие Британии твердо уверено в виновности Лугового. Обвинение основано на том, что за Ковтуном и Луговым тянулся явный след полония – этот след был обнаружен не только на чайнике, но и в отелях, кафе, барах, самолетах и даже на кресле в Британском посольстве в Москве. В ноябре 2006 года, сразу после того, как история попадает в масс-медиа, Луговой отправляется в посольство.

— Он сидел в этом кресле. Мы должны были сжечь кресло, — говорит один британский дипломат. (Он прибегает к поэтической вольности. На самом деле персонал посольства решил не сжигать кресло. Вместо этого дверь в конференц-зал, где сидел Луговой, заперли. Зал по-прежнему на замке, кресло – внутри).

Весь список показаний по делу Скотланд-Ярда против Лугового еще не оглашен. Но британские официальные лица полагают, что Литвиненко сделал лишь маленький глоток чая. Если бы он выпил всю чашку, он умер бы в течение нескольких часов, и причина его смерти осталась бы загадкой: быстрое, идеально исполненное преступление.

Британские детективы также говорят о том, что полоний доставлялся в Лондон и ранее – Луговой и Ковтун провозили вещество 16 октября 2006 года, Луговой — 25 октября. Непонятно, впрочем, что это было — предварительная репетиция или попросту неудачные попытки убийства Литвиненко. Британские чиновники говорят, что доступ к хранилищам полония имеет только государство. И, как они полагают, — это самое убедительное доказательство того, что в убийстве замешано ФСБ.
— Полоний очень трудно достать. Есть всего лишь несколько источников. По нашему убеждению, только государство или аффилированная государственная организация может заполучить это вещество в тех количествах, которые необходимы были для совершения преступления, — говорит один из британских представителей.

Патриотические убеждения Лугового имеют давнюю историю. Как и многие сотрудники КГБ, он вырос в семье военных. Его дед сражался в 1904-1905 годах на русско-японской войне и получил медаль за мужество. Другой дед воевал в рядах Красной Армии за Берлин. Отец Лугового 35 лет отслужил в Советской армии в звании полковника. Брат служил на атомной подводной лодке на Северном флоте. Сам Луговой родился в 1966 году в Баку, в Советском Азербайджане, учился в элитном Московском общевойсковом командном училище. В 1987 году вместе с Ковтуном, своим другом, он начал службу в рядах КГБ. Оба работали в девятом управлении, которое обеспечивало безопасность высших должностных лиц коммунистической партии. В интервью я спрашиваю его, по какой причине он пошел служить в КГБ.

— Меня туда позвали, — отвечает он. – Любой нормальный советский офицер сочтет за честь служить в КГБ. Потому что это означает, что ты – лучший.

Луговой отрицает даже то, что был шпионом. Он говорит, что его работа в кремлевском полку КГБ была довольно незатейливой. Захватывающая контрразведка – не для него, нет, – Луговой занимался обучением вновь прибывших, он муштровал солдат, которым предстояло стоять под красными средневековыми стенами Кремля.

— Они – как и ваши охранники Букингемского дворца, — говорит он. – Я учил их маршировать – раз, два, три. А люди рисуют меня этаким чудовищем из КГБ.

В 1991 году Луговой и другие офицеры из «девятки» — девятого управления – становятся сотрудниками новой Федеральной службы охраны. Они обеспечивают безопасность высших политических деятелей, включая Президента Бориса Ельцина и Егора Гайдара, который занимал пост премьер-министра во второй половине 1992 года. На стене висят две фотографии из поездок Лугового в Вашингтон с Гайдаром, рядом – фото Лугового на рыбалке.

Луговой ушел из президентской службы охраны в 1996 году и, как и прочие бывшие сотрудники КГБ, занялся бизнесом, связанным с обеспечением безопасности. Он начал работу у  Березовского в должности главы службы безопасности телевизионной станции ОРТ. Он поддерживал контакт с Березовским даже после того, как олигарх разругался с Путиным и уехал в Британию. Он и другие сотрудники «девятки» организовали группу охранных предприятий «Девятый вал»; и та поездка в Лондон, как он утверждает, нужна была, чтобы обсудить с Литвиненко возможности делового сотрудничества.

Непосредственно перед интервью с Луговым я сталкиваюсь и с Ковтуном, предполагаемым соучастником убийства. Он небрит, он производит впечатление человека, связываться с которым крайне нежелательно. После интервью я вижу его снова. Он сидит у офиса Лугового – неожиданно тесного, расположенного на первом этаже, неподалеку от Москвы-реки и Киевского вокзала. Скотланд-Ярд не выдвигал Ковтуну обвинений в убийстве – и это один из загадочных аспектов дела. Но немецкие власти обвинили его во ввозе полония-210 в Германию. Впрочем, в конце концов дело закрыли. Луговой летел прямым рейсом из Москвы в Лондон, а Ковтун 28 октября отправился на север Германии, повсюду оставляя за собой следы полония: на диване в квартире, где он останавливался, в городской ратуше Гамбурга.

Ковтун говорит мне, что эти обвинения подорвали все его планы – теперь он не может ездить за границу. Как он заявляет, они с Луговым встретили Литвиненко в отеле «Миллениум» исключительно «случайно».

— Мы сидели и ждали семейство Андрея – те отправились в музей Мадам Тюссо, но заблудились на обратном пути. Если бы они не заблудились, Литвиненко бы не сидел с нами в баре.

Но что насчет огромных доз радиоактивного полония, обнаруженных в номере отеля Лугового?

— До момента обнаружения полония прошло уже двадцать дней. У британской разведки было достаточно времени, чтобы подстроить все что угодно, — говорит он.

В течение моей работы в России и я, и прочие журналисты успели написать бесчисленное количество статей по делу Литвиненко. Но в поисках правды об убийстве мы не продвинулись ни на шаг. Когда осенью 2010 года скандально известный сайт WikiLeaks публикует подборку досье на дипломатов США, я питаю надежды, что это прольет какой-то свет на вышеупомянутые события. Секретные телеграммы, однако, приносят одни разочарования – кажется, дипломаты США тоже не знают, кто убил Литвиненко. Но я обнаруживаю весьма интересные отсылки, которые указывают на участие высших лиц Кремля в подготовке убийства. Судя по телеграммам, Белый дом полагает, что Путин знал о данном деле и, вероятно, лично одобрил операцию по убийству Литвиненко.

Впрочем, самые удивительные шифровки отправлены не из Москвы, а из Парижа. Я отыскиваю тайное послание, отправленное из посольства США в Париже 12 декабря 2006 года — через три недели после смерти  Литвиненко. В нем изложена дискуссия между помощником госсекретаря Дэниэлом Фридом и его французским коллегой Морисом Гурдо-Монтанем, советником президента Жака Ширака. Французский чиновник рассматривает отравление Литвиненко как дело рук неких «неуправляемых элементов», а не списывает его на российское правительство. Впрочем, Фрид – американский дипломат высшего ранга в Европе — возражает. Он полагает, более вероятно, что Путин, учитывая его «внимание к деталям», был осведомлен о миссии с Литвиненко. Гурдо-Монтань упоминается в телеграмме как MGM:

Фрид заявил, что данная кратковременная тенденция в России была негативной, заметив, что все больше  свидетельств того, что британское расследование убийства Литвиненко явно указывает на причастность российской стороны. MGM обратил внимание на заявление Ширака, в котором тот призвал русских к сотрудничеству со следствием. Он потребовал найти лицо, отдавшее приказ, но заявил, что убийство, вероятно, могло оказаться сведением счетов между спецслужбами, а не происходить по прямой указке Кремля. Фрид, отмечая повышенное внимание Путина к деталям, поинтересовался, могли ли сотрудники безопасности действовать в Великобритании бесконтрольно… без одобрения Путина. Расценивая текущую атмосферу как очень странную, он описывает русских как людей, чья самоуверенность постоянно растет – превращаясь в самонадеянность. 

Комментарии Фрида заставляют усомниться в версии событий, которую предложил журналист Мартин Сиксмит в своей книге 2007 года «Дело Литвиненко» (The Litvinenko File). Изучив материалы по убийству Литвиненко, Сиксмит говорит: весьма маловероятно, что Путин знал о подготовке к этому убийству. Его инициаторы, как полагает Сискмит, — бывшие или нынешние сотрудники ФСБ, которые действовали по собственной инициативе, решив избавиться от опасного предателя. Также они таким образом пытались заполучить доверие вышестоящих кремлевских чинов.

Но телеграммы WikiLeaks лишь подтверждают следующее: российские органы предпринимают весьма энергичные усилия, чтобы скрыть правду любой ценой. Немецкие следователи обнаруживают тянущиеся за Ковтуном следы полония-210 в Гамбурге – он оставил их непосредственно перед отбытием в Лондон 1 ноября. Они обнаруживают полоний в квартире на Эрцбергер штрассе 4, где Ковтун провел ночь. Квартира принадлежит бывшей немецко-русской жене Ковтуна Марине Волл. Обнаружены такие следы и в других местах – и в доме в Хаселау в 20 милях от Гамбурга, где Ковтун также останавливался на ночь, и в арендованном автомобиле BMW. Телеграмма, отправленная генеральным консулом США в Гамбурге Дуэйном Батчером, цитирует немецких следователей: «Ковтун оставил следы полония на всем, к чему прикасался, – на транспортных средствах, предметах, одежде и мебели».

На коже Ковтуна и на его одежде полония не было – яд «выходил из его тела». Немецкие власти даже планировали проверить самолет «Аэрофлота», в котором Ковтун прилетел в Германию, и подготовили соответствующие требования к моменту прибытия этого самолета. Заключение следствия, как гласит телеграмма, таково: «Должно быть, российские органы узнали о планах немцев, так как «в последний момент» «Аэрофлот» произвел замену самолетов».

Германские и британские следователи столкнулись с одной и той же проблемой. Существует четкая цепь свидетельств, указывающих на связь этих троих русских с Литвиненко в Лондоне. Но цепь обрывается в Москве. Остается неясным, кто и зачем заказал убийство Литвиненко. Дипломаты США приводят бесчисленные теории, циркулирующие в российской столице. Две из них кажутся мне вполне вероятными. Первая из них утверждает,  что убийство было организовано  кремлевским силовым крылом в целях обострения кризиса отношений с Западом, а также для того, чтобы убедить Путина остаться на третий президентский срок; вторая версия – бывшие или нынешние офицеры ФСБ сделали это из мести.

Литвиненко совершил поступок, на который никогда не пошли бы российские шпионы, – он нарушил кодекс верности КГБ. Сбежав в Британию и даже написав книги о своих бывших коллегах, он пренебрег кодексом молчания организации — омертой, сицилийским тайным кодексом чести. Путин говорит о Литвиненко с презрением, заявляя, что последний не имел допуск к каким-либо государственным тайнам, прочие кремлевские чиновники вторят ему, утверждая, что тот просто не заслуживал чести быть убитым. И одновременно со всем этим Луговой обвиняет в убийстве М16, Березовского, грузинскую мафию, чеченских террористов и даже самого Тони Блэра.

Дипломаты, которых цитирует WikiLeaks, приходят к выводу, что правда в отношении убийства Литвиненко «может никогда не проясниться». В конфиденциальной депеше, отправленной через неделю после убийства, посол США в Москве Уильям Джозеф Бернс анализирует самые популярные теории заговора. Он вполне допускает, что многое из спекуляций вокруг радиационного отравления Литвиненко может оказаться ложным или выдуманным в корыстных целях. Один из источников говорит Бернсу, что убийство осуществлялось руками «неподконтрольных или бывших агентов ФСБ или военной разведки, которыми руководят силы внутри или вне Кремля». Тот же источник – вместе с другим источником из оппозиции – предполагает, что Луговой – это наиболее вероятный подозреваемый. «Вызывает подозрения предположения, что Луговой — проживающий в Москве бизнесмен, к тому же в прошлом ФСБшник – пошел бы на коммерческое сотрудничество с  Литвиненко — человеком, который входил в список врагов Кремля и ФСБ. Как полагает ХХХ, Лугового могли отправить для организации и осуществления убийства Литвиненко». Третий источник полагает, что Путин ни при чем, представляя его как «пешку в чужой игре». Четвертый, однако, с этим не согласен. Он считает, что Путин причастен к убийству.

Бернс также изучает материалы по делу об убийстве журналистки Анны Политковской, которое произошло за месяц до смерти Литвиненко. Он приходит к следующим выводам:

Все предполагаемые вышеуказанные версии событий отличаются недостаточностью доказательств и существованием иных мотивов для убийства, а также наличием иных потенциальных подозреваемых. Какой бы в итоге ни была правда – а она может никогда не проясниться – есть  склонность полагать, что в закрытом круге Путина или приближенном к нему круге существует некто, кто является инициатором этих смертей. И становится понятно, чего ожидать от Кремля в момент, когда в борьбе за преемственность началась игра по-крупному.

Мое собственное мнение таково: в смерти Литвиненко виновен Луговой. След полония ведет не просто назад, в Москву, но приводит к самим дверям ФСБ. Об этом говорит и телеграмма Бернса. С чего бы бывший агент ФСБ начал искать возможности для делового сотрудничества с человеком, которого Кремль публично заклеймил врагом и перебежчиком? Если такое убийство не было инициировано кем-то сверху, оно было бы коммерчески бессмысленным и даже губительным. Оно повлекло бы самые мрачные последствия – конфискацию бизнеса, налоговые рейды, аресты. Так что Луговой и остальные из этой тройки экс-агентов КГБ действовали по приказу. По чьему именно приказу? Это остается загадкой.

Хардинг на «Кашине»: Государство-мафия (впервые на русском), вторая глава

mafiastate

От Кашина: Мы продолжаем публиковать книгу Люка Хардинга «Государство-мафия» в переводе друга нашего сайта Ирины Сисейкиной. Это первое русское издание этой книги, и больше вы его нигде по-русски не прочитаете. Первая глава доступна тут

Глава 2
След денег

Кафе «Академия», ул. Большая Бронная, Москва
17 декабря 2007 года

Что делать, если хочется понять всю глубину путинского режима? … Обратитесь лучше к беллетристике, выбирайте автора Марио Пьюзо и покупайте сразу все, что найдете.
Гарри Каспаров

Кафе «Академия» находится в пяти минутах ходьбы от московской Пушкинской площади. Весьма приятное место для встреч. Стройные девицы с выбеленными волосами листают последние выпуски журнала Vogue, надменный швейцар забирает у вас пальто, а снаружи на обледенелом бульваре выстроились колонны дорогих внедорожников и роскошных БМВ, блокируя проход по тротуару, внутри же мимо столиков снуют официантки в нарядных белых блузках. Это кафе похоже на некий клуб отдыха для студентов, но оно – место обитания модных российских богачей. Его ухоженные посетители – хозяева жизни в новой путинской России. Неподалеку расположено заросшее сиренью Бульварное кольцо, что тянется вдоль старых московских стен, театров, особняков, памятников и желтой неоклассической церкви, в которой состоялась свадьба поэта Александра Пушкина.

Станислав Белковский предлагает встретиться и поговорить в этом кафе. Белковский, российский политический обозреватель и бывший спичрайтер Бориса Березовского, — человек с серьезными контактами внутри Кремля. У Белковского припасена для меня потрясающая история. Летом 2006 года он выпускает книгу о финансах Владимира Путина. В книге он выдвигает предположение о том, что у президента имеется огромное тайно накопленное состояние. После этого Белковский уходит в научные исследования. В своем интервью в ноябре 2007 года немецкой газете Die Welt он заявляет, что тайные активы президента исчисляются суммой, превышающей 40 миллиардов долларов – эта цифра делает его самым богатым человеком в России – и, видимо, в Европе.

Как утверждает Белковский, Путин гораздо богаче миллиардера и олигарха Романа Абрамовича. В 2007 Абрамович, владелец западного лондонского футбольного клуба «Челси», является – по крайней мере, официально – самым богатым человеком в России, его состояние – 19,2 миллиарда долларов.

Я заинтригован. Белковский опаздывает на полчаса – застрял в злополучной московской пробке. На нем опрятный черный костюм, у него густая борода и округлый внушительный животик, и всем своим видом он напоминает зажиточного, упитанного и умудренного опытом средневекового аббата. Белковский говорит на безупречном английском. Он спокойно объясняет, что цель его публикаций — не дискриминация Путина, а изменение ошибочных представлений Запада о Путине.

В последние восемь путинский «неосоветский» имидж вводил в заблуждение весь западный мир, говорит Белковский. В реальности же Путин — просто «классический постсоветский бизнесмен», персональная психология которого формировалась во время работы у Анатолия Собчака в мэрии Санкт-Петербурга в лихие девяностые. В отличие от бывших советских лидеров России, Путин и его внутренний круг идеологии не имеют, говорит он. Они заинтересованы лишь в деньгах. Короче, они – клептократы.

За чашкой горького эспрессо я перевожу разговор на тему сенсационных заявлений Белковского. Имеются ли у него какие-либо доказательства? Кто его информаторы?

Цитируя в качестве своих источников ключевые фигуры администрации президента, Белковский говорит, что Путину принадлежат огромные доли в трех нефтяных российских компаниях. Все это укрыто «непрозрачной сетью оффшорных компаний». «В действительности» Путин контролирует 37% «Сургутнефтегаза» — компании, занимающейся разведкой нефтяных месторождений, стоящей на третьем месте по нефтедобыче в России, и эта доля равна 20 миллиардам долларов, говорит Белковский. Также Путину принадлежит 4,5% в «Газпроме», государственном энергетическом гиганте, и «как минимум 75% в компании Gunvor – нефтяном трейдере, который принадлежит Геннадию Тимченко». Тимченко – питерский друг президента с ранних девяностых. По слухам, он, как и Путин, служил в зарубежном управлении КГБ, что сам он опровергает. Оборот компании Gunvor в 2007 году равен 48 миллиардов долларов, прибыли — почти 500 миллионам долларов, – это огромная сумма даже по галактическим стандартам нефтяной индустрии.

В ходе разговора у меня несколько раз отваливается челюсть. Разговор развивается примерно так:

— Сколько денег у Путина?

— Думаю, минимум 40 миллиардов долларов, — говорит Белковский. – Максимум назвать не могу. Подозреваю, что есть и другие предприятия, о которых я не знаю. Может, и больше. Может быть, гораздо больше. Он самый богатый человек Европы – это уж точно. У короля Саудовской Аравии – 21 миллион долларов, а это половина путинского состояния.

— Каким образом скрывается состояние Путина?

— Через запутанную цепочку собственников офшорных компаний и фондов с конечной точкой в Цуге (Швейцария) и Лихтенштейне. Путин должен быть собственником-бенефициарием. О чем будет неизвестно любой компании, в которой у него есть интересы.

— Есть ли способ доказать это?

— Это трудно. Может, будет несколько легче, когда Путин уйдет, — говорит Белковский. И добавляет, — Для элиты состояние Путина – давно не секрет. И кстати, заметьте, Владимир Владимирович никогда не преследовал меня по закону.

Сама история – вдруг осеняет меня – нелепа и странна. Но в то же время весьма правдоподобна. Как скажет вам любой автолюбитель Москвы, российская коррупция начинается с дорожной полиции – это те самые ужасные gaishniki, которые обычно требуют взятки в 500 рублей (10 долларов) за вымышленные дорожные нарушения. Коррупционная цепочка, кажется, тянется к самым вершинам Кремля.

Официальная кремлевская риторика в середине правления Путина – по-прежнему остро антизападная: Россия то и дело обвиняет администрацию США в планах по размещению систем ПВО в центральной Европе. Россия полемизирует с международным сообществом и по многим другим вопросам: Косово, против независимости которого резко возражают в Москве; ядерная программа Ирана и что с ней делать; провальная война США в Ираке. Россия конфликтует с Евросоюзом по ряду других проблем. Например, по поводу импорта мяса из Польши, по поводу решения Эстонии о сносе памятника солдату-красноармейцу, что провоцирует массивную кибератаку кремлевских хакеров в мае 2007 года на правительство Эстонии.

Впрочем, антизападная кампания Путина гораздо более двусмысленна, чем кажется, — так предполагают Белковский и другие серьезные аналитики его уровня.

И на то есть веская причина – во времена коммунизма верховный чиновник Политбюро мог рассчитывать на удобную квартиру в Москве, роскошную дачу на Черном море и отпуск в Болгарии – стране Варшавского договора. Теперь российская элита хранит свое состояние на Западе. Кстати, она несопоставимо богаче элиты советских времен. В отношениях с внешним миром никто не желает раскалять ситуацию настолько, чтобы замораживались швейцарские счета или же имена чиновников вносили в черные списки. Как говорит Белковский, в первую очередь Путин стремится легализовать на Западе свои активы и активы членов своей «команды». И получить твердые гарантии, что не лишится этих сбережений, когда – если это случится – он отойдет от власти.

Вопрос сбережения чьего-то личного богатства – всегда первостепенный. И особенно актуальный в случае, когда это состояние исчисляется восьмизначными цифрами. Таким образом, любая политическая нестабильность может привести к волнениям среди российской элиты – и даже к панике. (Один американский дипломат сравнивает ситуацию с «сеянием помешательства среди тех, кто занимает высокие посты и боится, что их рыла скоро оттащат от кормушки»). В 2007 году Путин готовится покинуть Кремль, предписав себе подготовленный к маю пост премьер-министра, и нервозность внутри Кремля перерастает в настоящую внутриклановую войну. Это порочное межродовое соперничество продолжается и четыре года спустя, когда Путин успешно возвращает себе старую должность президента. В 2006 году, будучи сотрудником Института журналистики Рейтер в Оксфордском университете и ввязавшись с долгую эпопею по изучению русского языка, я спрашиваю одного из студентов русского факультета, что он думает о режиме Путина. «Сплошная мерзость», — отвечает он.

К концу осени 2007 года на обычно темные истории Кремля проливается свет. Всплывают и заявления о личной коррумпированности Путина, до этого обсуждаемые только шепотом, появляются и новые интригующие подробности дел внутри Кремля, в которые вовлечены огромные государственные энергетические корпорации и миллиарды и миллиарды долларов. В ноябре 2007 года до этого неизвестный руководитель фонда Олег Шварцман дает интервью российской газете «Коммерсант», в котором заявляет, что он занимается финансами группы, в которую входят высшие чины ФСБ. Шварцман поясняет, что группа, в которую включены члены СВР – Службы внешней разведки РФ, замешана в махинациях, которые он называет «бархатной реприватизацией». Этот термин может ввести в заблуждение. Но он ссылается на модель государственного капитализма, который Путин и его команда бюрократов выстраивали с самого 2000 года.

В 1990-е небольшая группа бизнесменов – с подачи Бориса Ельцина – стала миллиардерами. Это произошло в момент приватизации секторов государственной российской промышленности, что, естественно, осуществлялось как приобретение ценных национальных активов по неприлично низкой цене. Впрочем, в пост-ельцинскую эру Путин снова заполучил контроль над стратегическими природными ресурсами страны. Внезапно оказалось, что именно государство – в лице кремлевских бюрократов и силовиков – взяло под управление огромные российские резервы нефти и газа. Близкие друзья и союзники Путина стали директорами ведущих российских энергетических компаний.

Игорь Сечин, путинский заместитель руководителя администрации и лидер неуступчивой фракции силовиков в Кремле, является председателем совета директоров российской нефтяной компании «Роснефть» — эту должность он будет занимать до 2011 года. Дмитрий Медведев – бывший юрист и кремлевский инсайдер, которого Путин в декабре 2007 года назначит своим преемником на президентском посту, — управляет государственной газовой монополией «Газпром». Другие министры получили в свое распоряжение российские железные дороги, конгломерат по атомной энергии и авиакосмическую промышленность. Это, как пишет Перри Андерсон в London Review of Books, уникальная российская форма cumul de mandats – аккумуляции мандатов. Другие выражаются кратко и точно, называя все это «Кремль Инкорпорейшн».

Но эта система управляемого государством бюрократического капитализма состоит далеко не из бескорыстных людей. Чиновники, которые управляют стратегическими индустриями России, становятся действительно баснословно богатыми. Как заявляет Шварцман, высшие чины ФСБ имеют все шансы стать еще богаче – силой «деприватизируя» успешные частные фирмы, угрожая их владельцам жуткими последствиями в случае, если те откажутся от сотрудничества, и превращая такие фирмы в более крупные и гораздо более неэффективно управляемые государственные корпорации.

Чудовищные разоблачения Шварцмана кажутся отголоском большой битвы власти в Кремле. Удар определенно точно направлен на фракцию силовиков, возглавляемую Сечиным. Эта группа состоит из кремлевских чиновников, в прошлом служивших в армии и разведке России, включая ФСБ. Сюда входит Николай Патрушев, глава ФСБ, депутат Александр Бортников, который занимает место Патрушева в 2008 году как глава ФСБ, и советник Путина Виктор Иванов. Также сюда входит Михаил Фрадков, который в конце 2007 года оставляет пост премьер-министра и становится новым главой СВР, и Рашид Нургалиев, министр МВД.

Как говорит нам WikiLeaks, американские дипломаты много говорят об этих разборках внутри элит. Они рисуют это как битву за душу России между одержимыми холодной войной силовиками и модернизаторами, гораздо более дружественными Западу. Силовики выступают как наиболее весомые оппоненты Вашингтона в переговорах с Москвой – этот факт дипломаты объясняют отсутствием у силовиков опыта общения с Европой и США. Бортников сделал карьеру в ФСБ, работая по экономическим делам, включая должность начальника Департамента экономической безопасности ФСБ. Он также, по общему мнению, выступает в авангарде путинской кампании в ходе разборок с ненадежными олигархами. Фрадков же, наоборот, бывший советский разведчик в 70-е; он имеет по крайней мере некоторые связи за границей и занимает должность российского посла в Евросоюзе между 2003 и 2004 годами.

Белый дом рассматривает эти расхождения как идеологические и концептуальные. Телеграмма от посла США Джона Байерли директору ФБР Роберту Мюллеру описывает силовиков как группу, полагающую, что сильное государство, «практикующее эффективный контроль, – это ответ на большинство политических и экономических проблем». Как заявляет посол, главные враги силовиков – это группа либералов, или модернизаторов. В которую входит Медведев — он, что необычно для ключевой кремлевской фигуры, не имеет опыта работы в репрессивных службах безопасности России. Также в клане Медведева числится Абрамович, имеющий близкие отношения и с семьей Ельцина, и с семьей Путина, а также Алишер Усманов, миллиардер узбекского происхождения и владелец акций футбольного клуба «Арсенал». Посол США полагает, что модернизаторы осознают, что «Будущее России зависит от интеграции в мировую экономику и что борьба с некоторыми наиболее острыми проблемами в стране – такими как коррупция – требует прозрачности и справедливого применения закона».

Впрочем, за второй чашечкой эспрессо Белковский изящно разносит этот американский тезис по поводу плохих и хороших парней.

— Существует много групп, их гораздо больше двух. Я могу насчитать порядка пятнадцати (внутри российских властных структур), — говорит он, – они могут объединяться по ключевым вопросам. Но в плане идеологии разницы между ними нет. – Он продолжает, — И уж определенно нет ни силовиков, ни либералов. Это не конфликт между либералами и силовиками. Все дело в деньгах и сохранности этих денег. Ничего больше. Все они – конкуренты по бизнесу, у них у всех одни и те же цели и задачи.

Как говорит Белковский, в России имеют значение только деньги. Он описывает команду Путина как «настоящих адептов религии денег. Этот режим – классическая клептократия третьего мира, выстроенная, управляемая и поддерживаемая людьми, у которых нет никаких духовных потребностей, которые полагают, что в мире вообще не существует никаких идеологий». Излюбленный путинский метод решения политических проблем – и действительно, именно так в большинстве случаев он разбирается с политическими и экономическими трудностями – влить деньги, как говорит Белковский. Путин по-прежнему весьма скептично настроен по отношению к либеральным методам как к реформе.

— Он уверен, что деньги – это универсальный стимул. За последние восемь лет у власти Путин получил множество подтверждений, что этот тезис – оправдан, — заключает Белковский.

Например, какие? – спрашиваю я. Белковский указывает на тот факт, что в 2005 году Путин нанял Герхарда Шрёдера – как раз после того, как тот ушел с поста канцлера Германии – на должность председателя скандального консорциума Nord Stream, который тянет газопровод через Балтику. (Оказалось, что глава проекта — не кто иной, как бывший восточногерманский офицер тайной полиции, которого Путин знал еще по своей работе в КГБ). Белковский добавляет:

— А еще Путин купил Сильвио Берлускони.
Забавно? Верится с трудом, если бы то же самое пару лет спустя не напечатали WikiLeaks.

Осенью 2007 года Россия задыхается от ожесточенной внутриклановой войны. В октябре ФСБ задерживает генерала Александра Бульбова, чиновника ФСКН, члена «либеральной» группы. Его арест — это сюрреалистичная бойня между персональными телохранителями и агентами ФСБ, которые направляют друг на друга пистолеты. В следующий месяц клан Сечина снова берет реванш, когда бородатый российский замминистра финансов Сергей Сторчак – еще один «либерал» — оказывается арестованным по делу о растрате 43,4 миллионов долларов. Его босс, министр финансов Алексей Кудрин, член либерального клана, защищает Сторчака, заявляя о его невиновности. Но этого, впрочем, недостаточно, чтобы вытащить Сторчака из Лефортовской тюрьмы – хотя в итоге его отпускают. (Позднее я познакомился со Сторчаком на одной вечеринке. Я спросил, по какой причине его арестовали. «Понятия не имею», — ответил он. И добавил, что в тюрьме большую часть времени он читал Библию).

Под конец 2007 года вопрос, кто станет преемником Путина на президентском месте, занимает всех представителей нервничающей кремлевской элиты. Это вопрос не только политический пристрастий, но и финансов, и даже, вероятно, чьего-то персонального выживания. Теоретически любой президент может забрать активы у старой элиты, как сделал это сам Путин с олигархами ельцинской эпохи типа Ходорковского. Ельцин оказался достаточно осмотрительным, чтобы заключить сделку с Путиным, своим наследником. И первым делом Путин, заняв должность президента, гарантировал семье Ельцина неприкосновенность от судебных преследований.

— Как только Путин отойдет от власти, его будут судить. Неминуемо. Это давняя традиция. Когда Путин уйдет, ему придется решать вопрос с легализацией своих финансов и активов, а также финансов всех своих друзей на Западе, — говорит Белковский. – Это очень болезненный и щекотливый для Путина вопрос.

Как говорит WikiLeaks, ключевая проблема заключается в том, чтобы определить, кого Путин назначит своим преемником в Кремле. Весной 2007 года многие делают ставку на Сергея Иванова, первого заместителя премьер-министра – он гибкий, он яркий, он владеет английским. Иванов блестяще выступает на экономическом форуме в Санкт-Петербурге. Но в конце осени Путин выбирает Медведева, гораздо менее харизматичную и более слабую фигуру. Рост Медведева – всего лишь 162 см, он коренаст и коротконог. Он оказывается даже ниже Путина, оказавшись в команде крошечных мужчин. И этот выбор – сказать по правде – довольно удивителен.

Но для Путина избрание Медведева абсолютно логично. В опубликованной на WikiLeaks переписке Дэвид Крамер, заместитель помощника госсекретаря США, ссылается на «спрятанные активы» Путина и предполагает, что они играют ключевую роль в процессе византийского престолонаследования в России. Цитируя оппозиционные источники, Крамер повторяет мнение, что Путин не останется на третий неконституционный президентский срок. Вместо этого, как Крамер пишет к Байерли, Путин «с заметной нервозностью пытается сохранить будущую неприкосновенность и избежать потенциальных судебных расследований в отношении происхождения его предполагаемых незаконных доходов».

Главная забота президента в ходе его подготовки к уходу из Кремля – найти слабого и в первую очередь лояльного преемника, как пишет Крамер в телеграмме к лицам, чьи имена не разглашаются:

«ХХХ сказал, в Москве бытует мнение, что Сергей Иванов не будет участвовать в президентской гонке. Как он пояснил, Путин боится Иванова, не доверяет ему и подыскивает более слабую фигуру для своего замещения. Он сомневается в том, что Путин хорошо понимает тот факт, что в созданной им системе не существует реальных норм права и что любой человек может быть арестован в любой момент времени и любой бизнес может быть уничтожен. Поскольку предполагается, что активы Путина хранятся на Западе (и он работает через посредников, как олигарх ХХХ), Путин переживает, что при сильном преемнике – к примеру, Иванове – ситуация может обернуться против него самого, сделав его объектом судебного преследования и интересов Интерпола».

У меня остается нерешенный вопрос – что делать с этой сенсационной историей о том, как Путин тайно накопил миллиарды долларов и стал одним из самых богатых людей мира. Я осознаю, что слухи о финансах Путина могут быть злонамеренно распространяемыми с определенной целью. Но Белковский – не идиот и не политик, он возглавляет уважаемый московский научный центр – Институт национальной стратегии. Его часто цитируют в прессе, в том числе и в прокремлевской. Он пишет книги, пьесы и статьи. Из WikiLeaks я позднее узнаю, что он является постоянным контактным лицом для США, представители посольства ценят его мнение.

В то же время другие деятели открыто проводят аналогии между российским режимом и мафиозной организацией. Я поражен словами Гарри Каспарова. Опубликованная в Wall Street Journal, эта статья появляется за четыре месяца до моей встречи с Белковским. Каспаров, бывший чемпион мира по шахматам, широко известен как критик Кремля и оппозиционный лидер. Трудно не согласиться с его логикой. Он описывает путинское правительство как «уникальное в истории». Он пишет: «Правительства, подобного правительству Путина, в истории еще не было. Нынешний Кремль — это и олигархия, потому что в нем собралась банда правителей-богачей, крепко повязанных между собой. Это и феодальная система, разбитая на полуавтономные княжества, правители которых собирают дань со своих рабов, не имеющих никаких прав».

Он продолжает: «Что делать, если хочется понять всю глубину путинского режима? Читать. Правда, я не рекомендовал бы ни Карла Маркса, ни Адама Смита, ни Монтескье, ни даже Макиавелли, хотя автор, которого я имею в виду, действительно итальянского происхождения… Обратитесь лучше к беллетристике, выбирайте автора Марио Пьюзо и покупайте сразу все, что найдете».

Каспаров рекомендует студентам, изучающим структуру российского правительства, прочитать для общего развития роман «Крестный отец», а далее не отказываться от следующих произведений Пьюзо – таких как «Последний дон», «Закон молчания» и «Сицилиец». Я читаю: «Паутина предательства, секретность всего и вся, размытые границы между бизнесом, властью и преступностью — всего это в книгах Пьюзо предостаточно… гораздо более точное представление о власти Путина складывается у того, кто внимательно прочел Пьюзо: жесткая иерархия, вымогательство, запугивание, кодекс секретности и, самое важное, возможность получать крупный и стабильный доход. Иными словами – мафия». Его статья называется «Дон Путин».

Впрочем, даже с помощью целой команды юристов, даже имея в руках распечатки секретных кремлевских документов, разобраться в финансах Путина кажется совершенно невозможной задачей. Но я прихожу к выводу, что у меня хватает материала для написания подробной истории на основании всех этих предположений. Более того, заявления Белковского уже циркулируют в сети.

После моего разговора с Белковским я интервьюирую и ряд других аналитиков, в том числе Елену Панфилову, главу Transparency International в Москве, профессионального эксперта по проблемам российской политической сцены.

Панфилова подтверждает основной тезис. В нормальные времена существует «внутривертикальная лояльность», говорит она, которая не дает кремлевским влиятельным соперничающим группам нападать друг на друга. Теперь, предполагает она, ситуация другая. Группа ФСБ-Сечина и «либеральный» кремлевский клан яростно поливают друг друга грязью. Слухи выдумываются не для того, чтобы добиться большей прозрачности, а для того, чтобы повлиять на Путина, которого Панфилова называет «конечным получателем».

Я решаюсь написать статью для Guardian. Она выходит 18 декабря 2007 года на первой полосе Guardian под заголовком «Путин, кремлевские войны и тайное состояние в 40 миллиардов долларов». Она начинается словами: «Беспрецедентная битва разразилась в Кремле в преддверии ухода Владимира Путина с президентского поста и, как удалось выяснить Guardian, открылись некоторые подробности относительно миллиардного состояния президента. Соперничающие кланы внутри Кремля были вовлечены в битву за сохранение контроля над активами, в то время как Путин готовится передать бразды правления своему избранному преемнику, Дмитрию Медведеву, в мае».

К середине утра более четверти миллиона читателей со всего мира успевают ознакомиться с этой историей. Я жду, опасаясь худшего. Но Кремль многозначительно молчит. И Кремль, и Дмитрий Песков попросту игнорируют эти заявления, отказываясь от опровержений и даже от комментариев. Gunvor — фирма с главным офисом в Женеве, которую предположительно контролирует Путин, — хотя бы как-то реагирует. Генеральный директор компании Турбьорн Тёрнквист отправляет в Guardian письмо с заявлением, что это «абсолютная неправда» — предположения, что Путин «владеет какой-то долей компании Gunvor или же является бенефициарием». Он добавляет: «Эта компания в основном принадлежит основателям, Геннадию Тимченко и мне, меньшую часть акций держит третий инвестор. Ни одна из акций данной организации не принадлежит президенту Путину или его доверенным лицам».

Тёрнквист также заявляет, что прибыль Gunvor — это «сотни миллионов». Путин и Тимченко действительно были друзьями – ранее Gunvor этот факт никогда не подтверждал. «Мистер Тимченко действительно был знаком с президентом Путиным в те дни, когда последний еще не был столь известен. Однако предположения о том, что они делят наследство КГБ или ведут совместный бизнес, являются полностью голословными».

Однако Госдеп США, кажется, скептично настроен по отношению к заявлениям компании. Две телеграммы из посольства в Москве, опубликованные на WikiLeaks, проливают некоторый свет на Gunvor и темные дела, творящиеся в экспортной нефтяной промышленности России. Одна, отправленная в Вашингтон в ноябре 2008 года, начинается со слов: «Торговля нефтью в России долгое время была довольно непрозрачным бизнесом, прибыль доставалась политически связанным фирмам – таким, как закрытый нефтяной трейдер Gunvor». Цитируя экспертов нефтяной промышленности, телеграмма говорит, что Россия имеет «репутацию страны, совершающей тайные сделки с привлечением фирм-посредников с неизвестными владельцами и бенефициариями». И далее: «Экспорт нефти от принадлежащих государству или находящихся под государственным управлением нефтяных компаний, как сообщается, осуществлялся через избранных трейдеров, что приносило данным компаниям потенциальный доход в миллиарды долларов. Отдельно нужно подчеркнуть роль компании Gunvor в российском нефтяном бизнесе. По слухам, компания считается одним из источников тайного состояния Путина и принадлежит Геннадию Тимченко, который, по слухам, является бывшим коллегой Путина по КГБ». В той же телеграмме имеются ссылки на «Сургутнефтегаз». Удивительно, но оказывается неясным, кому фактически принадлежит эта компания. «Сургутнефтегаз» считается еще одним «предположительным источником незаконного состояния Путина».

Однако американцы подтверждают, что невозможно узнать правду об индустрии, которая не дает или почти не дает никакой информации. В той же телеграмме — позитивные отзывы о попытках российского антикоррупционного деятеля и блоггера Алексея Навального выбить больше информации из российских нефтяных компаний. Навальный, миноритарный акционер, инициирует серию безнадежных судебных исков против российских нефтяных компаний. Его цель – заставить эти компании обнародовать объемы нефти и условия торговли. В 2007 году Навальный – пока еще темная лошадка. Но к 2011 году он снискал национальное признание; его арестовывают в декабре, после того, как он возглавил протесты против подставных парламентских выборов. Навальный и его антикоррупционный сайт RosPil. info – самая весомая и единственная угроза Кремлю. Он называет партию «Единая Россия» «партией жуликов и воров» — обидный ярлык приклеивается намертво. О нем говорят как о будущем президенте.

Навальный заявляет, что Gunvor «может контролировать до 50% от общего количества российского экспорта». Сама компания в своей глянцевой и абсолютно неинформативной брошюре указывает, что оперирует третью нефтяного экспорта России, доставляемого морем. В 2010 году оборот компании вырастает с 53 до 65 миллиардов долларов, экспорт составляет 104 миллиона тонн. Навальный заявляет посольству США, что он не верит, что Путин владеет «Сургутнефтегазом» или акциями Gunvor. Его логика проста и убедительна: Путину «не нужна прямая связь с активами для того, чтобы получать с них прибыль».

Мои собственные бестолковые попытки сделать интервью с Тимченко оказываются бесплодными. Компания нанимает PR-консультанта из Лондона – Майкла Прескотта, с которым я обмениваюсь любезностями по электронной почте. Я отправляю Прескотту список вопросов. Прескотт соглашается на них ответить. И не отвечает. Gunvor по-прежнему не хочет оглашать подробности природы отношений между Путиным и Тимченко или объяснять, как и где они познакомились. Я не получаю приглашения на интервью с Тимченко, меня не зовут прогуляться по его роскошному особняку в живописном швейцарском кантоне Цуг – это популярное направление для бизнесменов, избегающих международной публичности.

Проходит еще два месяца, и только после этого Путин выдает собственное опровержение утверждений о его личной коррумпированности. Это происходит в Кремле, на грандиозной ежегодной пресс-конференции Путина. Это самое крупное медийное событие года: присутствует порядка 2000 журналистов, в большинстве своем российских, которые собираются в огромной двухуровневой аудитории Кремля, чтобы задать вопросы лидеру самой крупной мировой державы. Впервые я сам посетил кремлевскую пресс-конференцию годом ранее, в 2007 – она тянулась невероятно долго (три с половиной часа), задавали вопросы самого разного толка (включая вопросы по садоводству и воспитанию детей), примечателен был тот факт, что сбежать из похожего на пещеру кремлевского зала было невозможно. Также было понятно, что Кремль тщательно проверяет все вопросы заблаговременно: пресс-конференция, как и вся российская демократия, оставила ощущение огромного надувательства.

На двухчасовой пресс-конференции в 2008 году берет слово Дуглас Берч, шеф американского бюро Associated Press. На ломаном русском он спрашивает Путина о заявлениях о его коррумпированности и о том, является ли он действительно самым богатым человеком Европы. Путин готов к такому вопросу – его лицо преображается, расплывается в кислой полуулыбке. «Мое богатство – это богатство российского народа», — высокопарно заявляет он. А затем пускается в отрепетированное и грубое наступление: «Это все чушь, которую кто-то выдумал и вылил на бумагу. Эти заявления – полная ерунда – то дерьмо, которое люди пишут в своих газетенках. Это ничего не значит».

Путин не пытается ответить на конкретные вопросы о своей собственности бенефициария. Не объясняет он и характер своих взаимоотношений с Тимченко. Нет и пояснений того, по какой причине в течение восьми недель Кремль хранил молчание. (По одной из версий, помощники Путина были настолько перепуганы, что не решились показать ему статью. В отличие от Медведева, Путин не читает газет и не пользуется Интернетом; выражаясь словами одного обозревателя, «он информационно изолирован».) На следующий день на первой полосе Moscow Times появляется материал о пресс-конференции вместе с комментарием от Белковского. «Мистер Путин делает массу заявлений, включая заявление о том, что Россия является процветающей демократией. Учитывая это, я полагаю, что не стоит воспринимать всерьез какие-либо его заявления по поводу его личного состояния», — замечает он.

А в апреле 2008 года Forbes Russia публикует ежегодный список ста самых богатых людей России. Довольно увлекательное чтиво. Оказывается, теперь Россия может похвастаться ста десятью миллиардерами, и это количество превышает число богачей в любой другой стране, кроме США – там таких 469 человек. Роман Абрамович съехал с первого на третье место и теперь владеет всего лишь 24,3 миллиардами долларов. По меньшей мере, официально самым богатым человеком России является алюминиевый магнат Олег Дерипаска с состоянием, оцениваемым в 28,6 миллиардов долларов, а за ним следует стальной миллиардер Алексей Мордашов – он на втором месте, и его состояние – 24,5 миллиарда долларов. Что выглядит интригующе, впервые в этом списке появляется Тимченко как самый богатый новичок, с состоянием в 2,5 миллиарда долларов. Еще один друг российского президента – Юрий Ковальчук, владелец банка «Россия» — оценивается в 1,9 миллиардов. Многие из тех, кто появился в этом списке, жили в том же самом эксклюзивном дачном кооперативе в Санкт-Петербурге, где жил и Путин. Тимченко – один из них.

Сам Путин нигде не фигурирует – но, как говорит главный редактор Forbes Russia Максим Кашулинский, этот список не включает «чиновников» и «государственных служащих». На вопрос, помогает ли дружба с Путиным стать миллиардером, Кашулинский отвечает коротко: «Вероятно». Но признается: «Если посмотрите на других людей, которые не являются друзьями Путина, то увидите, что они не настолько богаты».

Хардинг на «Кашине»: Государство-мафия (впервые на русском)

Люк Хардинг - справа
Люк Хардинг — справа

От Кашина: Несколько дней назад мы опубликовали интервью со знаменитым высланным из России британским журналистом Люком Хардингом, которое взяла друг нашего сайта Ирина Сисейкина. Теперь с разрешения самого Хардинга мы публикуем переведенные Ириной фрагменты из книги Хардинга Mafia State — автор перевода настояла на том, что «Государство-мафия» звучит точнее, чем буквальное «Мафиозное государство», и мы с ней согласны. До сих пор книга на русский язык не переводилась.

 

Как один репортер стал врагом новой брутальной России 

Пролог

Вторжение 

Квартира 49-50, дом 8, Пятый Войковский проезд, 

Войковская, Москва

28 апреля 2007

Преследования сотрудников посольства существенно участились в последние несколько месяцев, достигнув такого уровня, которого не наблюдалось уже в течение многих лет. Персонал посольства пострадал от клеветнических выпадов в прессе. Члены семьи работников посольства стали жертвами психологического террора после заявлений о том, что их супруги – сотрудники Правительства Соединенных Штатов (United States Government) — погибли в результате несчастных случаев. Вторжения в дома стали более привычными и наглыми, и действия против наших сотрудников в России набирают обороты. Мы не сомневаемся, что эти действия инициированы ФСБ. 

Джон Байерли, посол США в Москве, конфиденциально

Телеграмма в Государственный департамент, 9 ноября 2009

Кто-то вломился в мою квартиру. Через три месяца после прибытия в Россию в качестве нового шефа бюро Guardian в Москве я возвращаюсь домой со званого ужина. Уже поздно. Я поворачиваю ключ. Вначале все кажется обычным. Детская одежда лежит в коридоре, на полу гостиной в кучу свалены книги, — уютный беспорядок семейной жизни. А потом я замечаю. Есть одна странная деталь. Окно в комнате моего сына распахнуто настежь.

Я уверен, что окно было закрыто в момент, когда я, пятью часами ранее, покинул квартиру в компании двух своих детей. Мы живем на десятом этаже уродливой башни из оранжевого кирпича в одном из кварталов застройки пост-коммунистической эпохи. Окна выходят на парк с березками и густыми изумрудными елками – московская окраина, район Войковской. Окна у нас обычно закрыты. Слишком очевидна опасность того, что ребенок может выпасть наружу. Чтобы открыть окно, нужно на девяносто градусов повернуть белую пластиковую ручку. И там две таких ручки. И это можно сделать только изнутри – окно не могло быть распахнуто ветром.

Но окно распахнуто – дерзко, демонстративно, словно это вызов. «К нам что, приходили воры?» — спрашивает мой шестилетний сын, высовываясь из окна и глядя вниз, на холодный двор в ста метрах под нами. Вполне резонный вопрос. От его кровати до окна – один маленький шаг. «Не знаю, — отвечаю я. – Загадка какая-то. Вероятно, кто-то забрался по внешней стене. Может, Спайдермен». В свободной комнате, где хранится никем не используемый велотренажер и увядший комнатный цветок, я обнаруживаю кассету – она шипит, вставленная в проигрыватель. Это не я ее поставил. Моя жена Фиби Таплин уехала на выходные. Значит, тут побывал кто-то еще.

Несколькими часами позже я, пытаясь подавить чувство – чего? – ужаса, тревоги, недоверия, растерянности, даже некой ярости, скрытого гнева — просыпаюсь. Где-то в глубине квартиры надрывается будильник. Звук незнакомый. Я захожу в гостиную и включаю свет. Часы – оставшиеся от моего русского арендодателя Вадима, который выехал двумя неделями ранее – громко пикают. Я выключаю их наощупь. Я их не заводил. Их завел кто-то чужой – поставил на 4.10 утра. Я смотрю на дату. Сегодня 29 апреля 2007 года. Я возвращаюсь в кровать. Беспокойно сплю.

Понятно, что это не обычное вторжение. Ничего не пропало, ничего не повреждено. Несколько тысяч долларов, небрежно закинутые в кухонный ящик, лежат нетронутыми по соседству с венчиком для взбивания яиц. (Это деньги за следующий месяц аренды. Через двадцать лет после эры коммунизма и заявленного окончания холодной войны Россия все еще практикует расчет наличными. Предпочитаемая валюта – доллары, хотя принимаются и евро). Вадим в число подозреваемых не входит – у него были бы корыстные мотивы.

Кажется, цель у взломщиков только одна – продемонстрировать свое присутствие и, видимо, донести до меня, что, если захотят, они могут вернуться в любой момент. Они совершенно точно вошли через дверь. Кажется, замки для них проблемы не представляют. Они открыли окно, завели будильник и, вероятно, установили жучки. А затем ушли. Не могу избавиться от мысли о том, что звукозаписывающее устройство они могли спрятать в нашей спальне. Но я не хочу об этом думать.

Нетрудно расшифровать мрачный символизм этого распахнутого окна: будь осторожен, иначе твои дети выпадут наружу. Для ребенка падение с десятого этажа будет смертельным. Миссия выполнена: эти мужчины – я полагаю, что тут побывали мужчины – исчезли, словно призраки.

Я оказался в новом мире. В месте, где играют по неведомым правилам, окруженный невидимыми врагами. Мне не хватает слов, чтобы описать произошедшее с нами: ограбление с взломом, вторжение, незаконное проникновение? Кажется, мы стали объектами страшной психологической игры, мрачного эксперимента с человеческими душами. Нашими душами. Я прижимаю к себе сына. Но кто были эти призраки? Кто их послал?

Глава 1 

Щит и меч

Комната 306, Следственное управление ФСБ, тюрьма Лефортово, Москва

23 мая 2007 года

Свобода слова, свобода совести, свобода средств массовой информации, права собственности – эти основополагающие элементы цивилизованного общества будут надежно защищены государством. 

Исполняющий обязанности Президента Владимир Путин, 31 декабря 1999 года 

На самом деле я вполне понимаю, откуда взялись эти призраки – или, по крайней мере, я знаю, что за ведомство отправило их ко мне. Пятнадцатью днями ранее, 13 апреля 2007 года, проживающий в Лондоне российский олигарх и критик Кремля Борис Березовский дал интервью моей газете Guardian, в котором призвал к насильственному свержению путинского режима. Мое имя стояло на первой полосе Guardian, по соседству с именами моих лондонских коллег; я, насколько будет известно бдительным российским спецслужбам, играю по правилам. Но с этого момента российская Федеральная служба безопасности, или ФСБ – главный наследник КГБ, – проявляет ко мне острый интерес.

Спустя три недели после выхода в печать интервью Guardian с Березовским я получаю странный телефонный звонок. Это ФСБ. Меня хотят видеть. История произвела фурор в России. О ней говорят в выпусках правительственных каналов  — «Первого» и «России» – которые обычно показывают Путина в каждом своем выпуске. Следуют яростные комментарии в желтых таблоидах, содержание которых описывается – как мне кажется, довольно точно – фразой «Путин плюс сиськи». Репортаж Guardian разбудил даже российских парламентариев из обычно хранящей молчание Думы – те потребовали экстрадиции Березовского из Британии, где он прятался с 2003 года. Впрочем, на это требование британская система правосудия перманентно отвечала отказом.

В мае 2007 года ФСБ начинает уголовное расследование в связи со статьей в Guardian. Генпрокурор России Юрий Чайка уже вменил Березовскому мошенничество, обвинив его в хищении четырех миллионов фунтов у российской государственной авиакомпании «Аэрофлот». Очевидно, что дополнительные уголовные обвинения лишь укрепят прокурорское дело и могут поставить в неловкое положение Британское правительство – одного из самых нелюбимых европейских партнеров России.

Человек из ФСБ, позвонивший мне на работу, не представляется.

— Вы должны к нам приехать, — говорит он. Он вежлив, но непоколебим. В этом чувствуется некая скрытая угроза. Он поясняет, что меня вызывают как свидетеля по уголовному делу Березовского, и мне необходимо отчитаться непосредственно перед ФСБ. Вот наша беседа. Переводит моя помощница Юлия Молодцова (в те дни я еще плохо говорил по-русски):

Юлия: Значит, вы хотите допросить Люка Хардинга как свидетеля по уголовному делу? Нам нужен номер этого дела, чтобы проинформировать правовой отдел в Лондоне.

Офицер: Номер 432801.

Юлия: Необходимы подробности.

Офицер: Мы все расскажем на месте.

Юлия: Вы можете сказать, что это за расследование, кто его ведет?

Офицер: Нет, это секретная информация. Когда ваш свидетель прибудет к нам, мы расскажем ему ровно столько, сколько ему положено знать.

На этом моменте офицер переключает свое внимание на Юлию. По его определенно зловещему тону без труда можно понять, что ему известно, кто она такая.

Офицер: Я прекрасно понимаю. Вы, как мне известно, Юлия Владимировна?

Юлия: Нет, не Владимировна.

Офицер: Ваша фамилия Молодцова?

Юлия: Юлия Сергеевна.

Офицер: Юлия Сергеевна, не могли бы вы попросить вашего шефа выбрать время на следующей неделе, со среды по пятницу, чтобы приехать к нам? Он приглашается как свидетель.

Я поясняю, что распечатка интервью с Березовским доступна на сайте Guardian и что добавить мне к этому почти нечего. Моя собственная роль в истории с Березовским более чем скромна, говорю я. Я просто позвонил кремлевскому представителю Дмитрию Пескову, который владеет английским и обладает хорошими манерами, и спросил его, какова была реакция. И это – абсолютная правда. Но это дела не меняет.

— Вы должны к нам приехать, — говорит он. – Полагаю, стоит взять с собой адвоката.

Контора также присылает письмо на русском:

Федеральная служба безопасности

Российская Федерация

Следственное управление

04.05.07 № 6/2-1053

Главе Московского бюро Guardian

123056, Москва, Грузинский переулок, 3, 75-76

Следственное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации проводит расследование в отношении дела № 432801 Березовского Б.А., которому вменяются действия, направленные на захват власти в России, что является уголовным преступлением, согласно статье 278 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

13 апреля 2007 года газета Guardian опубликовала статью «Я готовлю новую революцию в России», авторами которой являются Йен Кобейн, Мэтью Тэйлор и Люк Хардинг. В этой статье содержится информация по захвату государственной власти в России. 

В отношении вышеизложенного и в соответствии с частью 4 статьи 21 Уголовного кодекса Российской Федерации мы просим сообщить нам следующее (адрес: 111116, Энергетическая улица, 3а):

Где, когда, при каких обстоятельствах и по чьей инициативе проходило интервью с Березовским? 

Кто присутствовал при этом интервью? 

Велась ли запись интервью с использованием технических средств? Если да, то какое оборудование использовалось и сохранилась ли запись? 

Главный следователь по делам особой важности 

Следственного управления Федеральной службы безопасности России, 

Майор ФСБ А.В.Кузьмин (Андрей Вячеславович Кузьмин)

Через три недели после этого звонка я стою у Лефортовской тюрьмы – это тусклое желтое трехэтажное здание, огороженное колючей проволокой, расположено неподалеку от центра Москвы и от прелестного зеленого парка. В эпоху Петра Великого здесь находился иностранный квартал, где юный царь устраивал попойки вместе со своим швейцарским торговым партнером, другом и наставником Францем Лефортом. Тюрьма была заложена в 1881 году, в нее отправляли царских преступников. Во времена коммунистов Лефортово стало наиболее печально известным центром задержаний. Именно сюда на допросы привозили тех, кто оскорблял государство – их помещали в «психические камеры».

Среди бывших ее заключенных – компания знаменитостей. В тридцатые «враги государства» — такие, как Евгения Гинзбург – содержались здесь перед высылкой в лагеря Сибири. Позже в число местных обитателей вошел советский диссидент Владимир Буковский, ныне проживающий в Британии. Писатель Александр Солженицын писал о Лефортово в своем «Архипелаге ГУЛАГ». Он описывал «психические камеры» — к примеру, камеру № 3. Она была «окрашенная в черный цвет… и тоже с круглосуточной двадцативаттной лампочкой, а остальное – как в каждой лефортовской: асфальтовый пол, кран отопления в коридоре, в руках надзирателя». Со стороны соседнего ЦАГИ доносится «многочасовой раздирающий рев», «рев, от которого миска с кружкой, вибрируя, съезжает со стола». Еще одним узником стал Александр Литвиненко, в 1999 году он провел здесь восемь месяцев – а затем сбежал в Британию. Литвиненко был на короткой ноге с директором Лефортовской тюрьмы; он поддерживал себя в форме, неистово занимаясь в камере физическими упражнениями. Литвиненко терпеть не мог сигаретный дым – ФСБ подселило к нему соседа-осведомителя, заядлого курильщика.

Лефортово – не то место, где обычно принимают журналистов, особенно иностранных. Тюрьма на Энергетической улице не обозначена ни на одной карте. Она спрятана за колонной скучных жилых зданий. Во дворе растет одинокий платан. Мы стоим там с моим адвокатом Гари Мирзояном, ветераном московского круга адвокатов по уголовным делам, и вдруг выходит солнце. Мне становится легче. Ощущения совершенно абсурдные. Я щурюсь на солнце и жду встречи с ФСБ, организацией, которой положено существовать, как какому-то ночному грызуну, в темноте. Мы звоним А.В. Кузьмину, майору, который нас вызвал, он готов нас принять.

Гари жмет на входной звонок. Огромная железная дверь распахивается. Внутри находится комната ожидания – унылая, пустая и явно лишенная стульев или столов – к ней прилегает маленькая стойка. Сама стойка скрыта за зеркальной стеной: дежурный офицер нас видит, а мы его нет. Хотя это не совсем правда – быстро появляется и исчезает чья-то рука без тела. Эта рука забирает у меня паспорт и телефон, я замечаю, что на руке растут волосы. Я прошу вернуть мобильный – бессмысленная просьба; я сильно подозреваю, что в нем уже установлены жучки. Хозяин руки соглашается. «Хорошо» — говорит он. Рука возвращает телефон. Гари выскакивает на улицу, прячет телефон в машине. Проходит пять минут. Нам разрешают подняться наверх – по коридору, устланному вытертым красно-зеленым ковром. Мы заходим в странный лифт в викторианском стиле. Он оборудован старомодными тюремными решетками – это фактически движущаяся клетка. Кажется, он опускает нас в глубины Лефортово, внутреннюю тюрьму в форме буквы К, где содержат нескольких заключенных, в основном политических. Олигарх Михаил Ходорковский – когда-то самый богатый человек России – сидел в этом подземелье после ареста в 2003 году до тех пор, пока ему не вынесли политически мотивированный приговор за мошенничество и не отправили на зону – возникает аналогия с декабристами, которые бунтовали против Николая Первого и были сосланы в Сибирь.

Старомодные видеокамеры записывают наши перемещения по лестницам, вдоль коридора тянутся однотипные и безликие деревянные двери. Атмосферой скрытой угрозы и мрака Лефортово очень напоминает берлинскую штаб-квартиру Штази – тайной полиции Восточной Германии. Если что-то и изменилось с советских времен, то я не этого замечаю. Мы подходим к кабинету 306 и стучим. Майор Кузьмин отвечает. Приглашает пройти внутрь. К моему удивлению, он оказывается молодым – около 29-30 лет, на нем темно-оливковая форма ФСБ. У него светлые волосы, короткая стрижка, у него непроницаемое лицо, он вежлив и приятен. Я ожидал увидеть человека постарше.

Тот факт, что ему поручено – по приказу администрации Президента – расследование дела Березовского, предполагает, что он стремительно поднимается по карьерной лестнице в ФСБ. Его кабинет не говорит ни о чем – нет фотографий семьи, пара крошечных горшков с папоротником возвышается на шкафу – единственный намек на что-то человеческое. На столе стоит бутылка с газированной водой и три стакана с гравировкой «ЧК-ОГПУ-КГБ-ФСБ», начальными буквами тайных шпионских организаций России, начиная с «ЧеКа», первой тайной полиции коммунистов, основанной в 1917 году Феликсом Дзержинским, большевиком-фанатиком и другом Ленина.

Эти буквы намекают на некое тайное братство — осеняет меня – и на преемственность методов и традиций. Несмотря на крах коммунизма, ФСБ явно видит себя продолжателем священной миссии КГБ — защищать государство и уничтожать его врагов.

Кузьмин приступает. На его столе лежит цветная фотокопия высокого качества – это первая полоса Guardian с Березовским. Он кидает ее мне. Говорит по-русски.

— Вы можете подтвердить свою личность?

— Люк Дэниэл Хардинг, — говорю я.

— Сколько времени вы провели в Москве?

— Четыре месяца.

— Какой вы посещали университет?

— Оксфордский.

— Женаты?

— Да.

— Вы можете рассказать, при каких обстоятельствах проходило ваше интервью с Березовским?

— Это было в Лондоне.

— Откуда вам это известно?

— Мне сообщил об этом наш правовой отдел. Вы прекрасно знаете, что я не встречался с Березовским.

— А кассета с записью его комментариев подлинная?

— Насколько я знаю, да.

И так далее. Его вопросы удивительно бессмысленны. Вначале кажется, что это на самом деле не допрос, а необходимая бюрократическая процедура, придуманная для того, чтобы официально вписать мою скромную роль в драму с Березовским. И только потом до меня вдруг доходит, что смысл этих официальных допросов – не раскрыть преступление, а в том, чтобы меня запугать. Абсурдные вопросы Кузьмина и мои на них ответы – это просчитанная несуразица. Его фактическая цель – пробудить чувство беспомощности, замешательства и даже страха в человеке, которого ФСБ на данном этапе сочло условным «врагом». Тактика определенно работала в прошлом. Моя команда юристов – подобранная с большим трудом, поскольку ни одна из московских юридических контор не хотела связываться с делом Березовского – посоветовала отвечать кратко. Кузьмин двумя пальцами впечатывает мои ответы в компьютер на столе. Кажется, он удовлетворен моими скудными репликами.

Конечно, я понимаю, что он знает все ответы заранее. На тот момент сотрудники ФСБ уже успели вломиться в мою квартиру, поставить на прослушивание мой телефон и взломать мою электронную почту. Теперь их мало чем можно удивить. Поскольку против меня возбуждено официальное расследование, их действия могут быть даже «законными» — хотя законность не имеет особого значения в государстве, которое использует политически лояльные суды для удовлетворения своих желаний. Через 55 минут Кузьмин объявляет, что наше интервью окончено. 11.10 утра. Он протягивает мне протокол допроса свидетеля. Я подписываю. Атмосфера в кабинете стала сонной и душной. Я не слышу никакого шума – ни шагов снаружи, ни, естественно, смеха, только странная, неуютная тишина заполняет темные коридоры Лефортово. Я хочу пить. Но я решаю не прикасаться к газированной воде, опасаясь – беспричинно, конечно – что в нее что-нибудь подмешали.

В какой-то момент мне хочется задать Кузьмину и свои вопросы. В основном следующего характера: это вы заказали вторжение в мою квартиру? Кого вы отправили? Стоит ли жучок в моей спальне? Есть ли у вас у самого дети? Кузьмин ведет себя по-деловому. Он пожимает мне руку. Он даже вручает мне сувенир. Календарь ФСБ на 2007 год. Без фотографий – это не в стиле ФСБ. Только слова «Следственное управление, Лефортовская тюрьма» красуются над месяцами года – четкие серебряные прописные буквы на темно-пурпурном фоне. Также на календаре изображен герб ФСБ – алые щит и меч на фоне двуглавого орла Романовых. Щит и меч снова отсылают нас к КГБ, имперский орел Российской Федерации заменил серп и молот.  Судя по геральдике, организация видит свою миссию не менее великой, чем миссия ордена рыцарей-тамплиеров или масонов.

Я возвращаюсь на обветшалую офисную кухню и насыпаю себе крыжовника. Этот крыжовник входит в число сезонных фруктов, которыми торгуют babushkas – пожилые леди, что стоят рядом с метро. Еще они продают женские кофты, кожаные перчатки и теплые носки. Я вешаю календарь в нашем маленьком коридоре рядом с кухней. Может, этот календарь защитит меня в следующие месяцы. Похоже, защита мне понадобится.

Владимир Путин сменил Бориса Ельцина в 2000 году. И весьма быстро построил неосоветскую Россию. ФСБ получило исключительную власть в стране – это огромная, секретная, щедро спонсируемая организация, действующая в рамках закона в соответствии со своими (также тайными) правилами. После развала СССР КГБ растворилось. Но не исчезло — просто обрело новое имя. В 1995 году большая часть операций КГБ была передана новой ФСБ. ФСБ – главное внутреннее шпионское агентство России и организация по обеспечению государственной безопасности. Номинально она выполняет те же функции, что и ФБР, и прочие западные правоохранительные учреждения – уголовное преследование, организованная преступность и контртерроризм. Но наиболее важная работа – это контрразведка.

В число противников организации входит крошечная разрозненная группа оппозиционных политиков России, которая останется на обочине общественной жизни до самого момента массовых протестов против Путина в 2011 году. Активисты, выступающие за права человека, работники иностранных НКО и амбициозные магнаты типа Ходорковского, который отказался играть по правилам путинского режима – эти правила обязывали его подчиняться государству и не лезть в политику. Иностранные дипломаты, особенно американские и британские. И также, кажется, некоторые назойливые западные журналисты.

Но основная опасность заключается в том, что в число противников входят и предатели. Мне это кажется очевидным — и, как говорят некоторые дипломатические источники США, для правительств США и Британии это так же очевидно – ФСБ даже рискнуло ввязаться в убийство Литвиненко, российского диссидента, в Лондоне. Литвиненко умер в лондонской больнице в ноябре 2006 года, через три недели после того, как сделал несколько глотков из чашки с зеленым чаем, отравленным радиоактивным полонием-210. Литвиненко — бывший офицер ФСБ. Как и его предполагаемый убийца Андрей Луговой.

К моменту убийства Литвиненко бывшие агенты КГБ – часть влиятельной группы офицеров из разведывательных или военных частей, известная как siloviki – заняла ключевые позиции в путинском Кремле. Путин ушел в отставку как агент КГБ в 1991 году. Его собственная карьера в КГБ непримечательна. Он дослужил до звания подполковника, работая в иностранном разведывательном управлении КГБ. Крах советского блока застал его в скучном восточногерманском городе Дрезден, где он тайно собирал сведения в качестве сотрудника советского института культуры.

Очевидно, подполковник Путин совершил несколько грубых ошибок. Его отозвали из Дрездена и перевели на должность помощника заместителя ректора Ленинградского университета. Странное и позорное понижение. Однако именно в тот момент Путину улыбнулась фортуна. Он начал работать у Анатолия Собчака, либерального мэра Санкт-Петербурга, яростного противника КГБ и одного из ведущих российских демократов. Путин процветал.

К 1999 году он стал директором ФСБ. Летом 1999 года президент Ельцин выбрал никому не известного Путина на должность премьер-министра – который всего через несколько месяцев станет президентским преемником. В должности президента он стал продвигать доверенных людей – членов службы безопасности России – на государственные должности в российских провинциях, на позиции министров, на руководящие места в государственных компаниях. Бывшие путинские друзья-шпионы из Санкт-Петербурга теперь правили страной, хоть и мало разбирались в экономических вопросах. Затем КГБ вернулось.

Однако кое-что существенно поменялось. Как замечают журналисты Андрей Солдатов и Ирина Бороган, КГБ советской эпохи подчинялся политической воле коммунистической партии. Партия держала под контролем каждое управление, подразделение и отдел КГБ. Напротив, ФСБ является «недосягаемой для какого бы то ни было контроля со стороны общественности и парламента», — пишут они. Служба получила невероятную автономию и свободу – вплоть до планирования и осуществления убийств за границей предполагаемых кремлевских врагов.

Солдатов и Бороган назвали свое исследование о ФСБ и воссоздании секретных служб при Путине 2010 года «Новым дворянством». Уместное название. Фраза заимствована из речи Николая Патрушева, который в 1999 году сменил Путина на должности главы ФСБ. Оно намекает на огромное влияние и богатство, накопленное призрачными слугами ведомства. ФСБ отличается от своих западных аналогов и своего непосредственного предшественника, советской секретной службы. «Во многом ФСБ больше всего напоминает беспощадные «мухабараты» — спецслужбы в арабских странах Ближнего Востока: она занята защитой авторитарного режима, подотчетна только высшей власти, непроницаема, коррумпирована, использует жесткие и жестокие меры в борьбе с теми, кого подозревает в терроризме или инакомыслии», — пишут авторы, ставшие впоследствии хорошими друзьями.

В кулуарах дипломаты США проводят другую аналогию. Они сравнивают ведомство с русской дореволюционной секретной полицией. В секретной телеграмме 2009 года  главе ФБР Роберту С. Мюллеру перед его визитом в Москву посол США Джон Байерли сравнивает ФСБ с секретными агентами, которые когда-то работали на Российскую империю. Имперский предшественник ФСБ отвечал за борьбу с левым крылом революционеров и за политический террор. Тактика включала использование тайных агентов и секретные операции. «Несмотря на перемены, произошедшие с момента коллапса СССР, российский секретные службы более напоминают модель царской эпохи «Охранка» (тайная полиция), нежели западные правоохранительные институты», — заявляет Байерли в ФБР.

Байерли также говорит о двух других действующих ведомствах, отвечающих за государственную безопасность: СВР — Службе внешней разведки РФ — и МВД, Министерстве внутренних дел, в чьем распоряжении имеется более 190 000 солдат, обеспечивающих внутреннюю безопасность. Все три ведомства втянуты в кремлевские политические баталии, — говорит он, — и часто соперничают в борьбе за влияние, «и порой тайные конфликты случайно выплывают на поверхность». Их энтузиазм в отношении расследований непосредственно обусловлен политическими факторами. Все они используют суды как оружие против политических врагов.

Однако их главная цель – защищать правящую российскую элиту. Эта задача становится более сложной ввиду прозападных «цветных революций» в Грузии и на Украине. Байерли верно указывает на то, что службы безопасности обвиняют США и другие западные государства в подстрекании к демонстрациям и свержении – в 2003 и в 2004 годах соответственно – правящей верхушки в Тбилиси и в Киеве. «Обеспечение госбезопасности остается основной обязанностью агентств, и все три организации тратят массу внимания и средств на контрразведку и внутреннюю разведывательную работу», — передает Байерли в Вашингтон.

Учитывая прошлое Путина в КГБ, неудивительно, что он перестроил правительство по знакомому шаблону. Социологи говорят, что в 2003 году число кремлевских чиновников, сделавших военную карьеру или карьеру в секретной службе, было равно 25%. К 2007 оно выросло до 42%. И эта цифра включает только известных бывших агентов. Мы не считаем тех, чья деятельность в КГБ скрывалась за «легендой» — вымышленной историей, которую шпион предъявляет внешнему миру. В 2006 году количество аффилированных silovikov – включая официальных и неофициальных агентов – достигло впечатляющих 77%. За последнее десятилетие ФСБ взяла на себя новые обязанности. Бюджет вырос. Истинный масштаб ведомства – тщательно охраняемая государственная тайна. Но Солдатов и Бороган говорят о том, что сейчас в распоряжении ФСБ имеется более 200 000 агентов. В феврале 2010 года министр обороны США Роберт Гейтс замечает, что демократия в России практически умерла. Вместо этого страна превратилась в «олигархию, управляемую службами безопасности».

Заместитель Байерли Эрик Рубин в другой депеше обращает внимание на идеологическую основу ФСБ. Он описывает руководителей современных служб безопасности России как «прагматичных и бескомпромиссных»:

«Они разделяют принципы советской ксенофобии и недоверия Западу, рисуя США как державу, бросившую все силы на дестабилизацию России. В то же время они оценивают все преимущества, которые предлагает сотрудничество с США, что не только поможет достигнуть поставленных целей, но и укрепить международные позиции их страны».

Siloviki расценивают распад СССР как позорный проигрыш. Словами Владимира Путина – как «величайшую геополитическую катастрофу 20-го века». Их «историческая» миссия – как они себе это представляют – возродить потерянное величие России. Вернуть влияние страны на международной арене и укрепить ее растущую экономическую мощь, достигнутую вследствие невероятного скачка цен на нефть и газ в короткий период в начале 21-го столетия.

Я прибываю в Москву в январе 2007 года. В этот момент Россию нельзя назвать суперимперией, несмотря на отчаянные попытки президента Путина набрать вес на международной арене, его несомненный талант остроумно отвечать на саммитах Большой восьмерки и других встречах глав государств, что перемежается натянутыми ремарками на тему западного лицемерия и двойной игры. Критики воспринимают Россию как страну, которая практикует гражданские репрессии и представляет опасность в роли международного партнера. Правда это или нет, в одном отношении Россия находится впереди планеты всей. Она стала передовым шпионским государством мира. Ее одержимость шпионажем может достичь небывалого размаха. В декабре 2008 года законодатели Северной Осетии даже назвали пик на Кавказе в честь храбрых русских шпионов. Ранее безымянная гора высотой 3269 метров на Суганском хребте, что недалеко от границы с Грузией, теперь называется Пиком российских контрразведчиков.

Вызовы в Лефортово – один из внешних атрибутов моей странной новой жизни в Москве. Прочее – незаметно и неприятно: омерзительная официальная слежка со стороны государства, которое без зазрения совести роется в моей переписке, начиненные жучками телефоны, вторжение в мою частную жизнь. Буквально через несколько часов после публикации в Guardian статьи о Березовском кто-то взломал мою электронную почту. Письма с пометкой «Березовский» загадочным образом снова появляются в папке «Входящие», чтобы через минуту исчезнуть. Кто-то еще, заявляющий, что он из Администрации президента, звонит, требуя предоставить ему мой личный номер мобильного. Я говорю, чтобы звонили в офис. Женщина средних лет, в гражданской одежде и, как я замечаю, с некрасивой прической в стиле семидесятых, звонит в домофон на Войковской в семь утра. Я не впускаю ее. Но она все равно пробирается на десятый этаж и колотит в дверь. Я открываю дверь. Она пристально смотрит на меня и уходит.

Есть и другие примеры таких жутких, практически сюрреалистичных эпизодов. 15 апреля 2007 года я улетаю из Москвы в Лондон по семейным обстоятельствам — на похороны. Я прохожу последний досмотр. Я собираюсь забрать ремень и ноутбук, и тут кто-то больно ударяет меня сзади по левому плечу. Я оборачиваюсь. Передо мной – молодой человек с прилизанными назад волосами, в кожаной куртке – по этому наряду можно безошибочно определить униформу шпиона КГБ. Он глупо ухмыляется. «У вас что-то на пиджаке», — говорит он по-английски с сильным русским акцентом. «Ничего там нет», — раздраженно отвечаю я. Парень кивает, проскальзывает вперед очереди и исчезает. Я ищу его в самолете, но не нахожу.

После взлета я пробираюсь в туалет «Аэрофлота». Снимаю пиджак и рубашку. Сморю на плечо. Ничего нет. По крайней мере, я ничего не вижу. При этом я не знаю, как выглядят звукозаписывающие или отслеживающие устройства. Очутившись несколькими днями позже в Москве, я ощущаю на себе всю прелесть старомодных методов слежки КГБ. Мы встречаемся с московским корреспондентом BBC – очаровательным Ричардом Галпином – пропустить по рюмочке, мы договариваемся пересечься в пабе «Уинстон Черчилль» на «Соколе», на окраине недалеко от моего московского дома. Опасаясь нежелательной компании, мы встречаемся на улице и вместо паба направляемся в ближайшее московское кафе.

Мы сидим в подвальном помещении. В кафе никого нет. Мы – единственные посетители. Спустя двадцать минут появляются двое в кожаных куртках. Похоже, начинающие агенты. Один из них задает вежливый вопрос – Можно? — и присаживается рядом со мной на деревянную скамейку. Его бедро – в дюйме от моего. Он кладет рядом с нами сумку, в которой, я полагаю, спрятано прослушивающее устройство. В роли тайных агентов эта парочка представляется мне наиболее нелепой за всю историю спецслужб, они больше похожи на инспектора Жака Клозе, нежели на парней из КГБ. И только потом я узнаю, что таким агентам поручается вести «демонстративную слежку». Их цель – не сбор разведданных, а назойливое поведение и причинение неудобств. Мы с Ричардом смеемся, платим по счету и уходим, оставляя наших друзей позади. Эта встреча – практически анекдот. Но, как я думаю, возможно, эти же провинциальные амбалы вломились в нашу квартиру и распахнули окно в комнате моего сына, прозрачно намекая на долгий полет вниз.

Спустя несколько дней я сижу в уютной переговорной на верхнем этаже Британского посольства в Москве. Эта комната отличается от прочих помещений посольства одной очень важной деталью – ее не существует. По крайней мере, официально. Офицер безопасности посольства дружелюбно улыбается, рядом с ним – заместитель посла Великобритании в Москве Шон МакЛеод. Перед тем, как войти, я торжественно выкладываю мобильный в наружном кабинете.

— Этот зал – единственный отсек посольства Ее Величества в Москве, не начиненный  жучками, — грустно поясняет офицер. — В любом другом месте не так безопасно, — признается он.

Внутри эта комната больше похожа на музыкальную студию – обитые звуконепроницаемые стены, длинный стол для переговоров, стулья и большая карта Российской Федерации. Напоминает зал для экстренных совещаний, знакомый поклонникам сериала «Доктор Кто». Офицер поясняет, что я не первый, кто пострадал от печально известного «взвода взломщиков» из КГБ. Его существование – московская тайна, которая известна всем вокруг, — говорит он. Ведомство проникало в квартиры прочих многочисленных западных дипломатов и местных российских работников, этот ритуал – практически неотъемлемая часть московской жизни посольства.

ФСБ ведет странную тактику. После вторжения агенты частенько выключают холодильник, опорожняют кишечник в туалете (и никогда не смывают за собой), а время от времени уносят пульт от телевизора. Несколькими неделями позже возвращают. Еще одна излюбленная тактика – подбросить какую-нибудь мелочь, не имеющую ценности – плюшевую игрушку, резинового слоника – раньше этих вещей в квартире не было. Цель – психологическое давление, они пытаются запугать жертву и, вероятно, убедить ее в том, что она медленно сходит с ума.

— Мы не говорим про это публично. Но нет – вы не сходите с ума. Нет сомнений, что ФСБ проникло в вашу квартиру. У нас уже есть толстенная папка с делами подобного рода, — говорит офицер, обозначая пальцами размер этой папки – пять-шесть дюймов. – И уж конечно, мы не поднимаем шумихи.

Офицер дает мне несколько полезных советов. Самый важный – держаться подальше от femmes fatales, говорит он – забава старая, взятая еще из букваря КГБ, но так частенько развлекаются его нынешние преемники.

— В первую очередь избегайте многочисленных московских красавиц – есть масса стрип-баров, ночных клубов и прочих соблазнов, где легко можно попасть в ловушку ФСБ.

Он подтверждает тот факт, что моя квартира оборудована жучками.

— С этим практически ничего нельзя сделать. Попытки найти или убрать жучки только спровоцирует повторное вторжение, — любезно сообщает он.

Менять замки не имеет смысла – ФСБ располагает профессионалами, которые без труда просочатся через любую дверь. Если я хочу обсудить какие-либо щекотливые вопросы, нужно писать их фломастером на бумаге. (После чего вымачивать лист бумаги и смывать в унитаз. Мы с женой практикуем такое в течение пары дней. Я даже рисую, как меня преследует зубастый мультяшный монстр – и подписываю картинку словами «Фашистское чудовище». Но общение посредством фломастера быстро утрачивает свою новизну. Вместо этого весь оставшийся период нашей московской жизни мы с Фиби обычно выходим в сад).

У офицера припасено еще несколько полезных советов. Хотя ФСБ располагает неограниченными ресурсами, в большинстве своем агенты не говорят по-английски.

— Чтобы сделать приличную аудиозапись разговора, им необходимо приблизиться к вам – приблизиться вплотную. Но агенты ФСБ не любят покидать машину и вряд ли будут следовать за вами в московском метро – хотя при желании могут. И нет причин беспокоиться по поводу этой слежки. Агентство практикует сотню различных методов.

Любимый гаджет российских служб безопасности предельно практичен: это сумка, которую ставят на стол неподалеку от места, где вы разговариваете. В итоге, как поясняет офицер, обычно команде наблюдения КГБ-ФСБ требуется двадцать минут на подготовку.

— Если надо сказать что-то важное, говорите это в первые пять минут.

Я покидаю посольство. Я отправляюсь домой. В ходе разговора кое-что прояснилось. Естественно, нет смысла искать в доме жучки. Также нет смысла жаловаться в российскую полицию по поводу вторжения в мой дом. На такую жалобу, по всей вероятности, я получу вежливый ответ от дежурного офицера – он скажет, что я страдаю паранойей. Воры, которые ничего не украли, не вписываются в их логику. Как можно жаловаться государству на вторжение, которое совершили люди, работающие на это государство и посланные этим государством?

Невидимое присутствие ФСБ продолжается, становится неотъемлемой частью моей жизни в Москве. Поздняя весна в городе сменяется жарким, липким летом. После работы я хожу окунуться в пруд позади нашей жилой башни, я бегаю среди сосен до маленькой деревянной церкви и источника, где пенсионеры наполняют бутылки святой водой и затем осторожно несут их домой. Я бегаю вдоль болотистого рва, берега которого заросли пурпурными цветами недотроги. У берегов озера неподвижно сидят рыбаки в зеленых защитных куртках, иногда им удается выловить даже маленького карпа. Неподалеку от них, под березками, собираются волейболисты.

В конце 2007 года встает лишь один политически значимый вопрос – кого выберет Владимир Путин в качестве преемника? Или же он решит, как предполагают многие, продолжать править самой большой страной мира незаконно? После восьми лет у власти и двух последовательных президентских сроков Путин, согласно Конституции России, обязан уйти.

Соперничающие кремлевские фракции – как и большинство российских избирателей – будут счастливы, если он останется у власти. Но это будет означать, что придется пожертвовать чем-то, что для Путина весьма ценно, — а именно международным уважением. Несмотря на антизападные выступления, которые в разы участились в 2007 году, Путин по-дружески общается с президентом Джорджем Бушем и другими мировыми лидерами. Неконституционный третий срок поставит его вровень с Исламом Каримовым или Нурсултаном Назарбаевым – соседствующими деспотами из Средней Азии, которые «исключительно по воле народа» сделали свое президентское правление бессрочным. Его будут сравнивать и с Александром Лукашенко, вечным авторитарным президентом соседней Беларуси, правителем настолько ужасным, что Кондолиза Райс (на тот момент – госсекретарь США) называет его последним диктатором Европы. Осенью 2007 года не только западным журналистам, но даже сотрудникам Кремля сложно понять, что происходит за его стенами.

Кампания ФСБ против меня продолжается – это проявляется в мелочах, иногда громко, иногда тихо, словно кто-то сидит в тайной комнате и жмет на кнопки, увеличивая или уменьшая масштабы преследования. У России – долгая традиция выслеживания собственных граждан; во Франции в 18 веке эта практика была названа перлюстрацией. Как указывают в секретных телеграммах дипломаты США, «печальный» обычай официального выслеживания восходит корнями к Екатерине Великой: у императрицы имелись изолированные комнаты в почтамте, отведенные для «особых нужд» и известные как «черные комнаты». «Советское правительство оказалось менее изобретательным; офицеры автоматически просматривали всю международную корреспонденцию, а специальный отдел перлюстрации располагался в здании главного центра дорожного и железнодорожного транспорта в Москве», — пишет американский дипломат Дэйв Костеланчик. То же практикуется и при Путине – в 2009 году Министерство связи России  издает приказ, разрешающий восьми правоохранительным ведомствам, включая ФСБ, доступ к почте граждан и их электронной корреспонденции. В реальности эта практика стала весьма популярной.

То, что мой телефон прослушивается, в большинстве случаев не вызывает сомнений. Агенты ФСБ перекрывают линию каждый раз, когда разговор касается щекотливых тем. Упоминание слов «Березовский» или «Литвиненко» означает немедленный обрыв любого звонка. (На протяжении какого-то времени я заменяю Березовского словом «банан». Удивительно, но, кажется, прием сработал). Обсуждения кремлевской политики тоже заканчиваются плохо – обескураживающим «бип-бип» разъединенной линии.

Иногда моего невидимого слушателя – или слушателей — приводят в ярость совсем безобидные темы. Интервью в прямом эфире, в которых я рассказываю о Путине или о природе российского государства, практически всегда обрываются. Во время одной программы с Radio New Zealand линия обрывалась пять раз – это был рекорд. По этому поводу я испытываю странную гордость. Разговор оборвался, даже когда я говорил о недавней находке — превосходно сохранившемся мамонтенке, которого выкопал везунчик-оленевод в вечной мерзлоте русского арктического севера. Как разговор о вымершем шестнадцать тысяч лет назад мамонте мог угрожать безопасности российского государства? Но кто я такой, чтобы решать, что может стать препятствием на пути России к ее былому величию?

Вначале мне кажется, что мои молчаливые слушатели окажутся не живыми людьми, а компьютерной программой, которая автоматически прерывает разговор, когда произносятся определенные ключевые слова. Однако позднее я убеждаюсь в том, что эти слушатели существуют. Они реальны. Но кто они? И кто эти невидимые призраки, порхающие по нашей квартире?

В начале декабря 2007 года я назначаю встречу с Ольгой Крыштановской, ведущим российским экспертом по кремлевским элитам, научным сотрудником Института социологии РАН. Что необычно для социолога, Крыштановская дружит с обоими лагерями: у нее имеются хорошие контакты внутри Фирмы – как называет себя ФСБ, и при этом она — уважаемый академик. Я выхожу из метро «Медведково» — северная окраина Москвы – и направляюсь к дому Крыштановской.

Ольга – невысокая, полноватая женщина средних лет, на ней бордовый пиджак, очки в золотой оправе, у нее своеобразный, доброжелательный немигающий взгляд.

Сидя в ее гостиной, в ее гостевых тапочках, я расспрашиваю Крыштановскую о методах ФСБ. То, что она говорит, на многое проливает свет. Прослушивающая станция ФСБ находится где-то в Подмосковье, в области, — говорит она. Само ее существование, как и все, что связано с ведомством, — это государственная тайна. В ФСБ имеется особый отдел для слежки за иностранными дипломатами, — добавляет Крыштановская. Она полагает, что имеется и спецотдел для наблюдения за иностранными журналистами. Агенты прослушивают тех, кого им прикажут прослушивать. 24-часовая слежка – дорогое удовольствие, но в определенных случаях она оправдана, другие объекты прослушиваются лишь периодически.

Но мне интересно вот что – неужели кому-то по душе такая скучная работа? В конце концов, кому захочется выслушивать бессодержательный треп между корреспондентами Guardian и иностранным отделом в Лондоне? Или, как говорит Нил Бакли, шеф редакции Financial Times в Москве, – разговор о том, покакал ли утром его малолетний сын Александр?

— В этом особом техническом центре работают посменно. Обычно персонал выходит на восьмичасовую смену. Работа монотонная. Никакого творчества в ней нет. После каждой смены пишется отчет, — рассказывает мне Крыштановская. И добавляет, — Но их вдохновляет идея того, что они служат своей стране и защищают ее от врагов.

Патриотический инстинкт – ключевой момент. Она продолжает:

— ФСБ – очень сильная организация. Ее рекрутам льстит мысль, что они служат государству, пусть их роли и незначительны.

Обычно персонал набирают после армии – таких по-русски называют sapogi. Другие приходят из гражданской службы, их называют pidzhaki. Основное различие внутри тайного мира службы безопасности — между разведывательным и контрразведывательным управлением, говорит Крыштановская. Те, кто собирал разведданные – включая Путина и Сергея Иванова, бывшего министра обороны России – как правило, более привлекательны и гибки. Они знают иностранные языки (Путин – немецкий, Иванов – английский и шведский). Наиболее фанатичные и бескомпромиссные приходят из контрразведки, полагает Крыштановская. Этих офицеров она описывает как зомби.

— Эти люди выросли при Советском Союзе. Они – в высшей степени изоляционисты. Они ничего не знали о Западе. Им не разрешались путешествия за границу. Их вскормили на зомби-пропаганде, в результате они стали ортодоксальными фанатиками. Агенты разведки, поработавшие за границей, познали мир. Они более либеральны, более образованны и более гибки.

Крыштановская нравится мне все больше и больше. Она говорит тихо, но убедительно красноречива.

Несмотря на внутренние разногласия, ФСБ остается весьма однородной организацией – с собственным менталитетом silovikov. Что, среди прочего, означает: подозрительность во всем, убежденность, что Россия окружена злейшими врагами, мнение, что Запад и НАТО планируют ее «дестабилизацию». Если Россия не окружена врагами, то разумное объяснение существования ФСБ будет развеяно,  — поясняет Крыштановская. Организация просто исчезнет в облаке дыма.

— Нет врагов – нет и КГБ.

Это многое объясняет.

В России приближаются парламентские «выборы» — они запланированы на декабрь 2007 года, и я замечаю, что список врагов Путина становится существенно длиннее. В незабываемом предвыборном выступлении на московском стадионе «Лужники» президент – в черном свитере с высоким воротником – обзывает российских демократов «шакалами». Либералы страны – это иностранные агенты, которые намерены разрушить годами создаваемую российскую стабильность, — говорит он толпе сторонников из прокремлевской партии «Единая Россия» — речь позаимствована из эпохи Сталина. Он говорит то же самое и четырьмя годами позже, когда десятки тысяч российских представителей среднего класса выходят протестовать против масштабных фальсификаций при голосовании 2011 года. Своих оппонентов он обзывает марионетками Запада, но и этого ему мало – он заявляет, что белые ленточки, которые носят демонстранты, выглядят как гондоны.

ФСБ – хороший работодатель. Членство в самом тайном из клубов дает свои преимущества, которые компенсируют смехотворную зарплату.

— Если вы работаете в ФСБ, вам не нужно беспокоиться по поводу соблюдения законов. Вы можете кого-нибудь убить, и вам за это ничего не будет, — говорит Крыштановская. Можно, будучи пьяным за рулем, сбить старушку на пешеходном переходе, можно уничтожить конкурента по бизнесу – государство всегда защитит тебя. – Неудивительно, что у людей из ФСБ – особое мироощущение. Это как быть суперменом, — говорит она.

Я расспрашиваю Крыштановскую об убийстве Александра Литвиненко в 2006 году. В частных беседах старшие чины ФСБ признавались ей, что убийство Литвиненко могло быть операцией ФСБ, говорит она. Они не испытывали никаких сожалений по поводу жертвы – он был предателем России и человеком, который заслуживал смерти – но они были разочарованы бездарным и неуклюжим выполнением операции. КГБ уничтожало врагов более эффективно и виртуозно во времена Юрия Андропова – бывшего шефа КГБ, который занял место Леонида Брежнева в 1982 году в качестве генерального секретаря Коммунистической партии СССР. Теперь Андропов весьма почитаем в кругах секретных служб – он был самым бескомпромиссным борцом, о нем упоминается в путинской пропагандистской кампании. В Московской академии ФСБ учреждена стипендия имени Андропова. В качестве посмертной реабилитации Андропова в 1999 году Путин восстанавливает мемориальную доску с именем лидера КГБ на Лубянке, мрачной московской штаб-квартире ФСБ.

— Мои друзья из ФСБ сказали, что это (неумелое убийство Литвиненко) никогда бы не случилось при Андропове, — говорит Крыштановская. – Они сказали, что в те дни КГБ осуществляло такие убийства более профессионально.

Я прощаюсь с ней. На пороге я возвращаю ей гостевые тапочки. Она дает мне еще один совет.

— Будьте осторожны, — говорит она.

— Почему?

— Потому что вы – враг Путина, — отвечает она, словно это – неоспоримый факт.

Того ли ты ждал? Похож ли Путин на Милошевича

00493d18460b6d17e2f3f7f5309

Считается, что искренняя и доверчивая любовь русского народа к Америке, вера в ее силу и справедливость, в доброту и честность американского руководства по отношению к России, испарилась сразу после натовских бомбардировок Белграда. Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть этот тезис – для этого нужно понимать, насколько вообще возможно говорить о взрыве проамериканизма в России начала 1990-х – был ли он, охватывал ли он широкие слои населения или остался игрушкой больших городов и столицы. К тому же, большие приступы любви к тому или иному явлению – вещь весьма ситуационная, тем более что ей весьма свойственно быстро проходить. Корректно ли тогда вообще вести точный отсчет окончания народной любви к Америке?
 
Но с тем, что бомбардировки Югославии оставили значительный след в российском общественном сознании, невозможно не согласиться. Эта тема постоянно звучит не только из уст разнообразных маргиналов, борющихся против заговоров ЦРУ с помощью шапочки из фольги, но и вполне на официальном уровне. Об этом говорил, например, Владимир Путин в Мюнхенской и Крымской речах, об этом пишет российский МИД в своих официальных коммюнике, тема поднимается российскими дипломатами за рубежом. 
 
Натовские самолеты в небе над Югославией стали в российском общественном восприятии символом невероятного вероломства и циничного лицемерия. Причем это ощущение появилось сразу же, еще тогда: обстрелы американского посольства в Москве в 1995, и разворот Примакова над Атлантикой в 1999, и бросок на Приштину – это проявление того же ощущения. «По нам бьют!» – вот что звучало в голове у многих в те дни. Даже полуживой Ельцин в 1999 году начал воинственно высказываться
 
Люди, ставшие выразителями этого настроения, тогда, в середине и конце 1990-х были все же маргиналами, издателями тонких листков на плохой бумаге, авторами и участниками акций прямого действия, уличными бойцами. Теперь они в мейнстриме: они встречаются с президентом и министрами, их частенько можно увидеть по телевидению, где они делятся своим тяжеловесным государственным мнением.
 
Они просят, требуют от Путина ввести войска на Украину и повести их на Киев, они молятся о ниспровержении различных кар на Америку и Европу, они без конца говорят и пишут о том, что нужно всюду бороться с США. Да и вообще, во всех без разбору проблемах России виноваты лишь Штаты да спонсируемые ими либералы – то есть те же США.
 
И самое странное, что, говоря о необходимости ввести войска на Украину, они не замечают, что противоречат своим собственным взглядам, декламируемым ими по поводу Югославии. Но для того чтобы объяснить, в чем здесь противоречие, мне необходимо будет немного углубиться в контекст югославских войн, о котором у нас так любят забывать, выдергивая из всего кровавого клубка историй лишь те, что выгодны рассказчику.
 
Поэтому сейчас мы немного погрузимся в историю. Если вы все хорошо помните и знаете, то можете перейти к концу статьи, хотя в целом история югославских войн достаточно поучительна и более чем актуальна.
 
* * *

Пожалуй, стоит сразу сказать, что Югославия умерла не в 1991 году, как многим кажется. Нет, 1991-й год был лишь тем моментом, когда труп уже нельзя было больше подмораживать и подкрашивать – он покрылся трупными пятнами, а прогнившие части тела стали отваливаться.
 
Смерть Югославии следует отнести к 1980 году – к кончине Тито. Собственно, если говорить прямо, то Тито – это и есть Югославия, между ними фактически можно ставить знак равенства; но только если речь идет о СФРЮ — Социалистической Федеративной Республике, появившейся после войны. Это Тито поднял восстание против нацистской Германии, это он начал войну с отрядом партизан, а закончил — главнокомандующим большой армией, освободив территорию Югославии самостоятельно, без ввода советских или англо-американских войск. Он смог удержаться после войны, добиться международного признания своего правительства, он смог сделать Югославию единственной вполне самостоятельной единицей из всех стран «народной демократии», он успешно оппонировал даже Сталину (напомню, что у югославской армии до самого конца было две основных стратегии обороны – на случай вторжения стран НАТО и против интервенции стран Варшавского договора).
 
А самое главное – он чрезвычайно умело управлялся с управлением многоэтничной сложносоставной страной. Тито с успехом находил баланс между умеренной поддержкой регионального национализма и курсом на единство страны под своим руководством. Кто бы он ни был (официально Тито считался хорватом, а о том, каково его настоящее происхождение до сих поведутся споры — может поляк, может серб, а может и вовсе русский), он мастерски лавировал между различными региональными элитами, пестовавшими свой местный национализм, и при это этом не допускал попыток представить какую-то из наций Югославии главенствующей, прекрасно понимая, к чему это может привести в такой неоднородной и стране. Тито совсем не был ангелом, тут спорить не о чем, но в политическом управлении многонациональной страной он знал толк.
 
С его смертью в мае 1980 года у Югославии осталось мало шансов выжить в том виде, в каком она прососуществовала в течение 35 лет. Маршал Тито не оставил после себя преемника, в руководстве Югославии началась безостановочная чехарда, главы государства (в основном – давние сторонники Тито, еще со времен войны) менялись каждый год. На фоне очевидной слабости центральной власти начала усиливаться автономия союзных республик, вместе составлявших Югославию. Прорастал региональный национализм, медленно разгорались застарелые конфликты, местные элиты чувствовали себя все более независимо.
 
И вот началось! Кто-то будет отсчитывать начало Югославских войн с речи Слободана Милошевича в честь годовщины битвы на Косовом поле, когда глава сербских коммунистов заявил о том, что Косово было, есть и будет сербским. Другие – от Десятидневной войны в Словении, когда та решила отсоединиться от Югославии. В любом случае, какую бы точку отсчета вы бы ни выбрали, вы знаете, что началось после этого.
 
Смерть, кровь, артобстрелы, пытки, осада Сараево, концлагеря для сербов, для боснийцев и для хорватов, экономическая разруха. Югославию сотрясали войны, на Балканах расползалось кровавое пятно, проступавшее на карте Европы горем, болью и гарью. Стороны несли огромные потери, все решили рубиться до упора. Озлобление и остервенение захлестнула солдат, так что кошмарная резня в Сребренице стала закономерным итогом затяжной войны.
 
Происходившее в Югославии вызвало бурную реакцию мирового сообщества. Понятно, что главными виновниками международная пресса объявила сербов и Слободана Милошевича лично (что, в общем, было не так уж и не правильно — его доля вины в начале войн достаточно велика). Но кто мог воздействовать на конфликт, у кого было достаточно сил?
 
ООН? В течение 1991 года Совбез одну за одной выпускал резолюции, осуждающие войну на Балканах, но не предлагающие конкретных действий. Миротворцы присутствовали в зоне боевых действий, но и сильного влияния на ситуацию не оказывали. В 1992 году Совбез ООН все-таки выпустил более конкретную резолюцию за номером 757, в которой, накладывала на Союзную Республику Югославию (в общем — на Сербию с Черногорией) жесточайшие санкции – любая торговля (кроме медикаментов и подвода гуманитарной помощи), любое культурное или спортивное взаимодействие с Югославией было теперь под запретом. Пунктиром замечу, что Россия принимала участие в голосовании по поводу санкций и поддержала их (а, например, Китай воздержался). Наверное, санкции оказали какой-то эффект на и без того потрепанную войной экономику страны. Возможно, даже какой-то из секторов экономики сильно пострадал. Но на боевые действия это оказало крайне мало влияния, все как воевали, так и продолжили.
 
Могла ли повлиять Россия? Ура-патриоты уверенно ответят, что да, ультралиберально настроенные граждане возмутятся самой возможности участия России в конфликте. В реальности же это довольно сложный вопрос. С одной стороны, в тот момент, когда война только началась, все были уверены, что долго этот конфликт не продлится. Сама Россия в тот момент находилась в состоянии максимально далеком от оптимального – и экономически, и политически. К 1995 году же, когда градус конфликта достиг уровня геноцида населения целыми деревнями, Россия сама плотно увязла в войне в Чечне, кроме того, экономическая ситуация по-прежнему оставляла желать лучшего.
 
Нет ясности и с тем, как повели бы в этой ситуации европейские страны – как западные, так и восточные. Как известно, когда в 1999 году Россия все же решила вмешаться в конфликт, отправив десантный батальон на захват аэропорта «Слатина» под Приштиной, она планировала в дальнейшем перебросить более значительные силы, но ей воспрепятствовали в этом восточноевропейские страны, ставшие союзниками НАТО. Они закрыли свое воздушное пространство для российских самолетов, чем поставили российских десантников, уже занявших аэропорт, в крайне трудное положение. Кроме того, эта акция вызвала недовольство и со стороны НАТО, и, если бы командующий британской группировкой войск на Балканах Майкл Джексон оказался чуть менее трезвомыслящим, то конфликт между российскими и натовскими войсками был бы крайне вероятен.
 
Что остается? Европа, но она не проводит крупных боевых операций без согласования с США – можно вспомнить хотя бы то унижение, которое понесла Великобритания во время Суэцкого кризиса, когда после сурового окрика из Вашингтона и фантастического союза в Совбезе ООН между США и СССР, Великобритании пришлось спешно выводить свои войска из Египта. К тому же сложно представить, какая бы европейская страна могла в одиночку рискнуть начать миротворческую операцию.
 
Так что остается только США и НАТО. Начав операцию «Обдуманная сила», они, в конечном счете, окончили Боснийскую войну и привели Югославию к Дейтонским соглашениям. Я вовсе не собираюсь оправдывать американских солдат, чьи бомбы упали, в том числе, и на головы мирных граждан. Война – это грязное кровавое дело; к тому же, те же американцы активно поддерживали в свое время раздувание конфликта на Балканах. Но они же – и это нужно признать – положили ему конец. Да, в конце 1990-х он разгорится вновь, на сей раз в Косово, но это уже другая история. В случае с Боснией и Хорватией конфликт был в основном закончен.

* * *

Теперь вернемся в наши дни. История с Югославией преподает нам два важных урока.
 
Первый относится к тем людям, которые хотят ввода российских войск на Украину. Они осуждают Америку за ее грубое поведение в качестве мирового жандарма и гегемона, за нарушение территориальной целостности других стран, свержение режимов и ведение войн без санкции ООН. Они говорят об американском лицемерии и жажде мирового господства, объясняемого мнением о своей исключительности и избранности. В то же время, когда они желают российского вторжения на Украину, они поддерживают именно «американское» поведение России – нужно начать войну, которая покончит с кровопролитием, прекратит убийства и насилие (и, как подразумевается, вернет Украину в зону российского влияния путем установления лояльного политического режима). И все это считается проявлением честности и правды, идущей наперекор американской лжи и высокомерию.
 
Ситуация выглядит похожей на старый анекдот – «вы либо крестик снимите, либо трусы наденьте». Нужно либо признать, что все страны ведут себя некрасиво и не по-джентльменски, руководствуясь не международным правом, а правом силы. В общем, выступить с позиции представителей школы политического реализма. В этом случае совершенно бессмысленно обвинять кого-то в недостойном поведении во внешней политике – с этой точки зрения между натовской операцией и присоединением Крыма разница невелика. Либо же, если продолжать упорствовать в том, что американцы – это одна статья, а русские – особь статья, то, по совести, всем этим людям стоило бы просить совсем обратного – вести благородную политику, немедленно отказаться от Крыма и потребовать остановить работу «военторга».
 
Но пока что этого не произошло, отчего позиция этих людей выглядит несколько двусмысленно. Наверное, когда-нибудь им удастся ее пояснее артикулировать.
 
Второй же урок относится скорее к Путину и месту России в этом конфликте. В последнее время стало довольно популярным (и тут же набившим оскомину) сравнение российского президента с сербским лидером Слободаном Милошевичем. Вспоминается и желание сербского президента вернуть себе земли, на которых проживали сербы, и прокси-войны, и дружба Милошевича с Россией. Понятно, на что намекают авторы этих сравнений – на грядущее свержение автократа и суд в Гааге.

Но если что Путин и доказал за этот год, так это как раз то, что он не Милошевич. Тот был лидером сербов, которые хоть и были этническим большинством в Югославии, но большинством относительным (36,5% населения, на втором месте шли хорваты с 20%), которое было недостаточным для гегемонии над всей страной. Тито долго бился над созданием нации «югославов», но успехов добился весьма призрачных. Кроме того, Милошевич был президентом страны, которой было не по силам претендовать на роль хотя бы регионального гегемона. У его армии было по большей части устаревшее вооружение, и всерьез противостоять силам НАТО возможностей у него не было. Именно поэтому у НАТО в принципе имелась возможность бомбардировок страны, вынудивших Милошевича пойти на перемирие.

Россия же в украинском конфликте как раз выполняет роль локальной Америки. Она ведет прокси-войны, опирается (пусть и только на словах) на национальное большинство, поставляет вооружение, и доказала, что может испытывать на прочность украинскую армию довольно долго, имея перевес практически во всем. А кроме того, шантажируя возможностью ядерного конфликта, она защищает себя от прямой агрессии со стороны НАТО.

Пожалуй, главное, чтобы эту несложную мысль поняли и все прочие причастные. Других аргументов кроме силы нынешнее российское руководство не признает, а реализация «югославского сценария» по отношению к России приведет к конфликту всемирного масштаба.

Может всем стоит остановиться и отдышаться?

Хардинг на «Кашине»: Враг государства российского

luke

 

2011, Лондон. Люк Хардинг, корреспондент газеты The Guardian, публикует книгу, посвященную своему опыту работы в России. Книга называется Mafia State («Государство-мафия»). Она становится бестселлером в Англии, однако в России про нее знают немногие. Ко мне книга попадает по рекомендации британских друзей. 

Хардинг описывает основные российские события, свидетелем которых становится в период 2007-2011. Он пишет об убийствах Александра Литвиненко, Анастасии Бабуровой и Станислава Маркелова, Натальи Эстемировой, Анны Политковской, о российско-грузинском военном конфликте в августе 2008 года, о формировании кооператива «Озеро». Хардинг пишет и о личном опыте – о том, как за ним и семьей все четыре года пристально следит ФСБ, используя разные способы запугивания, о странных допросах на предмет связи с Березовским. В конце 2011 года Хардинга фактически высылают из Москвы, он возвращается в Лондон.

На данный момент Mafia State переведена на все европейские языки, кроме русского. 

Июнь 2013, Лондон — Стамбул.  Я в Лондоне, чтобы встретиться с Хардингом. Я прочитала книгу и готова перевести ее – проблема заключается лишь в том, чтобы найти издателя. В Стамбуле начинаются волнения на площади Таксим, и Люк срочно отбывает в Турцию. Наше первое интервью происходит по Скайпу. На повестке дня – смерть Березовского, развод четы Путиных, а главными событиями России, которые Хардинг не застал, остаются митинг на Болотной и суд над Pussy Riot.

Привет, Люк! Я прочитала вашу книгу. И вот что меня поразило – весь ужас российского бытия вы описывается совершенно без эмоций, что напомнило мне в некоторой степени прозу Солженицына. Сухое и беспристрастное изложение фактов – это чисто журналистский подход. И это очень сильный писательский прием. Вы нарисовали страшную картину современной России. Так что авторская цель достигнута. 

Такое сравнение, несомненно, очень лестно. Впрочем, российское правительство возненавидело мою книгу. Собственно, я и сам стал объектом ненависти — меня же вышибли из страны. Однако книгу заметили, и это хорошо. Собственно, я изложил связанную историю, суммировал опыт тех четырех лет, что я провел в России – в тот период я фактически добывал информацию, находясь под слежкой. Но я рад, что вам понравилось.

Цитата из книги (перевод мой, — Сисейкина И.) 

«Я понимал, откуда взялись эти призраки – по крайней мере, я знал, кем они посланы. Пятнадцатью днями ранее, 13 апреля 2007 года, осевший в Лондоне русский олигарх и критик Кремля Борис Березовский дал интервью моей газете The Guardian, в котором призвал к насильственному свержению режима Путина. Мое имя красовалось на первой полосе газеты, рядом с именами моих лондонских коллег, так что я – если угодно бдительным спецслужбам России – вел честную игру. Но с этого момента ФСБ  — основной наследник КГБ – стала проявлять ко мне неподдельный интерес. И через три недели после того, как интервью с Березовским было напечатано в Guardian, мне позвонили из ФСБ». 

Я правильно понимаю, что ФСБ начало слежку за вами непосредственно после интервью с Березовским? 

Дело в том, что на тот момент я не встречался с Березовским. Я не брал у него интервью. С ним встречались мои коллеги в Лондоне. А я был в это время в России, в Москве. Мое имя стояло под статьей о Березовском, опубликованной в The Guardian в апреле 2007 года, так как я обратился к Дмитрию Пескову за комментариями для той статьи. А люди из ФСБ сочли меня агентом Березовского.

Это просто нелепо. На самом деле я встретился с ним только в 2011 году, уже после высылки из России. И это была краткая встреча у здания суда, где рассматривался гражданский иск Березовского к Роману Абрамовичу. Мы лишь поздоровались, пожали друг другу руки. Так что глупо было подозревать во мне его агента. Он сам был изгнанником России. А я испытывал к нему лишь журналистский интерес – как к человеку, который стал причиной многих перемен в России. Хотя и он не решил бы всех проблем.

В общем – да, я встречался с Березовским. Совершил ли он самоубийство? Да, вероятно, так оно и было. Могло ли это быть происками ФСБ? Тоже вполне вероятно. Наш мир – это полный бардак. Говорят, что Березовский был невероятным эгоистом. Он был переполнен любовью к себе. Как он мог убить себя, если он фактически всю жизнь посвятил спасению и сохранению себя? Хотя… все возможно. Сложно исследовать душу мертвого человека.

Теперь можно сказать ему спасибо за то, что мы имеем Путина. Поблагодарить посмертно. 

Именно – это его вина.

Кстати, вы слышали про развод четы Путиных? Самое удивительное в этой истории то, что люди начали выражать Людмиле Путиной сочувствие и поддержку. Фактически до этого два года ее прятали от публики. И перед каждой пресс-конференцией с Путиным журналистов предупреждали, чтобы те не задавали вопросы про жену. 

Теперь она – Людмила без Путина (смеется).

Цитата из книги (перевод мой – И.Сисейкина)

Кто-то вломился в мою квартиру. Через три месяца после моего прибытия в Россию в качестве нового шефа бюро Guardian в Москве я возвращаюсь домой со званого ужина. Вначале все кажется обычным. 

А потом я замечаю. Есть одна странная деталь. Окно в комнате моего сына распахнуто настежь. Нетрудно расшифровать мрачный символизм этого распахнутого окна: будь осторожен, иначе твои дети выпадут наружу. Для ребенка падение с десятого этажа будет смертельным. Миссия выполнена: эти мужчины – я полагаю, что тут побывали мужчины – исчезли, словно призраки. 

Я оказался в новом мире. В месте, где играют по неведомым правилам, окруженный невидимыми врагами. Мне не хватает слов, чтобы описать произошедшее с нами: ограбление со взломом, вторжение, незаконное проникновение? Кажется, мы стали объектами страшной психологической игры, мрачного эксперимента с человеческими душами. Нашими душами. Я прижимаю к себе сына. 

Но кто были эти призраки? Кто их послал? 

Люк, вы пишете довольно сухо, но вы что на самом деле чувствовали, когда замечали вторжения агентов ФСБ в собственное жилище? Было ли вам страшно – ведь речь шла не только о вашей безопасности, но и о безопасности семьи, детей? 

Вопрос резонный. Я не могу сказать, что пребывал все это время в тотальном ужасе – через какое-то время я понял, что таковы правила игры. Я понимал, что за излишнюю критику или разглашение ненужной информации спецслужбы могут отправить под суд, искалечить или убить российского журналиста, а я не был российским журналистом, со мной – другая история. Я не думаю, что спецслужбы смогли бы арестовать меня и посадить в тюрьму. Это было бы нелепостью. Тебя скорее убьют или ограбят какие-нибудь хулиганы у метро. Мысль о том, что опасность может угрожать моим детям – что вторгаются в мою частную жизнь – вызывала во мне скорее не страх, а злость. Я до сих пор испытываю злость.

Цитата из книги (Перевод мой, — И.Сисейкина)

ФСБ ведет странную тактику. После вторжения агенты частенько выключают холодильник, опорожняют кишечник в туалете (и никогда не смывают за собой), а время от времени уносят пульт от телевизора. Несколькими неделями позже возвращают. Еще одна излюбленная тактика – подбросить какую-нибудь мелочь, не имеющую ценности – плюшевую игрушку, резинового слоника – раньше этих вещей здесь не было. Цель – психологическое давление, они пытаются запугать жертву и, вероятно, убедить ее в том, что она медленно сходит с ума. 

<…> Менять замки не имеет смысла – ФСБ располагает профессионалами, которые без труда просочатся через любую дверь. 

Кстати, что там сейчас творится на Таксиме? Как протестанты? Побеждают? 

Они побеждают точно так же, как победила бы оппозиция в России. Хотя, конечно, прекрасно, когда есть такое движение, когда столько людей выходит на улицу. Но ясно, что это закончится ничем.

Протест на Болотной площади случился уже после того, как вы уехали из России. 

Я не застал Болотную – это весьма досадно. Кто обычно собирается на митинги протеста? Студенты, старушки и журналисты. А когда происходит такой взрыв в обществе – когда на улице оказываются буквально все…

Ну да. Хипстеры, средний класс… я и сама была там. 

Невероятная динамика.

Да, но это было единственным в своем роде ярким событием. Больше такого не повторилось. Конечно, случались протесты со стороны оппозиции, и некоторые активисты оказались после этого в тюрьме – всего лишь за то, что осмелились выйти на площадь. Другое яркое событие года – это выступление Pussy Riot. И Толоконникова и Алехина тоже в тюрьме. Вопрос — как после этого протестовать? Я помню девяностые – мы были полны надежд, мы видели будущее – теперь мы его не видим. Люди настроены предельно пессимистично. Двадцать лет назад протесты могли к чему-то привести, теперь же ясно, что все попытки обречены на провал. 

Я понимаю, что в данном случае речь идет о гражданском протесте. На мой взгляд, жизнь в России – это одна сплошная пытка, это жизнь под постоянным прессингом. Ты выходишь на улицу – и твой путь состоит из тысячи мелких пыток, ты дергаешься взад-вперед, и это нескончаемо. И можно, конечно, протестовать, можно бороться, но нам всем заранее известно, к чему это приведет. Вы знаете язык – вы можете уехать. Выбор небольшой.

Декабрь 2014. Mafia State пока так и не напечатана в России. Издательства поясняют, что выпускать книгу в нашей стране нет смысла – она вряд ли будет продаваться и, соответственно, не принесет денег. По той же причине не печатают Ходорковского. «Никакой политики, говорят они, — чистая коммерция. Зачем издавать труд, который все равно изымут и запретят?»

Наше интервью тоже пока не опубликовано – какие-то издания не проявляют интереса, какие-то откровенно боятся. Люк выходит на связь 30 декабря, в день вынесения приговора братьям Навальным. На улице – минус 17. Я собираюсь на Манеж. «Удачи на Манеже, — пишет он. — Хотел бы я оказаться там вместе с вами». 

Январь 2015. Лондон-Самара. На экране – офис The Guardian. Это наше второе интервью, оно станет продолжением разговора, состоявшегося в июне 2013. 

Привет из Самары, Люк! 

Большой привет Самаре. В последний раз я был там, когда освещал Марш несогласных под руководством Каспарова. Правда, помнится, ничего путного из этого не вышло.

Мы общались в последний раз полтора года назад. Не так много времени прошло — но теперь мы живем в абсолютно другой стране, Люк. Вы уехали в 2011 году. И каждые полгода после этого здесь происходили радикальные перемены. Невозможно предсказать, что случится в следующие шесть месяцев. Год назад нельзя было предсказать ни аннексию Крыма, ни войну с Украиной, ни международные санкции, ни принятие законов против гей-пропаганды. А главная проблема в том, что в России абсолютно все действия правительства поддерживаются большинством, несмотря их на очевидную иллогичность. После украинских событий страна фактически разделилась на две неравных части – против аннексии Крыма, против чиновничьего и судебного беспредела, против войны с Украиной выступает меньшинство. Остальные, кажется, вполне довольны ходом событий. Люди полагают, что все было сделано правильно, что имелись серьезные причины для развязывания войны – ведь НАТО планировало разметить свои базы в Крыму, этого никак нельзя было допустить! В русском сознании присутствует вечное стремление что-то доказать Западу. И образ России как разъяренного медведя, способного напугать весь мир, — многим пришелся по душе. Люди испытывают гордость за свою страну. Получается совершенно абсурдная картина.  

Я скажу так: посмотрев на украинский кризис, можно прийти к однозначному заключению – пропаганда работает. Путинский режим продемонстрировал высший пилотаж в искусстве пропаганды. Преуспел лучше любого другого авторитарного режима. Власти прекрасно понимают психологию народа и способы манипуляции им. Они прекрасно понимают, как нужно создавать и поддерживать некую вымышленную реальность. А правда заключается в том, что НАТО не планировало размещать никакие базы в Крыму. Это выдумка. Это сказка. Но мы наблюдаем очень продуманный оппортунизм. Путин говорит: «Крым в опасности, мы должны защитить его от фашистов». И создается – это делается очень умно — некая сказочная реальность, которая многим кажется лучше реальной жизни. Я много времени провел в Украине, я пристально следил за текущими событиями, в том году я четыре раза побывал на юго-востоке – в Донецке, Луганске, я был там совсем недавно – на Рождество в 2014 году. Мы были свидетелями аннексии Крыма, мы наблюдали оккупацию украинских земель российскими войсками специального назначения. Но это не просто война с Украиной – это война выбора. Это то же самое, что и оккупация Ирака американскими войсками. Ты что вы правы – большинство россиян полагает, что все было сделано правильно и по справедливости, что так было нужно. Но на самом деле в этом не было никакой необходимости.

А что еще показалось мне очаровательным в те последние три года, что я провел в России, — так это то, каким образом Кремль  переключил фокус с внутренней пропаганды – ведь на тот момент уже на протяжении пятнадцати лет существовало контролируемое телевидение – на международную пропаганду, и теперь лживые истории расходятся по всему миру. И это так. Мы знаем, сколько средств тратится на поддержание Russia Today. Канал заявляет о том, что Россия борется с фашистами в Украине, и этот простой посыл повторяется без конца, преподносится на завтрак, обед и ужин. И некоторые начинают в это верить. Хотя, на мой взгляд, это очень опасная игра.

Я знаю, что вы следите за процессом над братьями Навальными. То, что происходит сейчас, кажется полным абсурдом. Олег Навальный в заключении, Алексей – под домашним арестом, и создается впечатление, что оппозиционера просто хотят растоптать. Не упрятать в тюрьму, не заставить замолчать и даже не уничтожить – а превратить всю его кампанию в фарс и клоунаду. Сделать Навального этаким юродивым. Вы видите перспективы? 

Трудно говорить о каких-то перспективах – для этого надо понимать, что происходит у Путина в голове. Может, он этого и сам не понимает. Почему Навального оставили на свободе, а его брата отправили в тюрьму? Это похоже на наказание по типу тех, что практиковала советская система правосудия. Потому что традиционную систему правосудия в России можно увидеть разве что в мыльных операх. Что же касается Алексея Навального – я не знаю, сможет ли он предложить верное решение. Ясно одно – он очень раздражает Путина. У него есть все, что не нравится Путину – он высокий, умный, красивый, харизматичный. Он понимает, как работает интернет, он ведет блог, и у него огромная аудитория. Естественно, он представляет угрозу режиму. Я не буду говорить про перспективы развития России. Но я скажу, что было бы прекрасно, если бы оппозиционерам – не только Навальному, но и многим другим активистам – позволили бы дышать. Многопартийность, доступ к телевещанию, плюрализм – это сыграло бы огромную роль в развитии России в целом. Посмотрите, что происходит — команда Ленты.ру перебралась в Ригу. Потому что в России не может быть нормальной оппозиции, оппозиция выживает только за пределами страны.

Я не знаю, станет ли когда-нибудь Навальный президентом, и я не знаю, чем закончится процесс. Но то, что его брата Олега отправили в тюрьму в попытке таким способом наказать Алексея за его оппозиционную кампанию – это низко и подло. Впрочем, опять же, ФСБ и режим очень хорошо понимают, каким образом можно достать человека. Я не буду проводить параллели с моей ситуацией  – но мы прекрасно видим, какие применяются методы давления. Семья – самое уязвимое место, по нему и бьют. Что бы ни сделал Навальный, он всегда будет виноват в том, что произошло с его братом.

Верно. И это не похоже на ситуацию с Ходорковским – тот был олигарх, а не оппозиционер, и его противостояние с властью имело иной характер. У меня лично очень пессимистичные прогнозы. Я думаю, что даже если дело Навального привлечет внимание самых крупных международных правозащитников, это вряд ли сможет его спасти. Вспомните дело Pussy Riot – какой был скандал! А в итоге Надю Толоконникову и Машу Алехину все равно не смогли спасти от тюрьмы. Кстати, вы же встречались с ними в Лондоне? 

Да, мы встречались и продолжаем общаться. Они мне очень понравились.

Я сама их очень люблю. И кстати, о скандалах – а что был за инцидент с певицей Валерией? Я прочитала вашу статью в The Guardian, я прочитала ответное открытое письмо Валерии, опубликованное на сайте «Эха Москвы», где она заявляла, что ее оболгали, что ее обращение проигнорировали… честно сказать, я очень смеялась. 

Я видел ее письмо, но нам нечего было ей ответить. Все факты изложены верно, и никто никого не оболгал. Ни одной ошибки в той статье допущено не было.

Подумайте сами – вот есть певица Валерия, и она олицетворяет гораздо более глобальную проблему – она относится к людям, которые сидят в ВИП-ложе вместе с Путиным, с главой российского государства, и эти люди – очень богаты, и они исповедуют националистические взгляды, они говорят о «русском мире», о великой России и тому подобных вещах, а в реальности у них есть недвижимость на Западе, у нее есть дети, которые получают образование на Западе, а деньги, что они украли, также спрятаны на Западе, в кипрских банках, и эти люди наслаждаются жизнью – катаются на лыжах в Куршевеле, ходят за покупками в «Хэрродс», и они же говорят о загнивающем и бездуховном Западе! Что тут можно сделать? Отказать этим людям в визе, как это сделали в Латвии. Я всего лишь написал статью про Валерию и ее коллег, которые рьяно поддерживали аннексию Крыма, которые поддерживали действия главных фигур Кремля, которые стали придворными кремлевскими певцами – и вот они приехали с концертом в европейскую страну, и местные активисты развернули против этого концерта кампанию, потребовали запретить им въезд в Британию. Это ведь такая глупая и смешная история! Вы знаете, что в итоге Кобзон не приехал в Лондон, а Валерию задержали на границе. Вот так оно работает в демократических странах. Я не знаю, насколько прокремлевская позиция Валерии помогает ее карьере, но я считаю, что артист, делающий политические заявления, должен быть готов к подобному развитию ситуации. Действительно смешно получилось.

А что говорят на Даунинг-стрит? Парламент не думает запретить нашим прокремлевским певцам въезд в Британию? 

Не думаю, что будет введен такой запрет. Британское правительство не делает никаких заявлений. Они лишь вносят некоторые имена в черные списки. Мы ведь не знаем, что за люди были внесены в список Магнитского. Их просто не больше пускают в Британию, в США, в европейские страны, так как было доказано, что они нарушали законы, участвовали в распиле денег и так далее. И это довольно эффективная тактика. Ну и что? Чудесно жить в Москве и воровать деньги в Москве, а ежегодные каникулы проводить в Сочи – но жизнь, согласитесь, теряет свою прелесть. И я думаю, что запрет на въезд для кремлевских чиновников  — это эффективный ответ на действия Кремля в Украине. Я думаю, что список будет дополнен. Валерия – не такая важная фигура, чтобы оказаться в этом списке, есть люди более влиятельные, которые играют по правилам кремлевской игры. И они – националисты, и они могут жить в Лондоне, иметь недвижимость в Лондоне. Но если ты националист, если ты патриот, ты не должен воровать у своей страны. Потому что воровство выглядит не слишком патриотично.

Не подумайте, что я русофоб. Я – русофил. Я люблю Россию, ее прекрасных людей, ее великолепную литературу и культуру, ее великие традиции. Я скучаю по своим русским друзьям и по своей жизни в Москве. У меня не было проблем в отношениях непосредственно с Россией – у меня были проблемы с небольшой группой людей (в основном из КГБ), которые занимают высокие государственные должности и трактуют интересы России как свои личные и финансовые интересы.  Потому что настоящие патриоты России – это те, кто борется за лучшее и свободное демократическое общество, а не люди, которые его обворовывают.

А кстати, вы чувствуете результаты санкций, находясь в Британии? Пару месяцев назад я переводила лектора из США – она приезжала вещать для одной корпорации. И я спросила, чувствуют ли граждане США действие санкций. А она ответила: «Вы, русские, думаете, что весь мир говорит только о вас и о ваших санкциях. Вы, русские, думаете, что у американцев больше нет других проблем. А на самом деле никто и не знает ни про какие санкции – о них даже не упоминают в новостях. Среднестатистическому американцу глубоко наплевать на то, что творится в России». Собственно, возникает резонный вопрос – почему же среднестатистический русский только и говорит о том, что Америка мечтает завоевать его страну? 

У нас в новостях тоже не говорят про санкции. Среднестатистический англичанин тоже понятия о них не имеет. Не сказать, чтобы люди вообще не интересовались экономикой и политикой – просто в основном наше население озабочено внутренними проблемами Британии. Но это же безумие – ты смотришь российское государственное телевидение и начинаешь верить в то, что существует глобальный всемирный заговор по уничтожению России. Но на самом деле – да, Россия в такой степени никого не волнует. Россия – важная региональная страна. Но это не суперимперия Путина. Конечно, Россия присутствует в международной повестке дня. Но представлять Россию как империю – это иллюзия, и нельзя с таким подходом начинать международные отношения, это ни к чему не приведет. Хотя, что касается санкций, конечно, мне лично жаль людей по обе стороны баррикад украинского кризиса.

Получается, что эффект от санкций почувствовали в основном российские граждане? Европейских продуктов стало меньше, цены выросли, вырос курс доллара и евро, теперь путешествие за границу для многих стало непозволительной роскошью. 

Получается, что так. В Британии этого не чувствуется. И чья это вина?

Видимо, не моя. 

И не моя. И это прямой результат украинского кризиса и действий России на Украине. Если бы не было аннексии Крыма, если бы не было войны на Донбассе, этой ситуации бы не возникло.

Власти наказали собственный народ. 

Идеология и круг финансовых интересов Путина всегда будет важнее благосостояния российского народа. И люди никогда этого не осознают – это трудно, когда так четко работает пропаганда.

И возвращаясь к Mafia State — на сколько языков уже переведена книга? 

На пятнадцать или даже двадцать. Книга опубликована во всех европейских странах, кроме России. В Польше, Финляндии, Украине, Германии, Британии, США. И чем ближе страна к России, тем выше продажи. Mafia State вышла на украинском языке. Это было в марте. Теперь у меня есть поклонники в Украине. А с месяц назад книга вышла в Польше, в новом издании. На обложке изображен Путин в белой рубашке, заляпанной пятнами крови. Про книгу писали в польских газетах, выход осветили в медиа. У меня есть аудитория. Может, это не российская аудитория, кто знает… но люди читают эту книгу. И в Британии, и в США. Везде.

Ну что ж… я говорила с издателями насчет вашей книги. Пока никаких результатов. Но руки опускать рано — я все равно ее переведу.  

Цитата из книги (перевод мой. – И.Сисейкина)

Собирая вещи, я размышляю о судьбе постсоветской России. Есть масса непривлекательных аспектов – феодальная заносчивость российской «элиты» с одной стороны, отсутствие правовой защиты обычных русских людей от бюрократов-деспотов — с другой. И это происходит с давних времен. Историк Ричард Пайпс называет это «уникальной пропастью»  (singular chasm) между классом правящих и классом подчиненных, которая существовала в России на протяжении веков. Исайя Берлин говорит о «двух нациях» — о классе «управляемых», которые ведут себя так, как «ведут себя люди во всем мире», и о «правящем классе, которого боятся, который обожают, ненавидят и принимают как неизбежное зло». 

Я знаю, какая из этих наций мне ближе. 

Россия без Путина

Screenshot_putin_ushel

Znak.com, 31 декабря. «В Кремле ждут сюрприза»

Новогоднее обращение президента Владимира Путина «станет сюрпризом» для россиян. Об этом сообщил источник Znak.com в Кремле. «И дело совсем не в месте записи, тем более что это не Крым. Просто вы (очень удивитесь, — Znak.com), когда услышите, что он скажет», — отметил источник.

Colta.ru, 31 декабря. Опрос: «Что скажет Путин в новогоднюю ночь?»

Олег Кашин: «Он скажет, что это был трудный год, но что в этом году мы провели Олимпиаду. Наверняка скажет еще про Крым. Я не понимаю, чего вообще можно ждать от обращения Путина. Вы что, Путина никогда не слышали?»

Forbes, 31 декабря. «Таинственное шоу Константина Эрнста»

По сведениям Forbes, операторы Первого канала, традиционно снимающие новогоднее обращение президента, останутся в Кремле до полуночи — с чем это связано, неизвестно, но на канале ссылаются на неожиданную «просьбу ФСО». Вместе с операторами в Кремле остается Константин Эрнст, известно также, что у съемочной группы, в том числе у Эрнста, изъяты мобильные телефоны, при этом к их услугам «неограниченные запасы еды и спиртного». Собеседник на канале предположил, что столь экстравагантная мера связана с желанием Кремля избежать утечек новогоднего обращения, но чем вызвана такая секретность именно в этом году, никто не знает.

«Дождь», 31 декабря. В студии бизнесмен Игорь Шабдурасулов, бывший гендиректор Первого канала (ОРТ), бывший заместитель главы администрации президента (1999-2000).

— Пятнадцать лет назад мы тоже изолировали операторов, я провел с ними десять или больше, точно не помню, часов, и впечатления, надо сказать, достаточно сильные. Это была идея Вали Юмашева, он не хотел, чтобы был хотя бы минимальный риск утечки по поводу отставки Бориса Николаевича.

Желнов: Вы думаете, Путин готовится уйти в отставку?

— Я понимаю ваше желание добиться от меня сенсационного признания, но поверьте, я не для того ушел из большой политики, чтобы выступать с такими заявлениями, так что извините, и с новым годом!

Фейсбук вице-губернатора Петербурга Игоря Албина, 31 декабря:

Screenshot_albin

Лента.ру, 31 декабря. «Блогеры: Над Москвой летают вертолеты»

Очевидцы в социальных сетях сообщают о том, что над Москвой кружат вертолеты. «Новый год к нам мчится», — иронизирует блогер Илья Варламов. «Скоро все случится», — вторит ему член общественной палаты Кристина Потупчик.

Сайт президента России kremlin.ru

Новогоднее обращение Президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина к гражданам России

— Дорогие друзья!

Мы провожаем в историю 2014 год. Для нашей страны он был очень трудным. Хотел бы искренне поблагодарить вас за труд, за вашу работу и её результаты, поблагодарить за доверие и поддержку. В эти минуты мы особенно остро чувствуем, как коротка жизнь.

Мне было сорок семь лет, когда Борис Николаевич Ельцин предложил мне сначала возглавить правительство, а потом уступил мне и президентский пост. Это было пятнадцать лет назад. Дети, которые родились, когда я стал президентом, теперь заканчивают школу. В их жизни всегда был я.

Я смотрю на этих детей и понимаю, что нет ничего омерзительнее, чем стариться на их глазах. Особенно если старишься вместе с Россией. Хочется остановиться. Хочется упасть лицом в траву, втянуть ноздрями запахи земли, закрыть глаза. Спуститься к реке, зачерпнуть обеими руками холодную воду, смочить ею веки. Снять ботинки и носки. Бежать, подпрыгивая, по берегу. Хохотать. Петь песню. Снова упасть лицом в траву. Снять рубашку, брюки, трусы. Выбежать на автомобильную трассу. Стоять голым на обочине, голосовать, ловить машину. Потом ехать в кабине грузовика с веселым водителем, отслужившим в Чечне по контракту. Выйти неизвестно где, идти по улице, обниматься с прохожими. Хохотать. Плакать.

Дорогие друзья, соотечественники! Мне больно, что жизнь проходит мимо. Меня тошнит от мысли, что для каждого из вас я — не живой человек, но символ государственной власти, или вообще государства. Многие думают, что мне нравится, когда говорят, что я это и есть Россия. Но я не хочу быть Россией и не хочу быть символом. Жить так, как ты хочешь, делать только то, что ты хочешь — естественное желание и стремление любого человека, и оно тем сильнее, чем больше у него возможностей. Я опускался на дно Байкала, летал на дельтаплане со стерхами, я провел Олимпиаду и присоединил Крым. Есть проект отправки меня в космос, который может быть реализован в любую минуту, как только я этого захочу.

Но я не хочу. Вы не представляете, что это такое — ничего не хотеть, когда перед тобой открыты все возможности. Сейчас мне шестьдесят два года. Через восемь лет будет семьдесят. Через восемнадцать — восемьдесят. Через двадцать восемь — девяносто. Нет ничего, что изменило бы мое положение по отношению к вам, мои дорогие соотечественники.

Я много думал об этом. Я понял, что в моей жизни ничего не случится, если я сам не скажу — все, хватит. Я хотел сказать это три года назад, но была Ливия. Хотел сказать два года назад, но была Сирия. Хотел сказать год назад, но была Украина. Жизнь, как глобус, вращается перед моими глазами, и мне иногда кажется, что я просто схожу с ума. Но я не хочу сходить с ума. Я нормальный. Вы понимаете — я нормальный, нормальный! И сейчас я вам это докажу.

Срок моих президентских полномочий истекает через три года. Но я решил не ждать. Сегодня я подписал указ о сложении с себя полномочий Президента Российской Федерации и о возложении их на председателя правительства Дмитрия Анатольевича Медведева. Дмитрия Анатольевича все вы знаете давно и хорошо. Четыре года он был Президентом, два с половиной — председателем правительства. За эти годы вы, я думаю, хорошо поняли, что он за человек, можно ли относиться к нему всерьез, можно ли возлагать на него какие-то надежды. Разумеется, нельзя. Но меня это больше не интересует. Я отдаю ему ядерный чемоданчик и ключи от кремлевского кабинета, а сам ухожу, вы меня больше никогда не увидите. Сейчас, когда я уже не Президент, я могу честно и откровенно сказать вам — я всегда презирал вас, дорогие соотечественники и друзья, и я искренне надеюсь, что наши с вами жизненные пути не пересекутся больше никогда. Живите как хотите, не поминайте лихом. Я ненавижу вас.

Дорогие друзья! До наступления Нового года осталось всего несколько секунд. Желаю всем здоровья, любви и счастья! Пусть рождаются дети, реализуются все добрые помыслы. Пусть в каждом доме, в каждой вашей семье царит радость и согласие. Тогда и Россия будет стоять прочно и нерушимо.С праздником вас! С Новым, 2015 годом!

Screenshot_kshn31

Screenshot_ahot

Screenshot_aavst

Screenshot_8

Газета РБК, 5 января. «Эпоха Путина закончилась»

22 декабря российские информационные агентства сообщили, что президент Владимир Путин провел плановую рабочую встречу с председателем правительства Дмитрием Медведевым. Сам премьер доверительно рассказал журналистам, что обсудил с президентом экономическую ситуацию, социальные вопросы и обстановку на Украине. О встрече мимоходом сообщили в теленовостях, газеты ее и вовсе не заметили. На самом деле именно на этой встрече Владимир Путин сообщил своему преемнику о решении досрочно уйти в отставку. Судя по всему, Медведев президенту не поверил. Твердого и решительного ответа о готовности взять власть в свои руки Путин от премьера так и не дождался. По-своему, кстати, Медведев был прав: кремлевские нравы допускают и не такие хитроумные провокации и проверки на верность. Но спустя пять дней, 27 декабря, президент снова вызвал Медведева и снова заговорил о передаче власти. Премьер был вынужден согласиться.

«Ведомости», 9 января

Российские фондовые индексы, устремившиеся вверх в первый рабочий день после отставки Владимира Путина, закончили торги ростом на 4%. На закрытии торгов РТС вырос на 4,18%, ММВБ — на 4,06%.

ТАСС, 9 января. «Кадыров: Мы спецназ Дмитрия Медведева»

Глава Чеченской республики Рамзан Кадыров, выступая перед бойцами МВД республики, напомнил, что Дмитрий Медведев всегда проявлял особую заботу о Северном Кавказе и прежде всего о Чечне. «Мы спецназ Дмитрия Анатольевича Медведева, и мы не позволим Обаме, Меркель и их покровителям дестабилизировать обстановку в регионе», — отметил Кадыров.

«Коммерсантъ FM» 10 января. «Алексей Навальный этапирован в колонию»

Замоскворецкий суд Москвы изменил способ отбытия наказания оппозиционеру Алексею Навальному, приговоренному накануне Нового года к трем с половиной годам лишения свободы условно. Теперь Навальному предстоит отправиться в колонию общего режима — суд счел совершенное им нарушение условий домашнего ареста достаточным основанием для замены условного срока реальным.

Группа сторонников Навального попыталась заблокировать Большой Татарский переулок, не давая автозаку с оппозиционером покинуть территорию суда, в результате было задержано около сорока активистов. Как передает корреспондент «Коммерсантъ FM» с места события, остальные активисты во время задержаний скандировали «Позор!», а когда автозак все-таки выехал, собравшиеся провожали его аплодисментами.

Screenshot_electro

МИА «Россия сегодня», 10 января. «Зюганов: Путин ушел из-за нерешительности в Новороссии»

Лидер фракции КПРФ Геннадий Зюганов назвал отставку Владимира Путина «народным импичментом». Причиной решения экс-президента о передаче власти Дмитрию Медведеву Зюганов считает нерешительность Владимира Путина в вопросе о поддержке Новороссии. Лидер КПРФ надеется, что Дмитрий Медведев поведет себя более жестко на украинском направлении. «Мы не забываем, что именно Дмитрий Анатольевич дал в 2008 году жесткий отпор грузинской агрессии против Южной Осетии», — напомнил Зюганов.

ТАСС, 11 января. «Власти Крыма заявили о поддержке Медведева»

Премьер Республики Крым Сергей Аксенов, председатель Госсовета Крыма Владимир Константинов, губернатор Севастополя Сергей Меняйло, председатель законодательного собрания Севастополя Алексей Чалый и прокурор Крыма Наталья Поклонская выступили с заявлением в поддержку Дмитрия Медведева. Крымские политики выражают надежду, что «политическая линия Русской весны, заложенная при прежнем руководстве страны, не изменится и станет еще тверже».

Первый канал, 12 января: «Медведев: Преодолеть правовой нигилизм»

В своем интервью Первому каналу и.о. президента Дмитрий Медведев рассказал о своих планах на посту главы государства. Во-первых, по его словам, надо преодолеть правовой нигилизм, особое внимание уделить качеству законов и эффективности правоприменения. Во-вторых, радикально снизить административные барьеры, в-третьих, облегчить налоговое бремя в целях стимулирования инноваций и частных инвестиций в человеческий капитал. Четвертым пунктом он назвал стабилизацию финансовой системы, которая в перспективе позволит превратить рубль в одну из региональных резервных валют.

«Новая газета», 12 января. «Письмо счастья», Дмитрий Быков

А был ли Путин? Неужели
Он был России президент?
Мы столько лет его терпели,
Но вот настал такой момент,
Что нету Путина у власти,
Он весь рассеялся как дым,
И нам сказал Медведев «Здрасьте!»
А мы по-прежнему молчим.

«Слон», 12 января. Интервью Глеба Павловского

Это, конечно, по-своему элегантная система. Как тоталитаризм или даже элегантнее. Потому что тоталитаризм, любой из известных во всяком случае нам, очень изощрен. Тоталитаризм – это всегда государство, которое строится на ранее существовавшей дототалитарной системе и на ней паразитирует определенным образом. Здесь же мы имеем дело с другой системой, которая паразитирует не на прежней России, а на глобализующемся мире и на проблемах этого глобализующегося мира, на том, что он недоглобализован и не может доглобализоваться.

Отсюда два следствия. Первое: русская традиция, собственно говоря, этой системе в общем фиолетова. Это первая из всех государственных систем после Петра, которая действительно может дистанцироваться от русской традиции, что в фигуре Мединского воплощено в яркой степени. Такой вариант русской культуры, который изображается нашей системой, может быть вполне изображен и в Эфиопии с тем же успехом, даже с большим. Здесь не важно совершенно, что изображать, это просто реквизит. Реквизитная генеалогия. Это первая система, которая в отличие и от сталинизма и от империи Александра Третьего полностью не зависит никак ни в одном пункте от русской культуры в любом варианте, в светском или в церковном. Это очень интересный момент. Важный момент.

Screenshot_pavlovsk

Письмо в редакцию «Кашина», 14 января

Пишу от души… а вы всё ненавидите душевное, за это неплохо платят? Бабло не пахнет?.. Как вы думаете: я должен относится ко всему вашему бреду, как к истине???))) Вы люди дяди сэма, делаете всё, чтобы мы его ненавидили…
…Стоят два обкуренных бобра по пояс в реке. Первый: «Дрочишь?»
Второй: «Дрочу?»
Первый: «Кончить хочешь?»
Второй: «Хочу?»
Первый: «… тогда дрочи свой…»»
Вот и дрочите на своём континенте. Пиндосию сюда не приглашали. Она решила сама прийти без спроса?

Чудные вы дети… Вы угрожаете не России, как государству, не России… Вы угрожаете народу России… Попытка- не пытка!!! Но мозги проамериканской проституции пора включать. Сланец- не всё. Украина- далеко не всё… Деньги?))) ЭТО СОВСЕМ НЕ ТО!!! В своих карманах и ресурсах считайте… Есть человеческие судьбы, семьи, которые уничтожаются с вашей помощью…
Слабо вынести моё письмо на первые страницы ваших изданий??? Коли слабо, буду знать, что «медиаподдержатели» и их «спецкоры- аналитики», направлены против России, против МИРА БЕЗ ВОЙН- ПОЛНЫЕ ГОВНЮКИ И ЛЕЦЕМЕРЫ. ;

От «Кашина», какое угодно января

В России ничего никогда не изменится. Просто ничего и просто никогда. Я не знаю, надо как-то с этим жить, наверное. Может быть, для этого Россия и нужна, чтобы в ней ничего никогда не менялось. Может быть, когда-нибудь нам станут завидовать люди в других странах — у них непонятно, что будет завтра, у них нельзя быть уверенным в завтрашнем дне, а у нас понятно, у нас можно. Завтра все будет так же, и послезавтра, и потом, и всегда.

Больше чем Кремль. Как Путин всех перерос

1707555_20141226160750.gif

Новогоднее обращение президента — больше, чем передача. В эту ночь телевизор, пусть и в формате сетевой трансляции, включают даже те, кто в обычное время его игнорирует. Дело здесь не в информативности, а в исключительной ритуальности жанра, стоящей в одном ряду с салатом «оливье», сверкающей ёлкой и бенгальскими огнями. Даже самому непредвзятому зрителю очевидно, что новогоднее обращение обладает устоявшейся формой и строгим, почти иконографическим каноном, который иллюстрирует общественно-политические тенденции в стране.

Вряд ли такое положение вещей рефлексируется и постулируется создателями передачи сознательно.Скорее, образ президента на экране возникает из некоторых негласныx конъюнктурно-эстетическиx установок режиссера и съемочной группы. Эти установки в свою очередь формируют новейшие культурные тенденции а также стандарты качества телевизионного контента, которые меняются из года в год.

Брежнев

Жанр новогоднего обращения в СССР возник при Леониде Брежневе. Из-за болезней и плоxой телегеничности вождя в последние годы его часто заменяли диктором. Ключевое сходство обращений генсека и более поздних перестроечных передач состоит в неизменной сидячей мизансцене и кабинетных интерьерах.

Обращение Леонида Брежнева от 31 декабря 1979 года
Обращение Леонида Брежнева от 31 декабря 1979 года

Более-менее чёткий канон президентского обращения появился только в 90-x. Тогда передача находит своё фиксированное место в сетке вещания — в традиционной для нас форме — за несколько минут до смены календарного года.

Ельцин

Поздравление Бориса Ельцина от 31 декабря 1993-го визуально ещё мало отличается от обращений генеральных секретарей и первых лиц партии, но речь президента становится человечной, в ней появляются черты импровизации, звучит живой язык, изобилующий метафорами. В интерьере использованы зелёные пастельные тона, а камера стала непосредственной и динамичной, с наивной трансфокацией, скользящей взад-вперёд.

После боя курантов в традиционной видеоинтермедии впервые появляются храмы Кремля и памятник Минину и Пожарскому, когда в обращениях перестроечного периода фигурировали Мавзолей, красный флаг и звезда.

Новогоднее обращение Бориса Ельцина от  31 декабря 1993 года
Новогоднее обращение Бориса Ельцина от 31 декабря 1993 года

Ракурс — чуть сверху или «глаза в глаза» — создаёт доверительную атмосферу личного общения. Герой помещён в очень абстрактную обстановку: место действия не конкретизировано, а скорее типизировано — это кабинетный интерьер, характерный ещё для предшествующих обращений.

Однако в 1994 году многое меняется. Монтаж становится менее радикальным — создатели передачи отказываются от трансфокации внутри монтажных планов, точка съёмки остается прежней, однако избирается иной концепт кадрирования (позже от монтажа откажутся вовсе ).

Теперь новогодний Борис Николаевич будет представать исключительно на фоне развесистой ёлки, которая с каждый годом будет двигаться ближе к центру кадра И это будет в каком-то смысле иллюстрировать смещение фокуса интересов отечественного телезрителя того времени от политических вопросов к бытовым. К концу президентского срока Ельцина дерево занимает лидирующие позиции в организации кадрового пространства.

Обращение Ельцина от  31 декабря 1999 года
Обращение Ельцина от 31 декабря 1999 года

Для всех обращений, снятых до нулевых годов, очень характерны горизонтальные линии: стол, сидящий президент. Впоследствии станут более популярны вертикальные построения — стоящий герой и башня Кремля — две “властные” композиционные вертикали, будто бы повторяющие друг друга рефреном.

Путин

Переход к вертикалям в обращениях президента подчеркнёт кардинальная смена мизансцены в ночь на 2001 год — первое для Владимира Путина. Оно вообще довольно знаковое. Президент больше не кабинетный деятель — его перемещают в экстерьер, в ключевую точку страны — под кремлёвские куранты.

Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2000 года
Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2000 года

Спасская башня взрывает верхний предел кадра, сам президент мал в сравнении с ней. Над его головой реет российский флаг. Пальто припорошено снегом, изо рта валит пар — этот человек вышел на мороз, для того чтобы поздравить нас. С этого момента уличное обращение становится традиционным, а героические мотивы в общей медиамифологии Путина получают ещё более активное развитие.

Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2001 года
Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2001 года

В 2001 году президент снова будет подводить итоги года на улице, но композиция кадра изменится: над президентом больше не нависает Кремль. Голова в кадре наxодится на одном уровне с верхушкой государственного флага. Спасская башня и президентская фигура становятся уже сопоставимыми объектами — теми самыми рефренными вертикалями. Фигура героя постепенно растёт и раздувается, и уже накануне 2008 года, финального для первого президентского срока Путина, Владимир Владимирович займёт больше трети кадра.

Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2007 года
Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2007 года

Ракурс, изначально придуманный для Путина, — это больше не верхний ракурс Ельцина. Молодого президента снимают только снизу — это создаёт ощущение мощи и монументальности фигуры. Значение политического лидера в медийном поле растёт, и это отражается в кадре — с укреплением властной вертикали растёт и вертикаль изобразительная. За двухтысячные вместе с президентом подросли и титры. Постепенно увеличиваются буквы в обращениях от 2004, 2006 и 2007 годов, прямо пропорционально захватывающей экранное пространство фигуре президента.

Титры обращений Путина. Слева направо: 2002, 2004, 2006, 2007 годы.
Титры обращений Путина. Слева направо: 2002, 2004, 2006, 2007 годы.

В тот же момент авторы изобретают ещё один приём — блестящий красный галстук. Яркие контрасты вместе со «сгущением» фона делают пространство плотнее. Цветовая и цветотональная перспектива, присущая глубинному построению мизансцены, работает на высветлении от переднего плана к заднему. В обращениях президента от девяностых к нулевым мы наблюдаем обратный процесс — пространство за фигурой президента постепенно теряет детали и регрессирует до солидной сплошной черноты. Точно так же работали советские плакаты или иконы.

И хотя в кадре успешно приживается красный галстук, мизансцена с «одинокой» кремлёвской башней всё-таки на время покидает российское телевидение.

Медведев

В 2008-м, на первом году своего президентства, Медведев попадает уже в другое экранное пространство — его стесняются напрямую сравнивать со Спасской башней, вместо этого создатели передачи помещают его на фоне маленькиx вертикалей Кремля, который виднеется вдали за Москвой-рекой. Для авторов было принципиально сохранить общую символику и риторику кадра — президент на фоне непреходящего символа государственности, — но важно отделить его образ от образа предшествующего лидера.

Меняется и расположение камеры — если взгляд на Путина снизу вверх не слишком бросался в глаза, то здесь нижний ракурс очевиден — его выдают массивный подбородок и прорези ноздрей. Это, с одной стороны, продолжает традицию образного роста авторитета, а с другой — придаёт новому президенту «индивидуальный» стиль. Кроме того, так не виден маленький рост Медведева, который обычно создаёт помехи, когда необходимо визуально подчеркнуть высокий статус главы государства. Этот канон сохраняется до конца президентского срока Медведева.

Обращение Дмитрия Медведева от 31 декабря 2008 года
Обращение Дмитрия Медведева от 31 декабря 2008 года

И снова Путин

В 2012 году мы вновь увидели президента Путина в экстерьере четырёхлетней давности. Его фигура выглядит более уверенно и габаритно в сравнении с Медведевым.

Владимир Владимирович в очередной раз прибавил в росте. Одинокая башня смотрится ещё меньше и сиротливее, чем прежде. Голова президента оказывается на одной высоте с красной звездой. Цвета подобраны контрастные, а у сплошного черного фона не глубинные, но плоскостные характеристики.

Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2012 года
Обращение Владимира Путина от 31 декабря 2012 года

В 2013 году создаются целыx два обращения. Первое, как обычно, записали заранее — в середине декабря, другое снимается накануне нового года на благотворительном банкете в Хабаровске. Политтехнологи оставляют общественность с вопросом, почему так срочно понадобилось переснимать обращение. Вероятней всего, в эфир просто не могли выпустить поздравление месячной давности, в котором нет упоминания о терактах в Волгограде, прогремевших за день до 31 декабря.

Обращение Владимира Путина из Хабаровска от 31 декабря 2013 года
Обращение Владимира Путина из Хабаровска от 31 декабря 2013 года

В новогоднем обращении, записанном в Хабаровске, власть является на экран в неожиданном облике. На пушистой ели позади Путина висят подсвеченные серебряные шары. Всё выдержано в яркой, карнавальной эстетике. Больше всего поражает нарушение привычного мотива одиночества. Вокруг президента — толпа разряженных людей. Народ является наспех сконструированным символом государственности вдали от наделённого этой многовековой функцией Кремля.

Это была попытка показать не только физическое присутствие людей, но и их сопричастность к обращению президента — в конце все вместе с ним громко выкрикивают слово «Россия!». Но, увы, люди выглядят как неживые, неподвижныx куклы, расставленные в соответствии с требованиями экранной композиции. Нарушает образ «народного президента» и неестественно яркий прожектор, отделяющий главного героя от его немых соглядатаев.

Обращение Владимира Путина из Хабаровска от 31 декабря 2013 года
Обращение Владимира Путина из Хабаровска от 31 декабря 2013 года

Это обращение стало вынужденным исключением из жёсткой традиции, что сам Путин и подчёркивает в своей речи: «В этом году, дорогие друзья, я обращаюсь к вам с новогодним посланием не как обычно, из московского Кремля, а с Дальнего Востока». Поэтому больший интерес представляет обращение, записанное до этого, выдержанное в рамках рассмотренного выше канона.

Обращение Владимира Путина (первоначальный вариант) от 31 декабря 2013 года
Обращение Владимира Путина (первоначальный вариант) от 31 декабря 2013 года

На первый взгляд, оно ничем не отличается от прочих, но при внимательном просмотре видна важная деталь: Путин перерос Кремль. Многолетняя эволюция образа президента достигает своей кульминации. К пику подходит и тенденция уплощения изображения с помощью увеличения цветового контраста — пространство за спиной президента регрессирует до сплошной чёрной тьмы.

Контекст

Конечно, нельзя рассматривать новогодние обращения в отрыве от контекста, но в российском медийном поле Путин появляется в кадре только в парадных обличиях. Сегодня присутствие президента на телеэкранаx подразумевает тотальную зачистку пространства от дополнительных значений, бытовой конкретики и любого рода импровизации. Это xорошо видно на кадраx с последней инаугурации президента, когда кортеж едет по пустынным московским улицам. По той же причине для Владимира Владимировича невозможно участие в теледебатах. На этом фоне немногочисленные бытовые истории, связанные с первым лицом страны, кажутся нереалистичными и вызывают сильный резонанс — будь то ловля щук, полёты со стерхами или начертание кошки “вид сзади”. Они действительно похожи на мифы. Создаётся впечатление, что Путин — герой, который не ест и не спит. Он — персонаж стройного идеологического медиапространства, в котором не существует хаотичности и непосредственности телесного.

Символичным, ироничным и логичным одновременно кажется сегодня и то, что Спасская башня закрывается на реконструкцию. Кремль в этой истории становится лишним.

За два десятилетия экранный образ российского президента эволюционирует от сидящего в кабинете абстрактного чиновника при сером галстуке до уверенного лидера. Самой яркой тенденцией становится рост и приумножение экранного тела от «карлика» под кремлёвскими курантами до «гиганта», чей рост и экранное значение превышает значимость государственности. Кремль всегда являлся её символом — уже в 17-м веке он, например, фигурирует в этом качестве на знаменитой иконе Симона Ушакова.

Икона «насаждение древа Государства Российского»; XVII век
Икона «насаждение древа Государства Российского» XVII век

Это сравнение приводится здесь и по другой причине — если присмотреться, обнаруживается, что новогодние обращения последних лет и икона «Насаждение древа Государства Российского» становятся поxожи друг на друга. Блестящий теоретик медиа Маршалл Маклюэн неоднократно подчёркивал родство телевизионного изображения с иконографическим. Вероятно, канон и общая традиция изображения российского президента на экране в новогоднюю ночь лишний раз доказывает это. Красноречивей всего об этом говорят средства выразительности — ведь в обоих случаях соотношения фигур и объектов регламентируются не требованиями естественного восприятия, не законами прямой перспективы, но соображениями иерархии. Оба изображения ставят перед собой вполне конкретную задачу легитимизации власти, в первом случае — путём конструирования вертикали генеалогического древа правящей династии, вплетающегося в религиозный символ, а во втором — с помощью непосредственного «взращения» фигуры правителя, также символически сцепленным с религиозным контекстом храмов и соборов Кремля, мелькающих под национальный гимн после боя курантов.

В ожидании Путина

12731

 

Среднее время опозданий Путина: 78 минут (1 час 18 минут)

В СМИ зафиксировано более 155 опозданий с общим временем более  147 часов 43 минуты (или 8863 минут)

icon-trophy Топ самых статусных опозданий:

  1. Ватикан, 25 ноября 2013.
    Встреча с Папой Римским. — 50 минут.
  2. Лондон, 25 июня 2003.
    Церемония с участием королевы Елизаветы II. – 19 минут.
  3. Мексика, Лос-Кабос, 18 июня 2012.
    Встреча президентом США Обамой на саммите G20. – 40 минут.
  4. Москва, 7 мая 2004.
    Инаугурация Президента РФ. – точное время неизвестно.
  5. Подмосковье, 7 января 2001.
    Рождественский ужин с Патриархом Алексием. – точное время неизвестно.

icon-clock-o Топ самых долгих опозданий:

  1. Томск, 25 января 2012. Встреча с журналистами. – 10 часов.
  2. Ульяновск, 1 августа 2012. Встреча с военными. – 7 часов.
  3. Ижевск, 18 сентября 2012. Визит на концерн «Калашников». – 4,5 часа.
  4. 5 августа 2012. Встреча президентом Украины Януковичем. – 4 часа.
  5. Курган, 2 сентября 2013. Встреча со школьниками. — 3 часа 10 минут.

icon-globe Где опаздывал:

  1. Москва — 62 раза.
    Из них: Московский Кремль – 20 раз.
  2. Санкт-Петербург – 7 раз.
  3. Сочи – 5 раз.
  4. Минск – 4 раза.
  5. По три раза: Таджикистан, Италия, Уфа, Германия, Киев, Великобритания.

icon-star Куда опаздывал:

  1. Иностранные визиты – 15 раз.
  2. Встречи с лидерами государств – 13 раз.
  3. Госсовет – 7 раз.
  4. Концерты – 4 раза.
  5. Праздник Пасхи – 2 раза.
  6. Отчёт в Госдуме – 2 раза.

Почему Путин опаздывает

Андрей Колесников («Коммерсантъ», 2006 год):

Нет ни для кого никакого секрета в том, что Владимир Путин не любит вовремя приходить на встречи с участием президента России. Если бы он любил, но у него никак не получалось бы (скоро как шесть лет), то рано или поздно он все-таки начал бы приходить вовремя, ибо очевидно, что президент России уже продолжительное время работает на своем посту в свое удовольствие, и он не стал бы отказывать себе в такой приятной вещи, как всем на радость вовремя встретиться с коллегами в стране и мире.

Поскольку этого не происходит, то, значит, Владимир Путин просто не хочет или не считает нужным (например, в воспитательных целях) входить в залы и кабинеты с боем кремлевских курантов, соответствующим началу мероприятий (хотя куранты, в конце концов, можно было бы и подвести ради такого святого дела, как безупречный внутри- и внешнеполитический облик главы российского государства).

Станислав Белковский («МК», 2012 год):

Но все же холуйством российских самозваных VIPов путинские опоздания исчерпывающе не объясняются. Он ведь задерживается и к мировым лидерам, которые — положим коллективную руку на горячее сердце — от него не особо зависят и уж точно перед ним не заискивают (за редким исключением).

Психологическая наука склонна полагать, что за любимой привычкой второго и четвертого Президента РФ стоит хорошо описанный и изученный специалистами синдром прокрастинации. Это когда человек постоянно откладывает какие-то действия и решения, которые ему неприятны.

Наука путинология, основанная в первой половине нулевых годов XXI века автором этой колонки (конечно, небольшая птица, но я имею чем гордиться!), утверждает, что Владимир Путин весьма тяготится своими государственными обязанностями. Он воспринимает власть как тяжелое бремя, а не удовольствие.

Видный член президентской свиты («МК», 2013 год):

Вот мнение на этот счет видного члена президентской свиты: «Перед важными встречами Владимир Владимирович обязательно досконально разбирает вопросы, которые будут на этих встречах обсуждаться. При этом он очень часто лезет перепроверять источники, закапывается и в результате выбивается из графика».

Дмитрий Медведев (бывший президент России, 2011 год):

Мы не в Германии, у нас принято немножко опаздывать. Вы знаете об этом. Но я, кстати, в этом смысле исключение. Есть другие коллеги, которые выбирают за меня лимит.

Информированный источник («Русский Newsweek», 2008 год):

Став президентом, Путин всегда и везде опаздывал — так он понимал свою прерогативу начальника. В Кремле его так и называли — «начальник», «шеф». До этого он не опаздывал. Он начальник, ему можно, сказал однажды директор ФСБ Путин тогдашнему главе МВД Сергею Степашину в приемной премьер-министра Евгения Примакова, когда Примаков задерживался уже на полчаса и недовольный Степашин хотел уйти, вспоминает информированный источник.

Георгий Юрьев (сотрудник сектора гуманитарных экспертиз и биоэтики Института философии РАН)

Просмотрите хотя бы официальный сайт Путина, там он вспоминает свои школьные годы: был хулиганом, а не пионером. Всегда опаздывал на первый урок. Теперь все его ждут по три часа. Кстати, у этих людей с перепутанными матрицами нарушено представление о времени. Их внутреннее время не совпадает с внутренним временем окружающих. В возрасте 12-13 лет и у Путина произошла резкая смена приоритетов. В период самоутверждения он назло обстоятельствам и собственному характеру стал хорошо учиться. Тут очень важно вот что понять: обычные дети, если начинают хорошо учиться, то, как правило, хорошо учатся до конца школы, а кто плохо — так до выпуска едва и тянет. А вот эти «перепутанные» устроены по-другому. Чтобы войти в социальное окружение, они меняют свое поведение, но не меняют внутренних установок.

Что случилось в ожидании Путина

Март 2004 года («КП»)

Занятый реформированием своей администрации Путин на час опоздал к началу совещания губернаторов юга России, и они решили не терять времени и начать отмечать в баре «Руси» день рождения своего коллеги — астраханского губернатора Гужвина. И в итоге некоторые участники совещания на встречу с президентом пришли в той кондиции, когда речи уже плавно перетекают в тосты.

Июль 2014 года («Коммерсантъ»)

— А что же, никто не знал, что у индийского премьера — режим? — поинтересовался я.

— Да как-то…— помялся мой собеседник.— Мы вообще-то на час опоздали…

На моей памяти это первый акт возмездия за опоздание Владимира Путина: его коллега просто пошел спать.

Апрель 2001 года («Коммерсантъ»)

Но ровно в полночь с возгласами «Христос воскресе!» процессия, как положено, возвратилась в храм. Тут все стали троекратно целоваться — христосовались и те, кто был на службе с самого начала, и кто подтянулся только что.

Через 10 минут после наступления Пасхи Христовой — опоздав, по обыкновению, и сюда — в храме появились президент России с супругой.

Февраль 2006 года («Коммерсантъ»)

В то время как они мерзли в ожидании президента России, на моих глазах редели ряды гвардейцев, участвующих в церемонии встречи. Двое последовательно, с интервалом в пять-шесть минут, упали в обморок, а товарищи не в силах были даже оттащить их подальше от этого, как выяснилось, проклятого места. Было видно, что эти товарищи и сами готовы потерять сознание при малейшем напряжении — сил, воли или ума. Над гвардейцами в эти минуты ржали даже лошади, которых тут было тоже предостаточно.

Все опоздания Путина

Уточнения и дополнения вы можете оставлять в комментариях (не забывайте добавлять ссылку на источник): здесь.

Дата
Куда
Причина
Место
Время опоздания (мин.)
Ссылка
07.01.2015рождественская служба?Отрадное, Воронежская область60http://sobesednik.ru/rassledovanie/20150114-putin-i-rozhdestvo-kak-otradnoe-ozhidalo-vizit-prezidenta
04.12.2014послание Федеральному собранию?Москва, Кремль6http://yodnews.ru/2014/12/04/tik-tak
24.11.2014открытие памятника Александру I?Москва, Александровский сад60http://sobesednik.ru/politika/20141125-kak-radi-putina-patriarha-i-imperatora-poprali-konstituciyu
12.11.2014хоккейный матч КХЛпробкиВладивостокhttp://news.sportbox.ru/Vidy_sporta/Hokkej/KHL/spbnews_NI496018_Putin_opozdal_na_match_Admiral___Ak_Bars
10.11.2014фотоцеремония на саммите АТЭС?Китай, Пекин30http://www.kommersant.ru/doc/2607772
16.10.2014саммит АСЕМ?Италия, Милан120http://www.kp.ru/daily/26296/3174114/
03.09.2014визит в Монголию?Монголия120http://baikal24.ru/text/03-09-2014/vladimir_putin/
31.08.2014чемпионат мира по дзюдо?Челябинск45http://ura.ru/content/chel/31-08-2014/news/1052188818.html
26.08.2014саммит в Минске?Белоруссия, Минск60http://www.ej.by/news/politics/2014/08/26/putin_opozdal_na_minskiy_sammit.html
14.08.2014встреча с парламентариями?Крым180http://top.rbc.ru/politics/16/09/2014/949388.shtml
10.08.2014турнир по боям без правилпереговорыСочи60http://www.infox.sg/politics/frame/putin-protiv-vseh/
15.07.2014встреча с премьер-министром Индии?Бразилия60http://www.kommersant.ru/doc/2525874
06.04.2014коллегия ФСБ?Москва, Лубянка10http://www.mk.ru/politics/article/2014/04/07/1010132-na-vstrechu-s-byivshimi-sosluzhivtsami-prezident-opozdal-vsego-na-10-minut.html
10.12.2013коллеги Минобороны?Москваhttp://www.kommersant.ru/doc/2365213
26.11.2013встреча с премьер-министром Италии?Италия90http://www.mk.ru/politics/article/2013/11/25/950399-putin-zastavil-zhdat-namestnika-boga.html
25.11.2013визит в Ватикан?Ватикан30http://www.kommersant.ru/doc/2352426
25.11.2013встреча с Папой Римским?Ватикан50http://www.mk.ru/politics/article/2013/11/25/950399-putin-zastavil-zhdat-namestnika-boga.html
25.11.2013встреча с Берлускони?Италияhttp://www.mk.ru/politics/article/2013/11/25/950399-putin-zastavil-zhdat-namestnika-boga.html
13.11.2013встреча с президентом Кореи?Южная Корея30http://www.kommersant.ru/doc/2345608
25.10.2013встреча стран СНГ?Белоруссия, Минск5http://www.segodnya.ua/politics/pnews/Poka-Putin-opazdyval-na-vstrechu-glav-SNG-Lukashenko-nervnichal-a-YAnukovich-ulybalsya-470455.html
26.09.2013военные учения "Запад-2013"туманБелоруссия, Гродно180http://www.kp.ru/daily/26139/3028603/
18.09.2013совещание в концерне "Калашников"?Ижевск270http://www.dayudm.ru/top/60773/
02.09.2013встреча со школьниками?Курган190http://esquire.ru/dinamo
02.07.2013встреча с молодёжью?Селигер180http://www.gazeta.ru/politics/2013/08/02_a_5539029.shtml
24.05.2013встреча с кинематографистами?Сочи120http://www.mk.ru/culture/cinema/article/2013/05/26/859792-byil-tot-kto-nemolchal.html
07.05.2013встреча с госсекретарем США Керри?Москва180http://www.online812.ru/2013/11/26/003/?cmt_re=43558
06.04.2013интервью немецкому журналисту?Германия, Берлин180http://www.rosbalt.ru/main/2013/04/07/1114751.html
06.04.2013открытие Ганноверской ярмарки?Германия, Ганновер30http://inosmi.ru/world/20130408/207829538.html?id=207835452
29.03.2013конференция ОНФ?Ростов-на-Дону40http://www.mk.ru/politics/russia/article/2013/03/29/833688-chinovnikov-ne-pustyat-na-front.html
16.01.2013съезд Русского географического общества?Москва120http://www.kommersant.ru/doc/2106056
посещение объектов Универсиады в Казани?Казань180http://esquire.ru/dinamo
03.12.2012визит в Турцию?Турция, Стамбул55http://www.mk.ru/politics/2012/12/03/782320-putin-prerval-zatvornichestvo.html
16.11.2012встреча с Меркель?Москва40http://inosmi.ru/russia/20131205/215395220.html
10.09.2012встреча с Машей Гессен?Москва120http://bg.ru/society/masha_gessen_za_nedelyu_do_vstrechi_ya_na_putina_n-11863/
05.08.2012встреча с Януковичемвстреча с байкерами в Севастополе (?)Крым240http://www.kommersant.ru/doc/1991676
01.08.2012встреча с военными?Ульяновск420http://esquire.ru/dinamo
27.06.2012открытие памятника?Израиль120http://www.mk.ru/politics/article/2012/06/28/719985-putin-vsemirnaya-istoriya-opozdaniy.html
25.06.2012визит в Израиль?Израиль60http://www.kommersant.ru/doc/1967088
22.06.2012ПМЭФ?Санкт-Петербург120http://www.newsru.com/finance/22jun2012/opozdun.html
18.06.2012встреча с Обамой на G20?Мексика40http://echo.msk.ru/blog/echomsk/1367286-echo/
31.05.2012визит в Минск?Белоруссия, Минск180http://udf.by/news/politic/91426-pochemu-putin-i-lukashenko-opazdyvayut.html
11.04.2012отчёт в Госдуме?Москва, Госдума10http://www.ng.ru/politics/2012-04-12/1_report.html
05.04.2012встреча с руководителями музеев?Саратовhttp://www.amr-museum.ru/russ/exibit/news2012/AMR_4-5(78)2012.pdf
16.03.2012коллегия министерства?Москва, Белый дом30http://www.kommersant.ru/docsearch/1895574
01.03.2012встреча с иностранными журналистами?Ново-Огарёво120http://www.newsru.com/russia/05mar2012/datchaputin.html
25.01.2012встреча с журналистами Томска?Томск600http://globalsib.com/13455/
07.12.2011подача документов в ЦИК?Москва, ЦИК90http://www.ng.ru/politics/2011-12-08/3_putin.html
07.11.2011встреча с Валдайским клубом?Калуга120http://www.mk.ru/politics/2011/11/13/642427-rezident-prilaskal-agenturu.html
06.10.2011инвестфорум "Россия зовёт"?Москва143http://www.kommersant.ru/doc/1788787
22.09.2011форум Арктический?Архангельскhttp://www.kommersant.ru/doc/1779015
27.04.2011встреча с королём Швеции?Швеция30http://www.newsru.com/world/28apr2011/stockholm.html
27.04.2011вылет из Стокгольмавстреча с премьер-министром ШвецииШвеция40http://www.newsru.com/world/28apr2011/stockholm.html
20.04.2011отчёт в Госдуме?Москва, Госдума2http://www.ng.ru/politics/2011-04-21/1_minimum.html
20.03.2011визит в Южно-Сахалинскпосещение снежного барса Монголу в ХакасииЮжно-Сахалинск360http://www.kommersant.ru/doc/1605073
01.02.2011юбилей Ельцина?Москва, Большой Театр20http://www.kommersant.ru/doc/1577893
14.10.2010встреча с Берни Экклстоуном?Сочи90http://www.kommersant.ru/doc/1522171
08.06.2010саммит СВМДА?Турция, Стамбулhttp://izvestia.ru/news/362550
26.03.2010селекторное совещание?Москва60http://www.4vsar.ru/news/4318.html
19.11.2009переговоры с Тимошенкосовещание в Ново-ОгарёвеУкраина, Киев180http://www.mk.ru/politics/article/2009/11/20/388919-putin-dal-timoshenko-gazu.html
18.11.2009съезд Русского географического общества?Москва, РАН15http://www.kommersant.ru/doc/1276838
20.09.2009форум "Сочи-2009"?Сочи60http://www.kommersant.ru/doc/1241192
03.06.2009визит в Финляндию?Финляндия120http://www.mk.ru/politics/2012/07/15/725592-kogo-prezident-obidel-v-yalte.html
20.10.2008заседание совета по иностранным инвестициям?Москва, Балчуг Кемпински120http://www.kommersant.ru/doc/1044910
02.06.2008заседание правительства?Москва, Белый дом40http://www.mk.ru/editions/daily/article/2008/06/02/37928-premer-sprosil-poprezidentski.html
14.12.2007возложение цветов к вечному огню?Белоруссия, Минскhttp://udf.by/news/politic/91426-pochemu-putin-i-lukashenko-opazdyvayut.html
26.11.2007встреча с лауреатами премии "ЕР"?Санкт-Петербург35http://www.ng.ru/forum/forum3/topic15723/
16.10.2007встреча с лидером Ирана?Иранhttp://www.kommersant.ru/doc/802764
13.10.2007праздник 450-летия вхождения Башкирии в Россиюразговор с СаркозиУфаhttp://meridiankurgan.ru/
09.10.2007заседание Совфеда?Москва, Совет Федерации45http://www.ng.ru/politics/2007-10-10/1_konuhi.html
07.10.2007саммит СНГ?Таджикистан, Душанбеhttp://www.kommersant.ru/doc/812024
09.09.2007концерт в оперном театревстреча с Синдзо АбэАвстралия, Сиднейhttp://www.kommersant.ru/doc/802764
30.05.2007заседание совета по Культуре?Москва, Кремльhttp://www.ng.ru/politics/2007-05-31/1_mihalkov.html
26.12.2006госсовет?Москва, Кремльhttp://www.ng.ru/forum/forum3/topic124243/
22.12.2006визит в Киев?Украина, Киев90http://www.pravda.com.ua/rus/news/2006/12/22/4410725/
12.10.2006встреча с парламентариями?Москва60http://www.kommersant.ru/doc/712930
05.09.2006встреча с президентом ЮАР?ЮАР10http://www.ng.ru/forum/forum3/topic35612/
23.07.2006скачки?Москва, ипподромhttp://www.kommersant.ru/doc/692174
15.07.2006брифингнеформальный ужинСтрельня, Ленобласть60http://www.ntv.ru/novosti/90536/
13.06.2006встреча на ПЭФ?Санкт-Петербург30http://www.kommersant.ru/doc/681874
08.06.2006селекторное совещание по нацпроектам?Москва60http://www.newsru.com/arch/russia/09jun2006/videoconference.html
21.04.2006награждение парламентариев?Москва, Кремльhttp://www.ng.ru/politics/2006-04-21/2_putin.html
11.04.2006встреча с парламентариями?Москва, Кремльhttp://www.ng.ru/politics/2006-04-12/2_putin.html?id_user=Y
16.03.2006встреча министров энергетики стран G8?Москва, Кремль15http://www.ng.ru/economics/2006-03-17/3_energoactives.html
08.02.2006встреча с королём Хуаном Карлосом II?Испания40http://www.mk.ru/politics/2012/07/15/725592-kogo-prezident-obidel-v-yalte.html
21.12.2005вручение госнаград?Москва, Кремль30http://www.ng.ru/politics/2005-12-22/2_putin.html
14.12.2005визит в Новосибирск?Новосибирск120http://tomsk-novosti.ru/
13.12.2005саммит АСЕАН?Малайзия180http://www.ntv.ru
16.08.2005авиасалон МАКС?МО, Жуковский120http://www.kommersant.ru/doc/601884
07.07.2005вcтреча на G8?Великобритания, Глениглс10http://www.kommersant.ru/doc/589473
01.05.2005праздник Пасха?Москва, ХХСhttp://www.kommersant.ru/doc/574993
11.04.2005встреча с Шредером и прессой?Германия, Ганноверhttp://www.allrus.info/main.php?ID=230798&arc_new=1
28.01.2005визит в ПольшубуранПольшаhttp://www.mk.ru/editions/daily/article/2005/01/29/200437-lyudi-i-zveri.html
14.12.2004прилёт в Петербург?Санкт-Петербург, Пулково40http://www.kommersant.ru/doc/533339
30.11.2004всероссийский съезд судей?Москва, Кремль23http://www.mk.ru/editions/daily/article/2004/12/01/99591-sest-sud-idet.html
21.11.2004саммит АТЭС?Чили, Сантьягоhttp://www.kommersant.ru/doc/526799
22.10.2004церемония вручения госнаград?Москва, Кремль17http://www.mk.ru/editions/daily/article/2004/10/25/102094-prezident-vtoroy-svezhesti.html
18.10.2004встреча лидеров ЦАС?Таджикистан, Душанбе20http://www.kommersant.ru/doc/516567
06.10.2004встреча с иерархами?Москва, Кремль15http://www.ng.ru/politics/2004-10-07/1_rpc.html
13.08.2004встреча в МВДвстреча с ПатриархомМоскваhttp://www.kommersant.ru/doc/497724
07.05.2004инаугурация президентазадержка в Белом домеМосква, Кремльhttp://www.anton-lazarev.ru/inauguratsiya-s-vyisotyi-ptichego-poleta/
26.03.2004совещание губернаторов юга РФреформирование АПМосква60http://www.kp.ru/daily/23244/27657/
05.08.2003церемония встречи?Малайзия11http://www.kommersant.ru/doc/401832
27.06.2003встреча со студентамисовещания в обладминистрацииКалининград30http://www.kp.ru/daily/23060.5/4658/
25.06.2003встреча королевой БританиипробкаВеликобритания, Лондон14http://www.kommersant.ru/doc/391607
24.06.2003церемония встречи с участием КоролевыпробкаВеликобритания, Лондон19http://www.kommersant.ru/doc/391410
16.06.2003госсовет?Санкт-Петербург, Эрмитаж30http://www.kommersant.ru/doc/389343
05.06.2003встреча со студентами?Ново-Огаревоhttp://www.kommersant.ru/doc/387459
24.05.2003концерт Пола Маккартни?Москва, Красная площадьhttp://www.kp.ru/daily/23299/29728/
15.04.2003форум приграничных областей РФ и Казахстана?Омск30http://www.vremya.ru/2003/68/4/34976.html
13.04.2003совещание с главами СЗФО?Санкт-Петербург60http://old.nvinder.ru/archive/2003/apr/16/07p.html
06.03.2003совещании о будущем Уральского федерального округапосещение с губернатором Собяниным ТобольскаТюмень60http://www.tm-courier.ru/portal/portal/tk
02.03.2003представление Премьер-министра?Москва, Кремль35http://www.mk.ru/editions/daily/article/2004/03/02/118228-fradkov-podkralsya-nezametno.html
12.02.2003выход к журналистамкормление лошадейФранция, Бордоhttp://www.kommersant.ru/doc/364206
21.01.2003госсовет?Москва, Кремль25http://www.gazeta.ru/2003/01/22/gubernatoryp.shtml
19.12.2002прямая линия на ТВ?Москва, Кремль3http://www.kommersant.ru/doc/356675
06.12.2002встреча с ректорами?Москва, МГУ25http://www.kommersant.ru/doc/355000
26.11.2002встреча в минобороны?Москва, минобороныhttp://www.ng.ru/politics/2002-11-27/3_army.html
23.10.2002госсовет?Москва, Кремль15http://www.kommersant.ru/doc/347772
09.10.2002церемония вручения госнаградДТП кортежа со "скорой"Москва, Кремль10http://www.kommersant.ru/doc/345353
16.09.2002концерт ЛЮБЭ?Сочи, концертный зал30http://www.kommersant.ru/doc/341335
16.08.2002посещение ОКБ СухогосовещаниеМосква40http://www.kommersant.ru/doc/336887
12.07.2002похороны жертв авиакатастрофы Ту-154?Уфа, кладбищеhttp://www.kommersant.ru/doc/331952
29.04.2002комиссия по переписи?Москва, Белый дом20http://www.kommersant.ru/doc/320907
22.04.2002госсовет?Москва, Кремльhttp://www.mk.ru/old/article/2002/04/23/168048-putin-prizemlilsya.html
20.03.2002совещание в Минобороны?Москваhttp://www.rednews.ru/news/arhiv_statej/pravda/PREZHDE_DUMAJ_O_RODINE
04.01.2002визит в университет?Уфаhttp://2003.novayagazeta.ru/nomer/2003/02n/n02n-s02.shtml
втреча с канцлером Шредером??6http://www.kp.ru/
13.12.2001всемирный русский народный собор?Москва, ХХС60http://www.kommersant.ru/doc/301734
15.11.2001радиоконференция на NPBцеремония на руинах ВТЦСША, Нью-Йорк60http://izvestia.ru/news/254760
21.10.2001встреча с президентом Бушомвстреча с премьер-министром ЯпонииШанхай, саммит АТЭСhttp://www.kommersant.ru/doc/288215
18.10.2001визит в Таджикистанвстреча с БушемТаджикистан75http://www.gazeta.ru/2001/10/18/sammitshangai.shtml
11.10.2001конгресс соотечественников?Москва, Колонный зал15http://www.mk.ru/editions/daily/article/2001/10/12/103111-putin-i-sem-nyanek.html
26.09.2001встреча с главредами немецких СМИзавтрак с БерлускониГермания, Берлинhttp://www.kommersant.ru/doc/284606
29.08.2001госсовет?Москва, Кремль10http://www.kommersant.ru/doc/280849
23.08.2001праздник Независимости Украиныопоздание самолётаУкраина, Киевhttp://www.kommersant.ru/doc/279935
18.07.2001пресс-конференция?Москва, Кремль5http://www.kommersant.ru/doc/275178
31.05.2001встреча с предприниматели?Москва, Кремль10http://www.kommersant.ru/doc/269114
15.04.2001праздник Пасха?Москва, ХХС70http://www.kommersant.ru/doc/254050
22.03.2001госсовет?Москва, Кремльhttp://www.ng.ru/politics/2001-03-23/3_gossoviet.html
07.01.2001банкет с Патриархом Алексием?МО, монастырьhttp://www.kommersant.ru/doc/135260
22.12.2000круглый стол предпринимателейпраздник 80-летия ленинского плана ГОЭЛРОМоскваhttp://www.kommersant.ru/doc/166327
21.12.2000праздник Ханука?Москва90http://www.kommersant.ru/doc/166337
11.10.2000заседание ДКБ?Киргизия, Бишкек90http://pressa.viperson.ru/main.php?G=89&ID=167265&id_ext=350638
10.10.2000прилёт в ПетербургтуманСанкт-Петербург20http://pressa.viperson.ru/main.php?G=89&ID=166805&id_ext=329427
07.10.2000встреча с олимпийцами??http://www.kp.ru/
05.10.2000визит в Индию?Индияhttp://www.kommersant.ru/doc/159893
31.08.2000визит в Самару?Самара180http://www.kommersant.ru/doc/156732
18.07.2000встреча с президентом Китая?Китай, Пекин3http://www.kp.ru/
31.05.2000прощание с Олегом Ефремовым?Москва, МХАТ60http://www.mk.ru/
встреча с персоной из МВФ??http://www.mk.ru/
концерт Нани Брегвадзе??http://www.mk.ru/
11.02.2000совещание АПКпосещение фермыКраснодар60http://www.kommersant.ru/doc/140044
28.01.2000встреча с Назарбаевым??http://pressa.viperson.ru/main.php?G=89&ID=167265&id_ext=350638
24.12.1999коллегия МПС?Москваhttp://kommersant.ru/Doc/233755
22.12.1999встреча с заместителем госсекретаря СШАвыступление в парламентеМосква150http://polit.ru/news/1999/12/22/541759/
14.12.1999самолётобед с военнымиПлесецк70http://www.kommersant.ru/doc/232783
24.11.1999выступление в Госдуме?Москва, Госдума12http://www.kp.ru/
09.11.1999оргкомитета по проведению в России Года пожилых людейсовещание в МВДМоскваhttp://www.businesspress.ru/newspaper/article_mId_33_aId_4522.html
02.11.1999визит в Норвегию?Норвегия, Ослоhttp://www.ng.ru/world/1999-11-03/6_oslo.html
16.09.1999заседание правительствавстреча с ЕльцинымМосква, Белый домhttp://pressa.viperson.ru/main.php?G=89&ID=168534
01.09.1999книжная ярмарка?Москва75http://www.kommersant.ru/doc/23304
19.08.1999заседание правительсвавстреча с ЕльцинымМосква30http://www.kommersant.ru/doc/224061