Незыгарь как благо анонимности

@Russia_calls специально для «Кашина»

Раскрытие имени и место работы ведущего популярного Телеграм-канала «Незыгарь» на прошлой неделе не стало громкой новостью. С одной стороны, роль Телеграма в массмедиа его пользователями весьма преувеличена. С другой, «раскрытий» Незыгаря уже было много, начало надоедать.

В этот понедельник о намерении рассекретить Незыгаря в своём канале заявил Рамзан Кадыров: «Наверное, надо совещание по этому вопросу созвать, собрать команду профессионалов, которая займётся расследованием. Ведь дело первостепенной важности». Когда о ком-то пишет глава Чечни, многие настораживаются и пугаются – не случится ли теперь что-нибудь с Незыгарем. Судя по его каналу, лично Кадырова он не оскорблял. Гневаться там почти не за что.

Возник вопрос, нужно ли было раскрывать Незыгаря? Тут стоит пояснить контекст. В дело в том, что из-за вылитой в публичное пространство информации о поездке в Доминикану, очень многие могли раскрыть Незыгаря (некоторые это действительно сделали). В одном Инстаграме Дмитрия Коваленко было больше тысячи подписчиков. После поста о Доминикане в канале Олега Кашина он не только закрыл профиль в Инстаграме, но и вычистил оттуда около 500 фоловеров (правильно предполагая, что среди них есть те, кто его подозревают). Раскрыть личность Незыгаря в выбранном формате выглядело не самым худшем, а скорее даже лучшем вариантом.

Ранее якобы кто-то уже пытался найти Незыгаря, предлагая за информацию 50 биткоинов. Неизвестно, правда это или нет, но, безусловно, вариант заработать на раскрытии был. И тут последствия для самого Незыгаря могли быть намного печальнее, чем после поста на «Кашине».

Узнавшие, кто такой Незыгарь, могли продать информацию в какое-нибудь помоечное СМИ, снабдив дополнительным компроматом. На любого 45-летнего мужчину компромат найдётся. Кричал, мол, пьяный Незыгарь на Пасху с высотки на Котельнической набережной в сторону Кремля: «Мои молодые зубы вам в рот не поместятся».

Можно ещё было продать или бесплатно отдать не СМИ, а его начальству или конкурентам. Мало ли бывает обиженных подчинённых, бывших, тёщ, кого угодно. Выставят его в плохом свете: потом не докажешь, что Незыгарь – это просто хобби. Если раскрытие публичное, то увольнять или наказывать Коваленко уже как-то неудобно.

На характере ведения канала Незыгарем публикации мало отразились. Коваленко не признал свою причастность. Комментарий у него взял сайт RT: «Я бред не комментирую. Я сейчас нахожусь в удивлении и шоке». Поэтому те, кто хочет читать Незыгаря, продолжают это делать.

Хочется на примере Незыгаря добавить немного слов в давний спор, полезна ли анонимность в интернете. Любопытно, как меняется отношение людей к его текстам в зависимости от предполагаемой личности автора. Вот, например, Марк Шейн, который руководил пабликом «Лентач» (пока его оттуда не выгнал Коняев) написал: «Незыгарь колхозник с Урала, а х****л с утра до ночи про борьбу башен Кремля. Вот и все что надо знать об анонимных телеграммах-каналах». Претензия понятна, но тем анонимность и хороша, что колхознику с Урала не под своим именем легче донести до аудитории своё творчество. Если тексты нравятся аудитории, то почему бы и колхознику не писать.

В свободном интернете нет монополии на распространение информации. Если в XX веке для распространения текстов на миллионную аудиторию надо было «войти» в редакцию или потратить много денег на печать, то теперь для этого нужен только компьютер и умение бесплатно разместить текст там, где его прочитают. Анонимность – это как ЕГЭ. Чей текст интереснее, тот и читают, вне зависимости от имени и места положения. Только так анонимный автор Коваленко может соперничать с телеграм-каналом Алексея Венедиктова.

Незыгарь для молодых и «Незыгарь» для пожилых

Для сравнения можно посмотреть, что писал Коваленко под своим именем на сайте «Сноб». Кажется, это было менее интересно. Один человек, но разница есть. То ли ему было неудобно под своим, то ли просто не получалось. А под ником получилось.

Журналисты с именем, конечно, недовольны, что Незыгарь отбирает у них аудиторию. Они считают, что подписываться своим именем – знак качества информации. Но так же ли считают их читатели? Есть ли большая разница в доверии к текстам Незыгаря и к текстам неизвестного Петра Петрова из отдела политики издания «Журнал.ру»? Для коллег Петр Петров может быть и известен, но рядового читателя его имя мало что говорит. Мало ли кто это такой и по чьему заказу он пишет. Петр Петров может когда-нибудь стать звездой   вроде Венедиктова – это да. Но в современной реальности звёздой вроде Венедиктова может стать и изначально аноним Незыгарь.

Анонимность, если она не предназначена для совершения преступлений и оскорблений, – благо. Она даёт нам больше интересных авторов и больше выбора. Те, кто не хочет афишировать своё имя, могут начать писать интересные вещи. Их раскроют, либо если они станут очень известными, либо если они сами этого захотят. Гоняться за разоблачением авторов с аудиторией в сто человек, никто не будет.

Личность Незыгаря оказалась соответствующей его контенту. Если бы он заканчивал вуз не в России 1990-х, то мог бы стать ученым, изучающим элиту. Он ведь по образованию элитолог. Через 20 лет Коваленко смог реализоваться, как анонимный элитолог-любитель. Получается, что не зря получил образование. Можно только порадоваться.