Джон Дэвисон Рокфеллер в мае 1933 года

Александр Успенский для «Кашина»

В Советском Союзе открыли новую нефть — социалистическую. Она сильно испугала капиталистов, среди которых был бездушный миллиардер Рокфеллер. Во всяком случае, так писали 80 лет назад в газете «Правда» рукой писателя Бориса Агапова.

Две нефти

Выставка Международного геоло­гического конгресса полна образцами нефти наших месторождений, из кото­рых многие только сейчас стали извест­ны… Подробнейшие карты и схемы иллюстрируют громадные нефтяные бо­гатства СССР и работу, которую ведут наши геологи по разведке. Первый до­клад на конгрессе посвящен нефти.

И это неудивительно.

Если металл — костяк цивилизации, если макулатура ее сделала из каучука, то нефть — это ее кровь.

Проблемами нефти занимаются десят­ки тысяч ученых. Научными трудами о нефти можно заполнить целые би­блиотеки. В 1921 году в области неф­ти было сделано интереснейшее откры­тие, ставшее поворотным пунктом ее истории: был найден второй вид нефти.

Что касается первого вида, он был известен давно.

***

Еще в начале шестидесятых годов пошлого века в штат Огайо прибыл человек, не имевший ничего, кроме библии подмышкой и чудовищной алч­ности в сердце. Всегда одинокий и мол­чаливый, он мог бы сойти за мечта­теля, если бы не квадратный подбородок, выдававший несокрушимую волю, и глаза, поднимавшиеся редко, но пугавшее своим холодным и маниакаль­ным блеском. Ему было двадцать два года.

Слухи о новом Клондайке пронеслись па штатам. Полковник Эдвин Дрекк открыл нефть в Пенсильвании. Моло­дой Джон Рокфеллер понял, что это и есть его звезда. Он открыл маленький керосиновый заводик в Кливлэнде, а че­рез пятнадцать лет в его руках была более чем половина всей нефтяной про­мышленности Соединенных Штатов. Рокфеллер создал самый полный образ капиталиста, несравнимый ни с какими героями художественной лите­ратуры. Этот образ был он сам. Гениальный в своих спекуляциях, сме­лый и даже отчаянный в своих демар­шах. Он был свободен от всех челове­ческих чувств. Известен случай, когда дети его брата, ушедшего драться про­тив рабовладельчества, обратились к Джону за помощью. Им нечего было есть. Миллиардер отказал в день­гах, и они умерли с голода.

Джон Дэвисон Рокфеллер играет в гольф, 1920-е

В 1904 году на судебном процес­се было установлено, что этот человек за свою жизнь успел 1.462 раза нарушить законы Соединенных Штатов. Суд наложил на Рокфеллера штраф в 29 миллионов долларов. Рокфеллеру сообщили об этом, когда он играл в гольф. Посылая мяч, он сказал:

— Идиотский приговор. Он не будет приведен в исполнение.

Он оказался прав. Система виртуоз­ных мошенничеств, в которые были за­путаны тщательнейшие лица всего мира, делала главу «Стандарт Ойль» неуязвимым. Единственно, кто был для него опасен, — это сэр Генри Детердинг.

«Ройил Дейтч Шелл» Детердинга стал конкурентом «Стандарт Ойль», и вся мировая борьба за нефть, борьба, кото­рая превратилась в своего рода Одиссею капиталистического мира, развер­нулась вокруг этих двух гигантов. Это был первый вид нефти.

Открытие второго произошло весной 1921 г.

В эту весну от дебаркадера Батумской грузовой гавани отошел небольшой наливной пароход «Джорджиа» и взял курс на Константинополь. Он прибыл туда через два дня. В трюмах «Джорджии» было не­сколько тысяч пудов бензина, масел и мазута — совсем пустяки, но слух разнесся молниеносно:

Большевистская нефть!

Казалось, было легко пренебречь но­выми конкурентами. У них не было даже своих дипломатических представи­телей в этом городе. Они были «нелегальной нацией». Однако бензин этот имел запах, как всякий бензин, а законы наживы не знают исключений. И начался переполох. Детердинг стал снижать цены на свои продукты. Он мобилизовал всю свою прессу, чтобы оклеветать совет­скую нефть, он создал специальный комитет по бойкоту советской нефти. Тор­говля была делом невероятно трудным, но скважина была открыта. На земле появился новый вид нефти.

Враги народа проповедовали «теорию» об истощении запасов нефти в Грозном

Советская нефть связана с именами лучших людей большевистской партии. В каждой капле советского бензина, на котором работал мотор «АМ-34», унося Громова и Чкалова из Москвы в Америку, есть атом усилий Ленина, Сталина, Кирова.

С первых дней советской власти в Баку Ленин следит за всеми мелочами нефтяного дела. Первый рейс «Джорд­жии» и все приключения наших куп­цов в Константинополе ложатся к нему на стол десятками телеграмм. На ка­ждой он делает свои пометки, напра­вляя их Сталину и сопровождая лю­бимым своим словцом: «Архиспешно!» Удивительно, как занятый делами огром­ного государства, в то время голодавшего, терзаемого бандитизмом, окруженного бешеной травлей волков-капиталистов, успевал он входить во все ме­лочи нефтяного дела.

Роль Сталина в нашей нефтяной эпопее была решающей. И в спешке текущих нефтяных дел, когда ему при­ходилось проверять все мелочи, вплоть до того, что где закуплено и не за­быто ли что нужное, он оставался ве­рен себе: он видел и планировал будущее на многие годы вперед. Подсчиты­вая с карандашом в руках, он в то же время думал о плане коренной реорга­низации бакинских и грозненских про­мыслов. Вращательное бурение, насосы, новые площади, новые заводы перегон­ки, — все было предусмотрено и определено сталинским планом.

Бакинские промысла при капитали­стах являли собой мерзкое зрелище, ра­бота на них была каторгой. Нефть не качали, а черпали ведрами. Несмотря на страшную выносливость тюрков, ка­ждый день десятки задохшихся людей уносили из района вышек.

Все газы уходили в воздух. Нефтеносные пласты бросали неиспользованными, пробавлялись, главным об­разом, фонтанами. Нефть пропадала ты­сячами тонн — испарялась, разбрызги­валась, уходила в землю, сго­рала, так как пожары были неизбеж­ной «издержкой производства». Словом, если бы существовала Нобелевская премия за умение хозяйствовать, то навряд ли ее можно было бы присудить бакинскому Нобелю! (прим. – речь идет о «Товариществе нефтяного производства братьев Нобель»)

Киров (второй слева), Орджоникидзе (третий слева), Левандовский (пятый слева), Микоян (первый ряд, второй справа) среди красноармейцев и командиров 11-й армии на вокзале в Баку, май 1920 года

Сергей Миронович был душой совет­ского Баку. Все помнят Кирова на промыслах. Плотный, широкоплечий, всегда веселый, общительный, он по­являлся всюду, а страстью его было беседовать с рабочими. Он садил­ся где-нибудь на верстак в мастер­ской или на бревно возле вышки, и сразу его окружали десятки лю­дей. Блестящий оратор, умевший под­нимать громадные толпы людей, он был пленителен в интимной беседе. Рабочие обращались к нему с самыми за­ветными своими мыслями, и всякий находил в нем поддержку и участие. В то время всего нехватало — цистерн, ботинок, хлеба, людей. Выходить из этих трудностей подчас было просто немыслимо. Но Киров всегда выходил. Его энергия поражала даже самых работоспособных его товарищей. Каза­лось, он мог не спать неделями. Днем — за письменным столом, вечером — на промыслах. А когда случался вдруг по­жар или авария или что-нибудь не вы­ ходило, он сбрасывал свою кожанку и кидался помогать с той веселой яростью, которая была ему присуща.

Благодаря Сталину и Кирову про­мысла оснащались новейшей техникой. Вскоре их нельзя уже было узнать. Советская нефть пошла глубоким пото­ком на Запад и на Восток.

Социалистическая нефть заняла сей­час второе по количеству место в мире, составив более 16 проц. всей мировой добычи. Поэтому-то с таким интересом следи­ла вся страна за докладом академика Губкина на конгрессе, — докладом, кото­рый хотя и не отмечал различия ме­жду двумя видами нефти, но мог быть произнесен только после великого открытия 1921 года.

(Б. Агапов, «Правда», 24 июля 1937 года)

Контекст:

Грозный, 1910-е годы

 

НЕФТЯНОЙ ФОНТАН НА ГУДЕРМЕССКОМ ХРЕБТЕ

ГРОЗНЫЙ, 2 сентября []. (ТАСС). Вчера на Гудермесском хребте из разведочной скважины № 7. пробуренной бригадой мастера тов. Струнцова, ударил сильный нефтяной фонтам. Он бьет на глубины в 203 метра. Дебит скважины еще не определен.

Этот фонтан — новое, доказательство огромных богатств грозненских нефтяных районов. Враги народа, троцкистские вредители проповедовали «теорию» об истощении запасов нефти в Грозном, срывали освоение Малгобека и разведки на горе Горской и на Гудермесском хребте. Только в этом году (после нескольких лет перерыва) возобновились разведки на Гудермесском хребте. Сейчас здесь испытывается скважина № 6, в которой обнаружена нефть, заканчивается бурение скважины № 8.

Читайте также:

Как Рокфеллер готовил аннексию Украины в 1963 году

Кровавые деньги Рокфеллеров: версия 1957 года

Незыгарь 1957 года о группе Рокфеллеров