hitler

От «Кашина»: Совместно с дружественной нам ассоциацией «Агора» мы начинаем в форме этакого сериала описывать самые важные правоприменительные тенденции в современной России. Если нам не надоест, то получится крайне поучительный цикл, практически энциклопедия русской жизни — кого и за что сажают, судят, штрафуют и т.п. Чтобы привлечь внимание, начать решили с фашизма.

В 1990 году юрист Фонда электронных рубежей (EFF) Майк Годвин сформулировал принцип, вошедший в историю как Закон Годвина: «по мере развития дискуссии в Сети, вероятность сравнения с нацистами или Гитлером стремится к единице». Обращение к образам и символам, связанным с нацизмом или фашизмом, как к аргументу в споре, было общим местом еще четверть века назад, и с тех пор мало что изменилось.

Использование обвинений в фашизме — удобный прием государственной пропаганды, обкатанный еще в ранние годы советской власти. Такие эпитеты как «фашистская банда» и «бело-фашистская свора» активно использовались советской прессой во время процесса по делу т. н. «Троцкистско-зиновьевского объединенного террористического центра» в 1936 году. А помните  фашистско-предательскую клику Тито — Ранковича в конце 40-х? В XXI веке фашисты неожиданно обнаружились в Киеве, фашистами объявляли участников Марша мира и других антивоенных акций в российских городах. Краткий, но емкий обзор использования образа «фашиста» в российской пропаганде публиковала «Новая газета».

При этом, российское законодательство о запрете пропаганды нацизма, пожалуй, одно из самых жестких в мире. Cт. 6 ФЗ «Об увековечении победы советского народа в Великой отечественной войне 1941–1945 годов» запрещает  использование нацистской символики в любой форме. За простое демонстрирование свастики или похожего на нее символа в лучшем случае грозит штраф или административный арест до 15 суток. А ведь есть еще и уголовные статьи — 282 и 280, по которым можно уже лишиться свободы на срок до 5 лет.

Абсолютный запрет использования свастики, других нацистских символов и сходных с ними изображений недавно подтвердил Конституционный Суд, указавший, что «само по себе использование нацистской атрибутики (символики), равно как и атрибутики (символики), сходной с нацистской атрибутикой (символикой) до степени смешения, – безотносительно к ее генезису  – может причинить страдания людям, чьи родственники погибли во время Великой Отечественной войны», а следовательно подобный запрет оправдан.  Таким образом, то, что по экрану продолжает разгуливать Штирлиц в эсэсовской форме, а на фотографиях парада Победы солдаты бросают на брусчатку штандарты Вермахта, это не заслуга общества, а недоработка органов.

В отличие, например, от США, в которых Верховный Суд, широко трактуя Первую поправку к Конституции в решении по делу «Техас против Джонсона» фактически разрешил сожжение национального флага, поскольку «Правительство не может запретить выражать идею только на том основании, что общество находит ее оскорбительной и недопустимой».

Журнал Der Spiegel поместил на обложку нового номера коллаж с довольной Ангелой Меркель в окружении офицеров Вермахта. У одного из них на рукаве вполне отчетливо просматривается хакенкройц. В России у редакции точно были бы проблемы. Как минимум с Роскомнадзором.

В 2012 году активист из Казани был оштрафован за лайк, который он поставил под скриншотом из фильма «Американская история X» — в кадре стоял обнаженный по пояс герой Эдварда Нортона с татуировкой в виде свастики.  В 2012 году в Казани задержали студентку с пакетом, на котором был изображен коловрат. Блогера из Читы оштрафовали за публикацию карикатуры на тему повышения тарифов в сфере ЖКХ, на которой последняя буква аббревиатуры была заменена свастикой.

Не спасает даже принадлежность к проправительственным организациям, если эксцесс не был санкционирован руководством. В Улан-Удэ суд оштрафовал активистку «Молодой Гвардии Единой России» за картинку со стилизованным немецким орлом и надписью «Grammatik Macht Frei» — символом граммар-наци.

Еще более жесткую реакцию вызывает использование свастики для характеристики режима. В Саратове по ст.20.3 КоАП за картинку с символикой «Единой России» и свастикой был оштрафован журналист Сергей Вилков. Татарстанский активист Айрат Шакиров отсидел под арестом 10 суток за публикацию двух коллажей в поддержку Украины

Украинская тема вообще в последнее время выдвинулась на первый план, в  особенности после включения в список запрещенных нескольких украинских организаций, вроде «Правого сектора», «УНА-УНСО» и др. Теперь под угрозой оказались и те, кто ретвитил и лайкал в соцсетях материалы, публиковавшиеся от их имени. К примеру, за репост «Обращения украинцев к народам России» к уголовной ответственности были привлечены ивановская анархистка Елизавета Лисицына и кемеровский политолог Контантин Жаринов.

Антиэкстремистское законодательство и практика его применения препятствуют не только политической дискуссии, но и фактически ограничивают работу историков. Из-за чрезвычайно широких формулировок закона под запрет попадают исторические документы.

В марте 2015 года смоленский суд оштрафовал журналистку за публикацию Вконтакте фотографии ее дома времен немецкой оккупации города. На фото был виден флаг со свастикой.

Осенью 2013 года брянский суд признал экстремистскими несколько публикаций немецкого историка Себастьяна Штоппера, в которых он излагал свой взгляд на историю и масштаб партизанского движения на территории области в годы Второй Мировой войны. Среди признанных запрещенными материалов, оказались, к примеру, несколько переведенных историком документов, хранящихся в государственных архивах Германии —  протокол допроса местного полицейского, взятого в плен партизанами; сообщение командира подразделения немецкой армии об операции против партизан; справка о нанесенных потерях противнику партизанскими бригадами и отрядами Орловского штаба партизанского движения за период с сентября 1941 г. по сентябрь 1943 г. —  и ранее на русском языке не публиковавшихся.

С другой стороны, обстановка в стране действительно вызывает слишком много ассоциаций с фашистской Италией и нацистской Германией 30-х годов. И Закон Годвина тут совершенно не при чем. В том длинном ряду убийства политических оппонентов, создание штурмовых отрядов, госкапитализм, монополизация СМИ, старательно создающих образ внешнего и внутреннего врага, милитаризация общественного сознания, поощрение радикального национализма. Тут можно вспомнить и массовые депортации грузин, и антисемитские высказывания чиновников, и преследование крымских татар в аннексированном Крыму и многое другое.

Между тем, использование нацистской символики и продвижение националистической идеологии ничуть не возбраняется, если это служит т. н. «интересам России». В выходные в Санкт-Петербурге при полной поддержке властей прошел Международный русский консервативный форум, в котором приняли участие представители ультраправых и неонацистских организаций — греческой «Золотой Зари», Национал-демократической партии Германии, итальянской «Новой силы», болгарской «Атаки», российской «Родины» и др.

В ходе второго процесса по делу БОРН свидетели Тихонов и Хасис (ранее осужденные за убийство адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой) заявляли о том, что деятельность Боевой организации русских националистов курировали сотрудники администрации президента.

Власти пытаются привлекать себе на службу радикальные националистические организации, фактически присвоив себе монопольное право произвольно назначать фашистов и антифашистов, навешивая на оппонентов ярлыки. В дополнение к этому они еще получают и приятный бонус в виде возможности штрафовать и арестовывать активистов. В пользу такого объяснения говорит принципиальный отказ российских судов, включая Конституционный, от оценки контекста, в котором используются те или иные символы. В результате страдают и вовсе уж ни в чем не виновные буддисты и нумизматы.