10968228_1077099778971719_7574114166074980082_n

Это двое беженцев из Донецка, муж и жена, в Петербург приехали неделю назад. Им по 25-27 лет, у них двое детей — полтора года и три с половиной. Имен своих называть не хотят, поэтому пускай будут Катя и Леша, а так все записано с их слов, и нет оснований им не верить — обычные люди, обычная история.

Отъезд

Леша: Всю улицу бомбили. К нам на кухню влетел осколок, после которого мы больше не могли там оставаться. Осколками разбило весь фасад дома.

Катя: Нам повезло, что на кухне никого не было, я планировала идти готовить еду, а муж хотел как раз пойти на балкон покурить. Если бы мы оба вышли из комнаты, нам всем бы была хана.

Леша: Нас спас телевизор, мы отвлеклись на передачу, какую, уже и не помним.
Решили ехать. Если у тебя всю улицу обстреливают, я думаю, каждый захочет уехать, если на твоей улице в каждый дом залетит снаряд и не по одному разу. Оно начало лупить, и мы давай быстро собирать вещи, времени на раздумья мы себе не оставляли.

Катя: Мы выехали в 6 утра, и по Донецку нормально проехали, было тихо и спокойно в тот момент. А когда мы приехали на границу с Россией, мы стояли с 11 часов утра до 10 часов вечера, очередь долго длилась, с детьми не пропускали. Перекусить там негде, в туалет не сходить. Ощущение, что держали специально.

Неделя до отъезда

Леша: Как обычно, стреляли. Огонь вели и те и другие.

Катя: Стреляли с обеих сторон. Обычно как — прячутся за жилыми домами, стреляют.

Леша: Они так полупят от жилых домов, потом сваливают, а потом в эти дома прилетает. Конечно, когда постоянно подстрекают, пощечину дают по лицу, по-любому ты дашь сдачу.

Катя: Бывало время когда было тихо, с города ничего не вылетало, но прилетало. Или с украинской стороны или нет, там непонятно, с какой.

Леша: И с этим аэропортом, я думал, что у нас сто аэропортов в Донецке, они 98 раз заявляли, что взяли его.

Про ополченцев

Катя: У моей подружки парень в ДНР, он то аэропорт захватит, то гуманитарку раздает, они и себе домой привозили гуманитарку, там были овощи, памперсы, какие-то продукты, они сами себе часто увозили, что до людей не доходило. Некоторые ополченцы нормально себя ведут, а иногда смотришь — мальчик лет 15 идет свободно с оружием. Мне рассказывали, как такого же возраста пацан зашел в магазин, стоял, крутил автомат в руке, а он взяли выстрелил прямо в магазине.

Леша: Обычно они ездят на отжатых машинах на аварийке, врезаются куда-нибудь, бросают машину и идут следующую отжимать, набивают морду водителю и уезжают на его машине. У нас как вечером начинает темнеть, гонишь 120 как бы скорее до дома доехать, чтобы машины не лишиться. Еще они заезжали на предприятия и забирали все машины, на «Оболонь» заехали все забрали, на мясокомбинат. Действовали так: заходили с автоматами в офис, где ключи от транспорта, забирали ключи и уезжали. Потом они их перекрашивали на каком-нибудь СТО.

Катя: Часто их перевозят в Россию и продают на запчасти.

Леша: У нас и все автосалоны ограбили, перекрашивают машины в камуфляж, снимают номера, ездят на габаритах, никаких правил, светофоров не соблюдают. У нас еще в одном районе жили бизнесмены, дома они свои побросали, теперь там живут днровцы. А там такие особняки. Отели еще некоторые захватили, обслуживают их там как вип-персон.

Катя: У нас еще у кого остались машины, думают, куда их спрятать, паркинги они тоже легко опустошают.

Гуманитарная помощь

Катя: Один раз мы получили гуманитарку в пакете «Новоросссия», получилось это очень неожиданно, обычно до нас ничего не доходило. В пакете было 400 граммов риса и где-то 400 сахара, две банки тушенки, две банки кильки и сгущенка. И это всё. Это давали на одного человека, если бабушка или дети, надо было давать ксерокопию паспорта, доказывать,что родственники, и писать заявление, что нуждаешься в гуманитарной помощи. Берут номер телефона, говорят, что позвонят, когда будет снова, с сентября звонка так и не было. А наша бабушка получала гуманитарку — кочан капусты и всё. Знакомые получили перед новым годом килограмм мандаринов и маленькую городскую булочку — это, кстати, дается на 10 дней. А через 10 дней им потом дали по килограмму пшена и ячневой крупы, иногда дают батон и банку каких-то консервов, и это всё, повторюсь, на 10 дней на одного человека. По сравнению с ахметовской гуманитаркой, которую нам привозят, большая разница. Там нам привозят пятнадцатикилограммовые пакеты, там есть всё, и масло подсолнечное, и мука, и консервы разные, макароны, рис, гречка, пшено, овсянка, сгущенка, печенье и чай. Продуктовый набор хороший, и для детей дают подгузники, большую упаковку, на месяц хватает, дают пюре овощные и фруктовые, молочные смеси, каши. А матерям-одиночкам давали еще средства для купания. Всё зависит от материального положения и состояния здоровья, для некоторых индивидуально гуманитарка подбирается.

Жизнь ДО

Леша: Я мог спокойно работать, зарабывать деньги для семьи, спокойно ездить на машине, ходить на балкон курить, гулять с детьми. На улице вообще нечего было бояться, все гуляют с детьми, у нас же столько было детских площадок, парки хорошие, фонтаны, хорошая набережная была. Жизнь текла, все было, всего хватало. А вот как началось это всё.. А потом какие-то долбоёбы решили отделиться. Приехали подстрекатели, с каким гражданством не знаю, паспорта у них не проверял. Но ваш Стрелков, который всё это тоже затеял, сбежал же сейчас обратно в Россию и говорит, чтобы его не ассоциировали с сепаратизмом. Говно затеял, а потом взял и слился. Вот ваши приехали, подстрекнули, а потом многие люди как стадо баранов повелось.

Катя: Да, некоторые думали, хорошая затея…

Леша: Охрененная затея была расхерачить Донецк. Был хороший цветущий город, дети гуляли, всего хватало, живи не хочу. А сейчас работы нет, еда дорожает, на улицу выйдешь, думаешь: пройду три метра, живой останусь?

Катя: Да даже дома опасно оставаться.

Жизнь В ДНР

Катя: Ну вот оплата коммунальных услуг, кому ее?

Леша: Да и как я могу оплачивать, если меня с работы уволили давно, потому что моя работа попала под обстрел и там все раздолбали.

Катя: Но квитанции об оплате нам в дверь суют, ящики то почтовые все сломали.

Леша: Они вот раздолбали город, да и те и те его разбили, у нас бывает воды нет, газа нет, электричество отключают, а у меня работы нет. Что я буду платить? Никуда не устроиться, везде сокращения. Я вообще должен работать водителем. Вот тут недавно пацан ехал, подорвался на мине. Всё, нет пацана. А за что? За то чтобы вы хотели себе республику отделить?

Катя: У нас тут много людей разных жило, и негры в общежитии и китайцы, а их вообще много было — на рынке работали, дети их уже в школу ходили, а сейчас их нет, никто не знает куда они пропали. И рынок сейчас работает пару часов, в основном часами торгуют и в первой половине дня, когда не так стреляют.

Леша: Да и утром и днем стреляют.

Катя: Вот нам тут предлагали в детский садик пойти.

Леша: Мы подумали, как отдать ребенка в садик, если туда уже прилетело?

Катя: У нас был спокойной месяц, предлагали отдать в садик, там была одна группа на все возраста, и даже ясли работали.

Леша: Ну представь, ребенок где-то там, а ты дома или на работе, и прилетает?

Жизнь ПОСЛЕ

Леша: Это закончится, когда там будет пустыня, когда они там не перебьют все друг друга. Пока город не сровняют, ничего не закончится.

Катя: Знаешь, все думают, что в Донецке остались только те кто за ДНР, но это не так. Многие люди, которые не ходили голосовать, они сидят у себя дома и не выходят, они боятся.

Леша: Я вот не понимаю, вот зачем я должен бросать свою квартиру, свой город и уезжать в другую страну? А многие не могут уехать. Вот пенсионеры совсем без денег сидят, эти же пенсии обещали, а наебали. А ведь ДНР рассказывал, что будет золотой дождь, что мы все будем богатые. У нас банеры висели — «Голосуй за жизнь!». Вот, похоже, многие не проголосовали и получили смерть.

Катя: А другой вопрос, в Украину многие страны присылают деньги, а куда они уходят, если украинская армия ходит голая?

Леша: А тут еще Захарченко говорит: «Нам вместе восстанавливать Донбасс», да какого хрена? Вот ты разровнял, ты и строй!

Катя: Вот у меня тут мысль, почему они не захотели стать автономной республикой в составе Украины? Но им же неинтересно было, им надо было отсоединиться конкретно, но вот зачем? Вот начались эти бомбежки. И с одной стороны и с другой. И Украины нас фигачит и эти. У них еще и танки старые, дальнобойность уже не та, они сами не знают куда попадут.

Леша: А откуда у ДНР войска и танки? У вас же номера черные и четыре цифры на технике? Вот эта российская гуманитарка непонятно что привозит. Но есть явные признаки, если приезжает гумконвой, то у нас будет пиздос. Ты поняла, о чем я говорю? Если приезжает российская гуманитарка, значит, будут стрелять, все уже об этом знают.

Катя: Там, вроде, в этих камазах какие-то установки или боеприпасы?

Леша: Открываешь кузов, стоят коробочки накренившись внутрь, а почему? Потому что там пустоты из-за того что стоит за коробками. Сюрпризы везете. Когда приходит ваша гуманитарка, на улицу никто не выходит.

Леша: Я вот не понимаю почему Ахметов это допустил? Он всё восстанавливал, денег вложил немерено, одна Донбасс-арена чего стоит. Его город разрушают, а он молчит, ну не понимаю его. Вот сколько сейчас надо вложить денег в Донецк, чтобы он ожил? Сколько времени должно пройти, чтобы это вышло у людей из памяти? А сколько людей уехало, сколько погибло.

Катя: Многие стали бомжами, у них дома разрушены, им не уехать, так они в ДНР пошли, чтобы хоть как-то на кусок хлеба заработать.

Леша: А этим на руку, что еще народ появляется. Я не понимаю смысла в этом ДНР, обещают сказку, а они же как варвары — пришли, все разрушили, а что с этим делать, не знают. Они даже план не придумали, как дальше с медициной, экономикой, образованием. Набрали тупорылых, они же ничего не понимают.

Катя: Люди многое потеряли, многим уехать некуда. Вот, например, мы поехали летом к родственникам, думали, лето — это было самое ужасное. Мы приехали, и нам в принципе не очень комфортно, у нас же есть своя квартира.

Леша: Да и на нас косо смотрят люди, вот приезжаешь ты в другую область Украины, на номера смотрят, думают, что сепаратюги, террористы приехали. А в России нормально отнеслись, никто ничего не говорит, у вас люди молчаливые.