detailed_picture

Отдельной строкой хотелось бы совершить какой-то обидный выпад в адрес, по крайней мере, части моих коллег, российских журналистов. В Москве работает несколько десятков сотрудников российских СМИ, постоянно пишущих о Министерстве обороны, освещающих его деятельность и профессионально следящих за жизнью армии. Эти журналисты ходят на брифинги в Минобороны, гордятся своими первополосными эксклюзивами на военную тему, катаются на военных самолетах и кораблях, пишут о танковом биатлоне, принимают в дар от вице-премьера Рогозина новые модные бронежилеты, задают даже самому Путину острые вопросы о Сердюкове и Васильевой, дружат с генералами и полковниками, делают репортажи об армейских и флотских буднях, позируют в камуфляже. Газетчики, телевизионщики, сотрудники интернет-изданий — людям, интегрированным в минобороновскую среду, несопоставимо проще, чем любому из нас, узнать любую правду о происходящем вокруг 76-й дивизии. Узнать и написать; даже если не разрешает редактор, даже если минобороновские друзья перестанут после этого тебе звонить, даже если тебя осенью не позовут на очередные учения — есть вещи важнее учений, друзей и редактора. Узнай и напиши — на Кольте, в Фейсбуке, где угодно. Твой долг — именно эта правда, а не добрые отношения с Министерством обороны. Ответственность за страшные слухи и спекуляции вокруг псковских десантников лежит сегодня не только на российском государстве, но и на российских военных журналистах, не справляющихся с профессиональным долгом. Слухам бы неоткуда было взяться, если бы сегодня в России работал хотя бы один журналист, способный выяснить достоверность сведений о псковских десантниках. В гибели десантников еще можно сомневаться, а в чем сомневаться нельзя — в советского масштаба информационном вакууме вокруг Российской армии. В этом вакууме может остаться незамеченной любая трагедия.

Полностью