Немцов. Море внутри | Кашин

Немцов. Море внутри

Фото - Андрей Каменев
Фото — Андрей Каменев

“Ветер, если научиться его укрощать

и использовать его силу, помогает побеждать”.
Борис Немцов

Наверное, сегодня, в первую годовщину убийства Немцова на Большом москворецком мосту почти каждый, имевший о нем свое или чужое мнение что-нибудь напишет, или, по крайней мере, скажет при знакомых о Немцове. Видимо и я в этот раз не стану исключением. Несомненно, очень скоро найдутся знаменитые журналисты, или близкие друзья Немцова, которые напишут его полную биографию, она будет переведена на мировые языки и на какое-то время станет в разных странах одним из бестселлеров в разделах документальной прозы, тем лучше. Вполне возможно, когда-нибудь и в России Немцову будут воздвигнуты памятники, его именем назовут улицы, детские сады, образовательные центры. Премия за вклад в борьбу за права человека имени Немцова будет торжественно вручаться лучшим людям планеты, а другой премией его имени, уже в области физико-математических наук будут награждаться самые талантливые молодые ученые, а какой-нибудь Национальный институт восстановления и сохранения исторической памяти совместно с Всемирным русским осведомительным агентством дадут знаменитому индийскому режиссеру денег (с возвратом) на биграфический художественный фильм о Немцове. В России его премьера состоится в Кремле, во дворце съездов. Владимир Ильич Ленин к тому времени будет перезахоронен в трехкилометровой шахте на южном полюсе, посреди Антарктиды. Посреди промерзшего бункера будет лежать он в хрустальном гробу на цепях еще тысячу лет, пока не придет новый принц, чтобы оживить дело ленинизма, но музеи в кабинете Ленина в Кремле, в Горках и Ульяновске обязательно останутся. Кремль будет превращен в историко-культурный музей-заповедник и перекрашен в белый цвет, а Государственная дума будет заседать в Таврическом дворце в Питере, а в парках Таврического сада, в назидание потомкам расставят статуи трагических русских либералов конца империи: Милюкова, Набокова, Маклакова, Гессена и конечно же Шингарева с Кокошкиным. Если все это когда-нибудь произойдет, лично мне кажется, список вещей, носящих имя Немцова будет неполным без детского спортивного клуба и парусной регаты его имени, и вот почему.

Я был одним из многих тысяч обычных людей, не обязательно сторонников Немцова-политика, которые могли сказать, что знакомы с ним, хотя бы раз в жизни общались с Борисом Немцовым и запечатлели моменты этого общения у себя в памяти, после чего “краем глаза” наблюдали за Немцовым, скорее как за знаменитым старым знакомым, хотя, прецеденты моих с ним контактов были настолько эпизодическими, что, скорее всего, доведись мне встретиться с Немцовым в последние годы, он вряд ли бы вспомнил, как меня зовут, ему пришлось бы напоминать обстоятельства нашего знакомства.

Однако, я думаю, период, когда я познакомился с Немцовым был для него переломным моментом, местом окончания одного жизненого пути и выбора дальнейшего.

Первый раз я увидел Немцова на пляже в египетском Дахабе в конце июня —  июле 2004-го года. Одетый в нелепые “колхозные” плавки Армани или D&G Немцов (что дополнительно забавляло окружающих, а иногда служило поводом для веселой шутки), Немцов, тем не менее, и в колхозных плавках от Армани оставался не менее харизматичным атлетом и весельчаком, как всегда уверенным в себе, немного сосредоточенно-задумчивым когда, спрыгнул на берег с учебной доски с парусом.

nem1

В тот момент Немцов уже второй или третий раз за несколько месяцев начиная с весны 2004 года приезжал в Дахаб кататься на виндсерфинге. Впервые Немцов попробовал кататься на доске с парусом еще до начала Немцова-политика, в 1986 году, на физико-математической конференции в Сочи. Потом, видимо, на много лет забросил им заниматься, но мечта осталась. В 2003 или 2004 году он всеми силами опять увлекся этим спортом, и в течение нескольких лет, до конца нулевых тратил на него очень много времени. Сам Немцов в своих интервью говорил, что один известный тренер начал учить его кататься в 2003 году, но по данным автора этого текста, Немцов загорелся виндсерфингом именно весной 2004-го года.

Тогда, летом 2004-го в расслабленном курортном Дхахабе абсолютно вся русскоязычная колония этого городка, в подавляющем большинстве выключенная из российского информационного контекста обсуждала тот факт, что Борис Немцов увлекся виндсерфингом. Делалось это как правило с каким-то уважительным придыханием, мол, знай наших. Кто-то из тренеров по виндсерфингу даже, выпив в баре на берегу, или дунув на ЛайтХаусе, размечтался, что, мол, скоро виндсерфингом займется и сам Путин, приедет в Дахаб, и даст всем много денег. Ему, кажется, парировал какой-то инструктор по дайвингу, сказав что Путин ничего не увидит, если не нырнет вдоль рифа на одном из дайв-спотов в окрестностях Дахаба. В общем, каких только странных вещей не говорили тогда дахабские жители в связи с неожиданным появлением Немцова в радиусе их микромира.

Все смутно знали, что Немцов знаменитый и крутой, у него много бабла, связей и банкиров, он, вроде как, из правительства, Госдумы, откуда-то оттуда. Но кто такой Немцов конкретно сейчас, летом 2004-го года? Об этом тогда никто друг другу вразумительно сказать не мог. Только, кажется, один жуковтый дядька под сорок, одинокий турист из Ганет Синай, то ли мент, то ли абонемент, приехавший учиться глиссировать по путевке, махнул рукой, “а, мол, слили вашего Немцова”.
“Слили-то, может и слили, но бабки и связи при нем” – отвечали ему.

Я сам тогда смутно помнил, что когда-то при Ельцине, Немцов был в правительстве и хотел пересадить всех чиновников на Волги, а до этого был губернатором в Нижнем, где тетя Галя играет на арфе в Филармонии, и тетя Галя Немцова любит, хотя иногда и ворчит на него. В памяти было еще свежо недавнее депутатство Немцова с Хакамадой в первых созывах Думы.

Сейчас, сопоставляя даты и факты, можно подумать, что новое страстное увлечение Немцова спортом, морем, ветром начинается почти сразу после думских выборов 2003-го в четвертый созыв, в результате которых Немцов впервые за тринадцать лет (если считать от избрания народным депутатом РСФСР в марте 1990-го) оказался полностью исключен из системы государственной власти Российской Федерации. На тех выборах фракция СПС (и Яблока) не смогли преодолеть необходимый по новому закону пятипроцентный барьер, и утратили свои фракции в Государственной Думе.

После головокружительной карьеры в конце Перестройки, губернаторства в Нижнем Новгороде, поста вицепремьера в Москве, какое-то время чуть ли не статуса преемника Ельцина, Немцов к началу 2004 года, когда он приехал учиться виндсерфингу в Дахаб, оказался кругом бывшим частным лицом Борисом Ефимовичем Немцовым, бизнесменом.

В начале нулевых под словом Дахаб, в основном в Москве, и в меньшей степени в Петербурге подразумевалось определенное социокультурное явление в рамках которого представители разных творческих, тусовочных и романтических спортивных видов деятельности разного возраста переживали увлечение сонным бедуинским городком на Синае. Связано это было с тем, что Дахаб за доступную цену предлагал самый полный спектр спонтанных, психотехнических обусловленных, а иногда и искусственных возможностей для попадания в измененное состояние сознания.  в сочетании с относительной уютностью и малолюдностью места, еще довольно терпимо, по-домашнему затронутого массовой туристической инфраструктурой.

Этим явлением в разной степени были затронуты тогдашние сотрудники журнала Афиша, всяких издательств, рекламных и pr-агентств, устроители рейвов и фестивалей, эзотерические дочки пап с Рублевки, скрывавшиеся от армии будущие чемпионы и полу-чемпионы по разным водным видам спорта, беглые клерки лопнувших российских банков с британским образованием, еще молодые, но уже разведенные бывшие жены бизнесменов и чиновников, в поисках новых спонсоров, профессиональные пляжные проедатели ренты от сдачи трешки на Садовом, в общем – кто только тогда не жил, не катался, нырял, плавал, ездил на ночь  в горы, бухал и трахался по ночам на пляже днями, неделями, месяцами, полугодиями или даже годами в Дахабе. На притягательности дахабской атмосферы сказывалось почти полное отсутствие в Дахабе массовых российских туристов, в основном из провинции, заполонивших своими красными телами в плавках и леопардовых трико весь курортный Шарм-аль-Шейх.

Потом, с годами, бурный рост массовой спортивно-рекреационной туриндустрии  рассеял старый домашний, уютный, кислотный Дахаб начала – середины двухтысячных, но в 2004 году Дахаб еще был тем местом, о котором могут остаться только самые лучшие воспоминания.

Мне было 25 лет, я работал копирайтером в московском btl-агентстве и пытался профессионально заниматься “досочной” журналистикой, “быть в стайле”, пытался попробовать все виды спорта сразу, так тольком не научившись ни одному из них, наверное, из-за того, что меня больше привлекало тусоваться среди профессиональных спортсменов – “серфовой кислоты” и писать о них, из-за чего третий раз приезжал в Дахаб на месяц – полтора. Тот факт, что такой вот известный медийный деятель, как Немцов приобщается к виндсерфингу сразу показался занятным и потенциально полезным для журналистской деятельности. Немцов уже имел к тому времени делать повороты фордак и оверштаг, немного глиссировать и, кажется, уже учился водному старту. На следующий день, когда Немцов вешал парус на станции после каталки, я обратился к нему с разговором, не помню о чем, который Немцов, правда, видимо из вежливости некоторое время поддержал.

nem2

Через полтора года, осенью 2005-го я встретился с Немцовым второй раз. Тогда я уже был как бы редактором и вел огромный раздел в одном из досочных и экстремально-субкультурных журналов два десятка которых благополучно открылись, проели инвесторские деньги, и закрылись за десятилетие с конца девяностых по конец двухтысячных. Тогда, в октябре 2005 я приехал в богатую осенними штормами октябрьскую Анапу на этап Кубка России по виндсерфингу и кайтсерфингу в составе пресс-тура из полутора десятков самых разношерстных питерских и московских СМИ, половина которых уже давно не существует. Журналисты из пресс-тура жили в одной гостинице с организаторами и их vip-гостями, то есть спонсорами. Там я второй раз в жизни увидел Бориса Немцова. Он был уже в модном красном худи с каким-то лихим принтом на груди, и кислотных шортах поверх термобелья, шутил, говорил, а в холле, за дверями ждала стройная, томная девушка с прокачанными губами в меховом манто, и с карликовой собачкой. Она была чрезвычайно прекрасна и в дни соревнований часто фланировала скучающая по отелю, или сидела в креслах появившись неоткуда, как бы случайно здоровалась с проходящими, исчезая непонятно куда, все отвечали но никто с ней не общался, помню что назвал ее “прекрасной бездельницей”, а все подвыпившие журналисты и журналистки из пресс-тура подхватили. Потом кто-то сказал, что эта девочка “с Немцовым”, и все похихикали “ну да, мол, понимаем”.

К тому времени Немцова давно подружили с собой чемпионы старой школы виндсерфинга, уважаемые люди и спортсмены, устроители виндсерфовых и кайтовых соревнований под эгидой разных иногда сменяющих название ассоциаций. В то время с каждым годом бюджеты этих соревнований становились все больше и больше, а сами события превращались в выездные пляжные музыкально-спортивные рейвы, с приложением в виде зрелищного спорта, вовлекая все больше людей далеких от собственно спорта, его соревновательной и судейской части. Все это делалось для “популяризации” и демонстрации престижности этих видов спорта, то есть привлечения новых катающихся, готовых платить за матчасть и обучение на островах.

С помощью связей Немцова, тогда еще имевшего влияние в большом российском бизнесе,  продюсеры соревнований привлекали спонсоров, то есть “олигархов” – банкиров, бизнесменов и чиновников, которых надо было приобщить к модному и мужественному спорту, очаровать им, а там предложить что-нибудь или кого-нибудь проспонсировать ради несомненно достойной идеи продвижения и популяризации российского виндсерфинга в стране и на высоком профессиональном международном уровне. Немцов со сцены, окруженный малоодетыми красивыми женщинами, как правило на открытии и церемонии награждения фестиваля перечислял всех, “попавших на бабки” на его устройство, и сердечно благодарил, приглашая на сцену тех, кто был не против. Кстати, для сопровождения досуга и веселья спонсоров и меценатов фестиваля, часть из которых стали спонсорами благодаря Немцову, в рамках бюджета фестиваля в Питере устраивались кастинги и оптом на фестиваль вывозились пара десятков добротных женских тел.

Несомненно хорошие, и всеми уважаемые люди, сделавшие виндсерфинг и люксовые водные виды спорта вообще делом своей жизни и источником заработка, к тому времени много лет монетизировали свои скилы высококлассных тренеров и персональных промоутеров красивой жизни с помощью тесных знакомств с представителями бизнес-элиты, делая из детей Потанина чемпионов России по гидроциклу, ставя на доски председателей совета директоров и губернаторов. Логично, что очень увлекшийся водной романтикой Немцов сразу вошел в их сферу интересов, то есть в их мужской клуб на правах всеобщего любимца. Немцову был присвоен почетный титул Вице-президента федерации виндсерфинга и кайтсерфинга России, и он на несколько лет, кажется года до 2009-го выполнял главного спикера на пресс-конференциях федерации в РИА-Новостях или холлах отелей по случаю очередного фестиваля. Не имея спортивных достижений (Немцов катался обыкновенно, по обывательски), тогда, в 2005 он приобрел статус чуть ли не главного покровителя этих видов вида спорта в России, принеся в “развитие российского фанбординга” свои связи, то есть деньги. Почему в определенный момент в девятом или десятом году Немцов прекратил активно сотрудничать с федерацией, была ли это его инициатива или нет, я не знаю. Может быть Немцов нарушил негласный мораторий на смешение своих политической и спортивной ипостасей. Скорее всего, выполнивший свою работу по привлечению бабла, на определенном этапе Немцов уже не мог больше ничего предложить своим друзьям. А по мере усиления нажима государства на Немцова, вступившего с государством в открытую конфронтацию, превратился из источника бенефитов в ощутимую помеху. Сейчас, по ряду признаков можно убедиться, что бывшие большие друзья и товарищи Немцова по пляжному фитнесу, продолжающие всеми силами развивать водные виды спорта у нас в стране, хотели бы поменьше вспоминать, а лучше, наверное, совсем забыть то участие, которое принимал Немцов в их гешефте, который, дай Бог, чтобы всегда цвел.

Через пять месяцев после Анапы, в феврале 2006-го в египетской Хургаде с олигархическим размахом проходил фестиваль Русская волна в Африке, показавшийся мне апогеем прихода фигуры Немцова в российский виндсерфинг. Для фестиваля снимался огромный отель со всем его побережьем, где днем должны были идти соревнования по виндсерфингу, а ночью пляжные оупенэйры с диджеями, танцовщицами и группами из России, а Борис Немцов уже уверенно вошел в статус главного ньюсмейкера, умиляющего окружающих, купающегося в лучах славы и всеобщего внимания на нескольких гектарах территории отеля.

Последний раз я общался с Немцовым в июле 2008-го года по телефону. Тогда я давно не писал ни о каком спорте, съездил в Афганистан и считал что когда-нибудь смогу стать матерым «журналистом-международником», жил в своей однокомнатной квартире, деля комнату с полуторацентнеровым американцем из шата Монтана, заблудившимся на несколько лет в России среди русских женщин.
Однажды летом редактор недавно начавшего выходить журнала РБК monthly, где мы к тому времени опубликовали пару репортажей из Афганистана, видимо, зная мои скилы, предложил написать заметку о малоизвестном тогда, но быстро входящем в тренд, мужественном виде спорта – кайтсерфинге, с примерами и интервью известных медийных бизнесменов, уже немного научившихся кататься.
Опять писать про водные виды спорта, которые я считал важным, но уже пройденным этапом, не очень хотелось. Меня полностью занимала большая геополитика. Но за заметку обещали терпимый гонорар, а написать ее не составляло большого труда – теоретически про кайтсерфинг я тогда знал и написал немало, то есть даже чрезвычайно много для человека, который сам на этой штуке так и не научился кататься. Написать заметку с советами для начинающих и взять для РБК прямые речи у “олигархов-кайтеров” было делом чисто техническим, а я знал, что “на кайт недавно встали” Прохоров, Полонский и Немцов, тем более персональным кайт-тренером всех троих был один мой хороший знакомый, когда-то чемпион России.

Как рассказывали, Прохоров ездил учиться на кайте на венесуэльский остров Маргарита в сопровождении двенадцати уже совершеннолетних девушек от московского агентства. Девушки жили в номерах по двое, и как счастья ждали вызова в номер к Михаилу Дмитриевичу. Рассказывали, что ни одна так и не дождалась – в эту поездку у Прохорова возник аппетит на экзотику, по ночам он предпочитал общество креолок и мулаток от местного, венесуэльского агентства. Не могу утверждать, были ли эти волнующие воображение подробности чистой правдой или гнусной клеветой, поскольку слышал все это от третьих лиц. Потом, в 2009 году мне вдруг случайно удалось несколько дней бесплатно пожить в том отеле на острове Маргарита, где учился кататься Прохоров, тогда же одна русскоговорящая бизнес-леди в Каракасе, специализирующаяся в том числе на кастингах венесуэльских красоток для российских бизнесменов и чиновников, косвенно подтвердила мне достоверность этих эротических сюжетов о кочевом гареме Прохорова, тема которого после Куршевельского скандала в 2007 году и вовсе стала мейнстримом и одной из самых изысканных и забавных тем для околоэротических бесед и шуток.

Но кандидатура Прохорова для заметки была почему-то почти сразу отвергнута редактором. Я этому особо не противился и сосредоточился на Полонском с Немцовым.

В роскошный кабинет президента “Миракс групп” Полонского в башне Федерация я попал, напялив шлепанцы, через пресс-службу “Миракса” в которой тогда, кажется, работала начальницей женщина, в начале двухтысячных трудившаяся в пресс-службе “Юкоса”, по крайней мере на рабочем столе у нее стоял портрет Ходорковского.

Полонский постоянно отвлекался на телефонные звонки Лужкова и еще какого-то еще человека с которым он, видимо, обсуждал бенефиты, которые Лужков может дать, так, по крайней мере, мне казалось тогда по контексту невольно услышанного разговора. В перерывах между разговорами Полонский понтовался, то есть отвечал под диктофон на мои вопросы: что учился кататься на острове Маврикий в Индийском океане, что сразу уехал на кайте далеко в океан, а за ним по пятам следовали катер и инструктор на гидроцикле, готовые по первому требованию подобрать его из воды, о том что у него сейчас семь самых высокотехнологичных и дорогостоящих кайтов для разной силы ветра и вообще он потратил кучу денег на всякое снаряжение. Полонский поделился полезной для тимбилдинга идеей обязать кататься на кайтах весь топ-менеджмент своей компании, для чего в ближайшее время собирался закупить еще двадцать кайтов и какое-то количество досок известного производителя, коммерческие интересы которого представлял его тренер по кайту. Я, кажется. попытался пошутить в том духе, что совет директоров где-нибудь на пляже в залитых солнцем тропиках, под сенью пальм, совмещенный с групповым обучением и катанием топ-менеджмента на кайтах, несомненно, должен очень благотворно отрпзиться на эффективности работы его компании и поехал из кабинета суперуспешного тогда девелопера с свою панельную однушку расшифровывать его пассажи.

С помощницей Немцова я договорился о телефонном интервью. Немцов ехал куда-то в аэропорт, и стоя в пробке, согласился дать комментарий для заметки. Минут сорок он с энтузиазмом и свойственной ему тонкой самоиронией, образно, рассказывал, как впервые увидел людей катающихся на кайте в испанской Тарифе на юге Андалусии, как потом начал кататься на виндсерфинге и почувствовал стихию ветра, как начав кататься на кайте забросил виндсерфинг, как пробовал чистый серфинг, когда три месяца жил у океана в Португалии. Он очень много мог рассказать о том, с какого возраста, и к каким видам спорта необходимо приобщать детей, чтобы они выросли крепкими, развитыми, самостоятельными и надежными мужчинами, как отдал своего сына учиться виндсерфингу, и как теперь хочет научить его кататься на кайте.

Немцов уже давно сказал более, чем было нужно для заметки, но все продолжал, а я не останавливал. Чувствовалось, что Немцову приятно рассказывать про стихию моря и ветра, про человеческий интеллект, силу и ловкость, позволившую человеку покорить стихии, обуздать и приручить, как когда-то на заре цивилизации он приручил и обуздал огонь или лошадь. В физических терминах описывал, как занятия кайтсерфингом дают человеку малодоступную в привычных условиях возможность передвижения в трех измерениях, в двух плоскостях.  Немцов говорил, а я лишь задавал наводящие вопросы, пока он не доехал до аэропорта и сам был вынужден закончить разговор.

Заметка про кайтсерфинг с Немцовым и Полонским вышла в августе 2008 года. Потом, через несколько месяцев я уехал на полтора года в Венесуэлу, харизматичный политик Немцов вышел из сферы моих непосредственных интересов. Отдавая себе отчет, что Немцов, несмотря на свою риторику, не революционер а наоборот, человек договороспособный с властью, я всегда, когда просматривая на экране, в ленте новостей, или по телевизору (который я тогда еще иногда смотрел) очередную запись задержания Немцова, его монолог или даже слив его телефонных разговоров, всегда ощущал чувство экзальтации и тихого восторга от встречи со старым знакомым, которого всегда весело видеть, потому что где он ни появляется, везде распространяет жизнеутверждающее чувство, всегда счастлив и жизнерадостен, не унывает и в горе. Этого человека всегда как-то радостно видеть, поскольку как бы и ты сам в его присутствии тоже заряжаешься оптимизмом и упорством в борьбе, не важно за что и против кого. Что было бы, если бы весной – летом 2004-го года Немцов бы принял решение уйти из публичной жизни и политики, остаться частным лицом, бизнесменом, меценатом, тусовщиком, то есть уйти в спокойную, далекую от борьбы семейную жизнь небедного уважаемого человека, спокойно жить соблюдая негласный мореторий на политическую деятельность, а там, если будешь себя “хорошо вести”, через несколько лет, глядишь и вернуться на должность главы какой-нибудь второразрядной госкорпорации или федерального агентства? Ведь мог бы. Даже понаслышке зная о сформировавшихся уже к тому времени правилах игры внутри российской власти можем представить себе такое? Немцов – малопубличный, послушный, встроенный в один из экономических придатков власти. Или, зная характер, силу воли и представления Немцова о чести невозможно представить его в нынешней роли Чубайса?

nem3

Постоянное преодоление многочисленных препятствий природной стихии наравне с древнейшими способами взаимодействия человека с этой стихией ради своих целей и нужд было свойственно человеку и его предкам многие десятки тысяч лет, и собственно это преодоление в совокупии с интуитивным творчеством мозга сделало человека человеком. Чувство преодоления себя и стихии, которыми увлекся Борис Ефимович Немцов на перепутье своего жизненного пути в 2004 году, несомненно, производное этого вечного стремления лучших человеческих особей к постоянной борьбе и преодолению трудностей, к подчинению обузданию и подчинению стихии. Если рассуждать таким образом, может быть, и Российская власть была для Немцова той же стихией, которую он обреченно, как настоящий Дон Кихот, стремился обуздать? Путь, который избрал Немцов тогда, в 2004 – 2005 годах, когда система предлагала ему несколько путей в нашей, данной реальности привел Немцова к смерти от руки наемного убийцы на мокром асфальте Большого москворецкого моста.

Если бы тогда, в девяностые Ельцину наследовал Немцов, можно ли себе представить, к чему бы это привело, и каким бы сейчас было Российское Государство?

Что бы было, если бы у царя хватило ума, воли и сил не ввязаться в Первую мировую, что бы было, что бы было, если бы большевики не смогли разогнать Учредительное собрания, было ли возможно в тех обстоятельствах предотвратить начинающуюся в России гражданскую войну, и кто бы победил в этой ужасной войне, если бы весной 1919-го Деникин послушался бы Врангеля и вместо неподготовленного и обреченного летнего наступления на Москву начал бы наступать на восток, на соединение с войсками Колчака для формирование против большевистского государства единого крепкого фронта от северной Сибири до Донбаса и Киева? И какой бы сейчас была Россия, если бы Колчак с Деникиным и Петром Николаевичем Врангелем победили в этой войне, как Франко в Испании? Но Деникин, хоть и признал главенство Колчака, как Верховного правителя исторической России, хотел войти в Москву первый, сам, на правах главного победителя Совдепии, хотел как обычно по-русски, на авось, с наскока. Не вышло, на взяли соколы золотопогонные Москвы, не вычистили вместилище от скверны, не вошел в столицу белый полк, как в полубреду мечтала Цветаева в каменевской, опоганенной Москве в ожидании своего рыцаря в сером кубанском башлыке, не взяли белые Москву, а Ельцин не сделал Немцова преемником. Не дождалась Цветаева своего Эфрона, не дождалась и Россия своего Немцова.

Водные виды спорта, которыми занимался Борис Немцов — мало с чем кроме войны сравнимое воспитание в себе отваги, мужества и стойкости. С той лишь разницей, что война развращает человека, обесценивает человеческую жизнь в его глазах, и даже самым эмоционально уравновешенным и добрым по натуре людям нелегко бывает вернуться в состояние цивилизованного человеческого мировоззрения. Водные виды спорта наряду со стойкостью и самодисциплиной прививают благородный пацифизм в отношениях с соперником. Занимайтесь виндсерфингом!