afganistan3_7

От Кашина: Предлагая вашему вниманию рассказ Сергея Простакова из цикла «Официальная народность», мы хотим обратить внимание на то, что, поскольку редакция «Кашина» никому не платит гонораров, а автор нигде не работает, этот текст стоит считать не просто текстом, но и своего рода объявлением о поиске автором возможности писать статьи за гонорары. Об авторе можно прочитать вот тут, но лучше сначала ознакомиться с его рассказом и удивиться, почему Простаков до сих пор не пишет в ваше издание.

Когда сыну исполнилось десять лет, Александр решил отвезти его в областной краеведческий музей. Сын учился в сельской школе, и однажды, учитель в качестве внеклассной работы решил устроить экскурсию в музей. Но маршрутчик, с которым договорились, просто не приехал. Это была еще домобильная эпоха — созвониться и уточнить не представлялось возможным. Так и было принято Александром решение провести сыну индивидуальную экскурсию.

Как и сын, Александр ждал поездки в музей с нетерпением. Но это было другое нетерпение. В краеведческом музее он не был с юности. После сельской восьмилетки он почему-то решил идти получать полное среднее образование, минуя обычное для сверстников его круга профессиональное училище. Учиться он любил, но и прогуливать уроки для него не было чем-то из ряда вон выходящим. Кинотеатров в областном центре было мало, да и те с утра были всегда под завязку. Зато краеведческий музей был дешевым и малопосещаемым. Там он и прогуливал уроки, заучивая экспозицию наизусть.

Потом кончилась школа, и началась Афганская война. Туда Александр попал 18-летним солдатом в составе артдивизиона воздушно-десантного полка. Потом был дембель, завод, женитьба, дети. А война так и осталась самым главным событием в его жизни. Она его не отпускала — он ее не отпускал.

Через 20 лет после войны, он впервые побывал в краеведческом музее. Ничего в нем не поменялось с тех пор. Все та же экспозиция, в которой намешана география, биология, геология, история, литература, социология, за эти десятилетия не поменялось. А сын радовался: он впервые видел диорамы: винтовки Мосина; картины, написанные маслом; предметы старше его на несколько сотен лет.

Но в конце их ждал новый зал, которого раньше не было. Он был посвящен жителям области, воевавшим в Афганистане и Чечне. На стене было огромное полотно, написанное местным ветераном Афганской войны. Оно изображало бой на перевале. А вокруг висели кители десантников, лежали под стеклом комсомольские билеты, и фотографии похорон цинковых гробов из семейных архивов.

Александр тогда, наверное, впервые ощутил себя в истории.

На столе лежала книга, в которой были собраны имена и биографии всех жителей области, погибших далеко в горах. И вот Борис. Холодной ночью 1981 года артдивизион стоял где-то на горном перевале. Их окружили и начали обстреливать. Бориса ранили рядом с Александром. «Боря, Боря!», — кричал он. Но умрет Борис позже в Ташкенте. А теперь его фото и короткая биография среди экспонатов музея, и Александр на них смотрит через 20 лет. Борис был тогда моложе.

Прошло десять лет. Сын приехал из Москвы со своими друзьями. Им он обещал устроить большую экскурсионную программу, в которой было и посещение краеведческого музея. И снова Александр ждал этого события с нетерпением. Он расскажет московским гостям своего сына о своей юности. Расскажет про Бориса. Уже 30 лет прошло.

Но «афганского» зала не оказалось. Полотно с боем на перевале было закрашено. Комсомольские билеты и фотографии похорон были отнесены в запасники. Вокруг висели знамена и предвыборные плакаты партии «Единой России» и фотографии действующего губернатора. А зал назывался «Партийное строительство в области в 2000-е годы».

Когда друзья к сыну из Москвы приедут в следующий раз, то в краеведческий музей Александр их не повезет.

Потом сын в беседе со знакомым, работающим в областной администрации в отделе культуры выяснит, что «афганский» зал стал жертвой многоходовочки. В девяностые областью управлял губернатор, имевший афганское прошлое, а в масштабах всей страны был, наверное, самым известным участником той войны после генерала Громова. Потом он падет жертвой строительства вертикали власти. А новый губернатор будет тщательно убирать следы правления предшественника. За это после 2004 года его раз за разом будут назначать главой области.

Краеведческий музей находился рядом с кафедральным собором. До революции музей был домом епископа. Естественно после 1991 года земли в самом центре города, восстанавливая историческую справедливость, церковь начала возвращать. Кинотеатр снова стал собором, и рано или поздно такая же судьба должна была постигнуть и музей. Но почуяв смену политических ветров, дирекция музея решила сделать зал, в котором новый губернатор будет в качестве главного героя. Ему же самому было приятно, что под него переделан зал, который раньше курировал и оберегал предшественник — одним напоминанием о нем станет меньше.

А краеведческий музей так и соседствует с кафедральным собором.